одиночку ищет княжну.
– Дай мне ещё хотя бы час, я должен с ними поговорить. Подготовить к тому, что в их компании будет ещё один Морок, – решительно просит Ирай.
– «Их»? Ты привёл не одну Мару?
– Да, вторая пошла по нашему следу, и они тоже ищут Алию. Князь Верест их нанял.
Мы всё ближе к поляне, но не стремимся раньше времени показываться из лесного навеса, желая услышать больше. Ирай явно не всё нам рассказал.
– Как их зовут? – неожиданно интересуется Морок в маске.
Я ненадолго выглядываю из укрытия, чтобы посмотреть на собеседника костореза, но незнакомец стоит спиной к нам. Вновь прячусь за ствол, боясь, что Ирай, стоящий лицом к лесу, может заметить слежку.
– Ясна и Мара, – отвечает косторез, не меньше нас удивлённый вопросом.
– Мара? Серьёзно?
Ясна издаёт глупый смешок, а я закатываю глаза. Мне с самого начала стоило придумать другое фальшивое имя. Подобную реакцию приходится встречать буквально через раз при новых знакомствах. Вначале было забавно, а теперь стало утомительно и временами раздражает. Когда-то Ясна предупреждала меня об этом, но я отмахнулась, и теперь она любит напоминать о моей недальновидности.
Сестра хочет выглянуть, но случайно ломает сухую ветку ближайшего куста. Собеседники замолкают, а я выхожу из укрытия, делая вид, что только что здесь оказалась и вовсе не подслушивала чужой разговор. За мной выходит Ясна.
Ирай морщится, осознавая, что его план подготовить нас к присутствию ещё одного Морока провалился. Второй слуга Тени наконец поворачивается в нашу сторону, и я забываю, что нужно дышать. Сердце болезненно сжимается, а после ускоряется до бешеного ритма. Всё моё тело покрывается холодным потом, несмотря на тёплые солнечные лучи. Человек в маске склоняет голову набок, и в этом движении есть странная растерянность.
– Я знаю, что мы на такое не договаривались… – начинает Ирай, но его перебивает Ясна, выдыхая одно-единственное «нет».
Моё тело реагирует раньше сознания: одновременно с широкими шагами я выхватываю кинжал. Боль простреливает руку до самого плеча, когда Морок отражает мой прямой выпад. Острый конец моего лезвия врезается в чёрную сталь его меча. Сейчас мне нет дела до красоты его оружия, даже тянущую боль в раненом боку я почти не чувствую, хотя знаю, что мне ещё не стоит делать таких резких движений.
– Мара, прекрати! Он тебя не тронет! – повышает голос косторез за моей спиной.
– Ты должен был сказать раньше, – с трудом выдавливает Ясна, обнажая свой меч, но не вмешивается в происходящее.
Я до боли стискиваю зубы от напряжения, не помню, когда в последний раз я так сражалась, но каждый мой выпад и движение тела молниеносные, быстрые и точно выверенные. Я нападаю на противника в маске ворона с таким остервенением, словно от этого зависит моя жизнь. Морок стремительно отступает: он тяжело дышит, отбивая мои атаки. Если он хоть на секунду подпустит меня ближе, то моё лезвие точно окажется в его теле. Я не сразу осознаю, что разъярённый вопль принадлежит именно мне.
– Нет, – неожиданно просит противник, а я поднимаю на его маску мимолётный взгляд. За всё время я ни разу не моргнула, наоборот, глаза расширены от шока и сохнут, а все мышцы лица сводит от напряжения. – Остановись! Я тебе не враг.
Морок выше меня на голову, он едва ли уступает Ираю по силе и мастерству, но мне известно, что под маской настоящий человек, и меня не пугает его жуткий голос.
Ирай ещё что-то кричит мне сзади, но все посторонние звуки глохнут из-за беспрерывного звона стали о сталь. Я загнанно дышу, но не отступаю, а слуга Тени, к моему удивлению, продолжает разве что защищаться. Я просто убью его, и наступит конец моим кошмарам.
– Хватит! – приказным тоном рявкает на меня противник, понимая, что уговоры не действуют.
В ответ я делаю ещё более резкий выпад, и кинжал едва не выскальзывает из моих пальцев от встречи с его мечом.
– Веледара, хватит! – вновь рявкает Морок и замирает, намеренно открываясь.
Всё моё тело ноет от боли, когда я неимоверным усилием воли останавливаю лезвие кинжала недалеко от его ключицы.
– Остановись, Веледара! – приказывает слуга Тени.
По моим пальцам проходит судорога, онемение распространяется по всей руке, и кинжал падает на траву. Меня начинает трясти, как только напряжение уступает место страху и смятению.
– Веледара? – тихо повторяет Ирай за моей спиной. – Это же имя…
– Кто ты такой? – громко спрашивает Ясна, пока я не могу выдавить и звука.
Стоящий передо мной Морок без резких движений убирает меч в ножны за спиной. Недолго мешкает, но в итоге его рука, затянутая в чёрную перчатку, касается краёв чёрно-золотой маски. Я несколько раз нервно моргаю, наблюдая, как он медленно снимает её. Вначале его голова опущена, но как только маска оказывается у него в руках, а плащ из теней распадается и исчезает под светом солнца, Валад поднимает на меня свои зелёные глаза.
22
По моему лицу начинают литься слёзы. Его глаза стали ярче, зеленее, а чёрные волосы отросли до самых плеч. В последний раз я видела брата десятилетним ребёнком. У него не было такого волевого подбородка с тёмной щетиной, не было складок между бровями и короткого шрама на левой щеке. Но я ни секунды не сомневаюсь, что это лицо моего старшего брата, ведь он так похож на отца. В глазах Валада перемешиваются страх, тоска, сожаление и вина. Его губы дрожат, а взгляд бегает по моему лицу, пока брат силится что-то сказать.
Я беззвучно рыдаю и задыхаюсь, отрывисто хватаю ртом воздух, с жутким свистом пытаюсь втянуть хоть немного кислорода. Перед глазами всё плывёт, моё собственное тело отказывается мне подчиняться. Отступаю на пару шагов, Ясна подхватывает сзади, когда я спотыкаюсь о собственные ноги.
– Вела!
– Что с ней происходит?! – обеспокоенно спрашивает косторез, поддерживая меня под другую руку.
Вначале я хватаюсь за его предплечье и опираюсь на него, но лёгкие снова сдавливает, и я пытаюсь оттолкнуть их обоих, зная, что они здесь бессильны. С хрипом хватаюсь за горло, нащупываю лунницу. Я почти готова расцарапать себе горло, лишь бы вдохнуть.
– Отойдите! – рявкает Валад, отталкивая от меня Ясну и Ирая. Он хватает меня за плечи, блокируя любые мои попытки случайно себе навредить. – Я знаю, что делать. У неё такое бывало.
Брат встряхивает всё моё тело с такой лёгкостью, что зубы клацают, и я на мгновение отвлекаюсь на неожиданную боль.
– Всё хорошо, Вела! Гляди, на водопаде всё ещё радуга! – Он говорит
