менее оригинальное имя, Сабрина, была «не в его вкусе», и Ленсфорд мог не опасаться соперничества принца; напротив, мог даже надеяться, в случае надобности, на его содействие в «ухаживании» за этой брюнеткой, красота которой была именно ему, Ленсфорду, по вкусу. Накануне за веселым пиром в Бристоле принц решил «осчастливить» своим визитом прекрасных обитательниц Холлимид-Хауза на следующий же день, то есть в тот самый, который нами описывается.
Въезжая в холлимидский парк и увидев, по всем признакам, что дом действительно обитаем, как ему было донесено, Ленсфорд обратился к принцу со словами:
— Меня не обманули. Владельцы этого прелестного уголка налицо, и ваше высочество напрасно опасались проехаться напрасно.
— Очень рад. Действительно, я боялся, как бы эта восхитительная блондиночка не оказалась неуловимою, — на смеси немецкого с французским и английским отозвался Руперт.
— А теперь выходит, что вашему высочеству удастся не только изловить эту хорошенькую бабочку, но и удержать ее при себе, сколько вам пожелается, — с льстивой улыбкой успокаивал своего высокого собеседника Ленсфорд.
— Если я верно понял вас, полковник, вы намекаете на то, чтобы я взял этих девиц в плен? — спросил принц.
— Нет, ваше высочество, — возразил полковник, — я посоветовал бы вам взять в плен, собственно, не девиц, а их отца. Посадить в крепость этого старого интригана и смутьяна будет вполне законно и необходимо. Ведь это, как я уже не раз докладывал вашему высочеству, один из самых ярых врагов его величества. Отведите его в Бристоль, и дочери поневоле последуют за ним. Не захотят же они оставить своего отца одного томиться в заключении. И тогда, вы понимаете, ваше высочество?
— Понимаю! — лаконически ответил принц, задумчиво оглядываясь вокруг. Совет лукавого Ленсфорда пришелся ему по душе, и принц обдумывал, как бы получше привести его в исполнение. Вдруг его слух был поражен каким-то странным криком, за которым последовал протяжный и пронзительный свист.
— Эй, да тут что-то происходит! — вскричал Руперт, придерживая коня. — Кажется, соколиная охота, судя по этому свисту.
— Совершенно верно, ваше высочество. — Подтвердил Ленсфорд. — Поднимают соколов на добычу.
— В каком же это месте? Отсюда ничего не видно.
— Должно быть, в той вон стороне, за соснами… Смотрите, ваше высочество, вот и пара соколов в погоне за цаплей! — воскликнул Ленсфорд, подняв глаза вверх.
— Да, да… Великолепный подъем. Превосходно обучены… Как красиво вонзаются вверх… А эта красавица цапля… Не уйти ей от врагов… Вот и стойка… Подлетает второй… Сцепились… Готово! Мастерские приемы у этой дивной пары! — восторгался принц на смеси трех языков.
Пока в воздухе происходили волнующие зрителей движения птичьего боя, охотники и гости не могли видеть друг друга. Возможность эта явилась только тогда, когда охотники выехали из-за тесных рядов сосен, окаймляющих с обеих сторон аллею, спеша к тому месту, куда спускались соколы и их уже полумертвая жертва. Произошло обоюдное изумление.
— Солдаты?! — раздалось из уст обеих мисс Поуэль.
— Дамы?! — вскричали кавалеры.
— Вам везет, ваше высочество, — шепнул принцу Ленсфорд. — Изволите видеть?
— Этих двух дам? Вижу. Но лиц не могу различить под широкими полями шляп. Уверены ли вы, что это именно те, которых мы ищем?
— Вполне уверен, ваше высочество. Кому же еще из дам быть здесь, как не самим хозяйкам?
— Да, вы правы. Сами птички с птичками играют, хе-хе-хе!.. Не попросить ли нам у них позволения принять участие в их забаве, как вы думаете, Ленсфорд?
— Это как вам будет угодно, ваше высочество.
— Вы знакомы с ними лично, полковник?
— Нет, представлен я им не был, но вот капитан Тревор…
— Ах да, припоминаю, вы мне описывали ваше пребывание здесь. И насчет Тревора тоже… Тревор, прошу вас сюда! — крикнул принц, обернувшись через плечо к своей свите.
Капитан Реджинальд Тревор быстро поравнялся с принцем и, почтительно выпрямившись в седле, ждал, что ему скажут.
— Я слышал, вы знакомы с семейством мистера Эмброза Поуэля? Не его ли это дочери, которых мы тут видим? — спросил Руперт.
— Да, ваше высочество, когда-то я был знаком. Но с тех пор утекло много воды, — с запинкой отвечал Реджинальд.
— Поссорились, что ли?
— Нет, ваше высочество, ссоры в прямом смысле не было, но…
— Но явилось некоторое охлаждение, понимаю, — прервал принц. — Ну, остывшую дружбу можно снова подогреть, и я постараюсь поспособствовать этому. Прошу только познакомить меня с этими дамами. Полагаю, ваше знакомство с ними не настолько охладилось, чтобы они не пожелали выслушать вас?
— Надеюсь и я, ваше высочество, — пробормотал Реджинальд, поняв, что просьба принца, собственно, означает приказание, которого он не мог ослушаться. — Во всяком случае, я вполне к услугам вашего высочества.
— Так подъедемте к ним, капитан… Вы же, полковник, — обратился принц снова к Ленсфорду, — оставайтесь здесь с остальной моей свитой и со всем эскадроном, пока я не узнаю, можем ли мы надеяться на ночлег в Холлимиде… собственно говоря, с радушием ли он может быть нам предоставлен, хе-хе-хе! — со смехом добавил он.
Дав своему арабскому коню шпоры, Руперт понесся вперед к охотникам или, верное, к охотницам. Реджинальд волей-неволей последовал за ним. Он все еще любил Вегу и продолжал на что-то надеяться, хотя казалось, что никакой надежды уже не должно бы быть. Поэтому он нс мог перестать поклоняться Веге и уважать ее. Знакомить любимую девушку с принцем Рупертом было для него равносильно участию в ее погибели, и это было ему невыносимо больно…
Глава ХХVIII
НЕЗВАНЫЕ ГОСТИ
— Кто это может быть, как ты думаешь, Саб? Парламентское войско?
— Нет, для этого они слишком нарядны и блестящи.
— Так это дружинники Линджена?
— Едва ли и они. Ричард говорил, что у Линджена одни копьеносцы. У этих же не видно ни одного копья. Скорее всего они из Монмаутса или Реглена. Старый
