того, чтобы передать его мне, как она должна была сделать. Сколько людей погибло из-за ее действий? Ей было за что ответить, и я не собирался позволить ей пережить этот день, даже если у звезд были другие планы.
Меня потащили в переднюю часть толпы, чтобы я встал перед Скарлет на ее сцене, и она наблюдала за мной, нахмурившись.
— Наложите защиту вокруг нас! — приказала она своим последователям. — Никто не уйдет отсюда, пока Лунный Король не падет!
Раздалось дикое ликование, и в воздух взметнулись руки — все они направили магию на купол заслона, который окружил всю площадь и гарантировал, что никто не сможет войти или выйти.
И это меня вполне устраивало.
Я смотрел на женщину, которой когда-то доверял больше, чем кому-либо другому, и успокаивался от осознания того, что только один из нас сегодня уйдет отсюда живым. Она ослепила меня ненавистью к Оскурам и подогрела мою вражду с Данте, но в итоге моим истинным врагом оказалась крыса в моем собственном гнезде. Если кто и должен был стать моим Астральным Противником, так это она.
Меня вытащили на сцену, и я уже собирался броситься на Скарлет с клинками в руках, когда Габриэль крикнул мне: — Не надо!
Я стиснул челюсти, расщепляя клинки в своих ладонях, видя свою смерть в его глазах так же ясно, как и все остальное. Затем я позволил ублюдкам связать мне руки за спиной, и они повернули меня лицом к толпе. Габриэля оттащили на другой конец сцены и поставили на колени, а два мудака набросились на него с кулаками, избивая и разбивая ему губу. Мое нутро сжалось от этого, и я отметил каждого предателя здесь, пообещав им смерть за это.
Скарлет подошла к Габриэлю, схватила за челюсть и повернула его лицо ко мне.
— Как мило, что ты пришел посмотреть на смерть своего парня, — сказала она ему, и насмешливый смех раздался вокруг нас, заставив мою верхнюю губу скривиться.
— Он не мой парень, — насмешливо сказал я, и Скарлет посмотрела на меня с ухмылкой. — Он мой брат в законе.
Они только сильнее рассмеялись, но я поднял подбородок выше, зная, что нашел что-то более чистое и реальное, чем они когда-либо смогут найти. У меня была семья, жизнь, и они могли содрать кожу с моих костей, но ничто не могло отнять это у меня.
Габриэль в отчаянии покачал головой, и я перевел взгляд на Скарлет, когда она, размахивая руками, вернулась ко мне, а ее трусливый прихвостень крепче сжал мои руки. Не то чтобы я боролся. И что бы они ни делали, я не собирался плакать или умолять о жизни. Я был гребаным Лунным Королем.
Скарлет создала в руке ледяное лезвие и зажала мою рубашку в кулак, прорезав ее середину и оторвав от моего тела.
— Я занятый мужчина, милая, — сухо сказал я. — А ты немного старая и дряхлая на мой вкус.
— Заткнись, — огрызнулась она и прижала кончик ледяного лезвия к лунному символу чуть ниже моей ключицы. Она вонзила свой нож в него, и я даже не вздрогнул, когда кровь хлынула мне на грудь. — Предатель, — шипела она мне в лицо.
— Я уже знаю твое имя, — холодно ответил я. — Тебе не нужно напоминать мне.
Она плюнула мне в лицо под одобрительные возгласы, и я скривился, почувствовав, как скользкая слюна потекла по моей щеке. Я посмотрел на Габриэля, моя челюсть заскрипела, пока я ждал, что звезды дадут ему ответ, но он просто растерянно смотрел на меня, и я старался не думать о том, что я не украл последний момент с Элис. Может быть, я действительно был в жопе.
Не думай так. Габриэль найдет выход.
— Подойди сюда, Кларенс, — Скарлет подозвала мудака без бровей ближе и взяла его руку, положив ее на метку, которую она вырезала на моей груди. — Выжги это из его плоти.
Под его ладонью вспыхнуло тепло, и Лунные закричали мне, а я бесстрастно смотрел на Скарлет, когда обжигающая боль охватила меня. Моя кожа плавилась под его рукой и уничтожала чернила, которые там были. Я питался болью, мои запасы силы росли, а губы Скарлет подергивались в разочаровании.
— Поставить его на колени, — прорычала она, и кто-то ударил меня по ногам, а две пары рук навалились своим весом на мои плечи. Я упал на ледяной пол под собой и ждал, какую же пытку она для меня приготовила. Что бы это ни было, я не сломаюсь. В этом мире не было такой физической боли, которую я не вынес бы.
— Делай все, что в твоих силах, — передразнил я ее. — Но ты никогда не услышишь моего крика.
Она наклонилась так, что оказалась нос к носу со мной, ее глаза были полны жаждущего власти безумия и извращенной ненависти, предназначенной только для меня.
— Ты можешь не кричать, Райдер Драконис. Но ты почувствуешь больше боли, чем когда-либо в своей жизни. И когда наш народ увидит, как расплачивается их король-предатель, ты умрешь самым кровавым способом, который я только могу придумать.
При этих словах во мне появился первый признак страха. Поскольку я смотрел на Габриэля в поисках ответа, которого у него все еще не было, мои сомнения поднялись и начали топить меня.
Я не боялся за свою смертность. Но я боялся упустить возможность жить той жизнью, которой я едва начал жить. Лишиться Элис.
Прости меня, детка.
Скарлет нанесла первый удар по мне, ее костяшки пальцев с треском врезались в мое лицо и рассекли внутреннюю сторону щеки, так что кровь полилась на язык.
Я почувствовал, что звезды смотрят на меня, кажутся ближе, чем когда-либо прежде. И я подумал, действительно ли они пришли сюда только для того, чтобы увидеть мою смерть.
41. Элис
Ветер хлестал мои волосы, электричество потрескивало по коже, а Данте летел быстро и стремительно, проносясь над фермами за пределами академии и забирая мою боль и печаль, пока я теряла себя в этом моменте.
Это была захватывающая поездка, Данте доводил себя до предела и заставлял мое сердце биться от адреналина при каждой петле и повороте, когда он рассекал воздух с грацией и мощными взмахами крыльев.
Небо над нами было голубым и бесконечным, и я могла сказать, что Данте прилагал все усилия, чтобы не вызвать бурю сегодня, позволяя мне чувствовать тепло
