Мрак сменился светом. На полу что-то мигало. Кристабель перекатилась к краю кровати. Мигающий свет исходил из книгоочков, лежавших на ковре рядом со шкафчиком. Их линзы несколько раз вспыхнули и потемнели, и тут она вспомнила.
Кристабель села в постели, сердце ее колотилось. Она проспала! Только этого еще не хватало! Когда она провела ладошкой над часами, на потолке вспыхнули цифры: 02:43. Опоздала! Кристабель откинула одеяло, выскочила из постели и бросилась к книгоочкам.
— Так ты хочешь знать, который час? — крикнул дядюшка Джингл. К счастью, одеяло удачно прикрыло ему рот, но все равно его голос прозвучал, как ей показалось, громче всего на свете.
Кристабель пискнула, откинула одеяло и махнула перед глазами дядюшки, чтобы тот не выкрикнул время. Потом присела на корточки и замерла в темноте, в любую секунду ожидая, что проснутся родители.
Тишина.
Кристабель подождала еще чуть-чуть, потом подползла к мигающим на полу очкам, надела их и увидела скользящие слева направо слова: «КРИСТАБЕЛЬ, ТЫ МНЕ НУЖНА». Она несколько раз включила и выключила очки, как велел сделать в прошлый раз мистер Селларс, но ничего не изменилось.
Одевшись и натянув спрятанные под кроватью туфельки, она осторожно, чтобы не стукнули вешалки, достала из шкафа пальто, потом открыла дверь и на цыпочках выбралась в коридор. Дверь в спальню родителей оказалась приоткрытой, и Кристабель, когда кралась мимо, даже затаила дыхание. Отец храпел: взз-з-з, хрр-р-р, взз-з-з, хрр-р-р — точно как мистер Папаплакса. Мама лежала тихо, но Кристабель разглядела и ее — спящий холмик рядом с отцом.
Странно, насколько иным показался погруженный в темноту дом: более просторным и намного более страшным, как будто он становился совсем другим, когда все ложились спать. А что, если в доме живут незнакомцы, внезапно подумалось ей, целая семья незнакомцев, но они ночные жители и приходят в дом только тогда, когда Кристабель и ее родители спят? Страшная мысль.
Что-то стукнуло. Испугавшись до озноба, Кристабель замерла, как увиденный в фильме про природу кролик, когда над ним пролетает ястреб. На мгновение она даже решила, что это пришли «ночные» люди, и сердитый папа — но не ее папа — сейчас выскочит из темного угла и гаркнет: «Кто эта скверная маленькая девочка?» Но тут звук повторился, и Кристабель поняла, что это ветер постукивает ставнями на окнах. Она облегченно выдохнула и торопливо пересекла прихожую.
Оказавшись на кухне, в окна которой проникал свет уличных фонарей, делая все предметы незнакомыми и какими-то вытянутыми, Кристабель остановилась и задумалась, вспоминая кодовый номер. Мать заставила выучить его наизусть, чтобы дочка смогла войти в дом, если объявят «тревогу А». Кристабель знала, что уходить из дома почти в три часа ночи, раз не объявлена «тревога А», пожалуй, худшая из плохих вещей, какую только можно представить, — но она обещала мистеру Селларсу, и теперь деваться некуда. А что, если какой-нибудь плохой человек проберется в дом, пока выключена сигнализация, схватит родителей и свяжет их? Кто будет виноват? Она.
Кристабель набрала код и приложила руку к пластинке. Красный огонек над ней сменился зеленым. Девочка открыла дверь, потом снова включила сигнализацию, чтобы не залезли грабители, и шагнула в холодный ветер.
Улица была пуста, но как-то по-особому, как никогда не бывает пуста днем. Деревья сердито помахивали ветвями, почти во всех домах не горел свет. Девочка немного постояла, не решаясь сделать первый шаг. Ночью на улице было страшно, но и по-своему замечательно. Все было каким-то большим и возбуждающим, как будто вся База стала игрушкой, предназначенной для нее и только для нее. Она аккуратно застегнула пальто и перебежала лужайку, слегка оскальзываясь на мокрой траве.
По своей улице Кристабель мчалась во весь дух, потому что уже опаздывала. Когда она пробегала под фонарем, перед ней возникала гигантская тень, становясь затем все бледнее и бледнее, пока не возникала вновь перед следующим фонарем — такая же гигантская, но уже сзади. Она свернула на Уиндикотт, потом на Стилвелл. Подошвы звонко шлепали по тротуару. Где-то гавкнула собака, Кристабель испуганно спрыгнула с тротуара на мостовую и, подумав, побежала прямо по середине улицы, восхищаясь тем, что не надо опасаться машин. Как же все ночью иначе!
Со Стилвелл она свернула на Редленд, заросшую высокими старыми деревьями, и, запыхавшись, перешла на шаг. Света в доме мистера Селларса она не заметила и на секунду задумалась: может, она что-то сделала неправильно? Может, забыла какие-то его слова? Потом вспомнила книгоочки, непрерывно повторяющие ее имя и, испугавшись, снова побежала.
На крыльце у мистера Селларса было темно, а растения казались крупнее, гуще и страннее прежнего. Она постучала, но никто не ответил. Через минуту, когда ей уже захотелось убежать домой, дверь открылась, и из-за нее послышался скрипучий голос мистера Селларса:
— Кристабель? Я все гадал, сможешь ли ты прийти. Заходи.
Мистер Селларс сидел в кресле на колесиках, на котором приехал из комнаты в коридор, и протягивал Кристабель дрожащую руку.
— Даже не могу выразить, как я тебе благодарен. Иди сюда, постой немного у калорифера. Да, и надень-ка вот это, хорошо? — Он достал пару тонких эластичных перчаток и протянул их девочке. — Незачем оставлять отпечатки. Я уже стер их повсюду. Да ты не слушай мою болтовню. Ты замерзла, малышка Кристабель? Ночь сегодня холодная.
— Я заснула. Пыталась не спать, но не смогла.
— Ничего. До рассвета у нас времени много. А сделать осталось всего ничего.
В комнате на столике Кристабель увидела стакан молока и три пряника на тарелочке. Мистер Селларс указал на них, улыбаясь своей забавной кривоватой улыбкой:
— Поешь. Тебе надо подкрепиться.
— Итак, — сказал он, когда она дожевывала последний пряник, — кажется, я все сказал. Ты поняла, что надо сделать? Точно поняла?
Рот у девочки был набит, поэтому она кивнула.
— Так вот, все надо сделать в точности как я сказал. Это очень опасно, Кристабель, и если ты пострадаешь, я этого не перенесу. Более того, если бы это можно было проделать как-то иначе, я бы никогда к тебе не обратился.
— Но я ваш друг, — ответила она, все еще жуя.
— Да, и именно поэтому. Друзья не используют друзей. Но это действительно очень важно, Кристабель. Если бы ты только могла понять, насколько важно… — Его голос куда-то уплыл, и Кристабель даже показалось, что он сейчас заснет, но желтые глаза мистера Селларса вновь распахнулись. — Ах, чуть не забыл. — Он пошарил в кармане халата. — Это тебе.
Она посмотрела на предмет в его руке, не зная, что и сказать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
