опиоидных рецепторов. Впервые описан в 1976 году.
[2] Бумбэрази — богатырь, исполин (грузинск.).
Глава 15
— Как сбежал? — Вид изумленного Головина меня нимало «позабавил». Он был еще красноречивей ошарашенного вида Ибрагима, узревшего выползающую из земли смертоносную Тварь, которая после чудесным образом превратилась в некоего человека. — За всю историю «от обретения Магии», вырваться из кремлевских застенков не удавалось никому!
— Не могу знать, товарищ оснаб! — четко отрапортовал майор со странной фамилией Бом.
Хотя, странность его фамилии — сущая мелочь по сравнению со всем остальным! Это он что же, как крот может передвигаться под землей? Только эта земля уж больно мерзлая, чуть-чуть до крепости камня не дотягивает. Видать, парнишка тоже каким-то Магическим талантом не обделен. А судя по его «трансформирующимся» комплекции и доспехам — этот Дар у него не единственный.
— Но вам с полковником Легионом срочно предписано явиться в Кремль, оставив все текущие дела, — продолжил этот странный, как и он сам, «доклад» майор.
— Да это я уже понял, раз тебя вместо гонца послали… — задумчиво наморщив лоб, произнес товарищ оснаб. — Вы же, братцы, всегда можете найти своего командира, где бы он ни находился.
— Как же он вывернуться-то сумел? — почти без эмоций на землистом лице произнес Лич. — Я ведь внимательно изучил Блокировку темницы — вырваться оттуда не смогли бы и некоторые Высшие Сущности. Даже для меня это стало бы определенной проблемой. А уж для какого-то Одаренного смертного — и вовсе… — тоже вслух принялся размышлять Анастасий Гасанович.
— Не могу знать, товарищ полковник! — вновь повторил гонец.
— В общем так, ребятки, — не стал тратить лишнего времени на принятие решения товарищ оснаб, — руки в ноги — нас руководство страны уже заждалось! Вячеслав Вячеславович, — добавил он уже по «мыслесвязи», — вы уже сами все «слышали». Приносим свои извинения, что чаем и плюшками побаловаться не удалось. Служба-с, Вячеслав Вячеславович…
— Все-то у вас, молодых, не как у людей! — ворчливо произнес самолично появившийся на крыльце старый князь. — Все куда-то торопитесь, бежите, даже чаю со стариком выпить некогда…
Вячеслав Вячеславович зябко поежился, запахнув на груди накинутый на острые худые плечи овчинный полушубок. И хотя он болтался на худосочной фигуре князя, словно на вешалке, я с удивлением отметил, насколько изменился Райнгольд. Он, конечно, не превратился в пышущего здоровьем сорокалетнего мужика, но и старой развалиной, стоящей в могиле уже двумя ногами, тоже не выглядел. Да только один тот факт, что он сумел добраться до крыльца без инвалидной коляски, говорил о том, что чувствует он себя куда лучше, чем несколько дней назад.
— Это я-то молодой? — весело рассмеялся Головин. — Скажете тоже, Вячеслав Вячеславович! Это Мамонт молодой, а я, как говорил один мой боевой товарищ — в меру упитанный мужчина, в самом расцвете сил.
— Эх, ребятки, да по сравнению со мною, — проскрипел старый князь, — все вы — дети малые! И не будем больше бередить эту рану! Мамонт, мальчик мой, — взглянув на меня своими блеклыми пронзительными глазами, поклонился Вячеслав Вячеславович, — спасибо тебе! Я с содроганием думаю, что, если бы тебя в тот день не привела в мой дом сама Судьба, я так же и продолжал бы медленно разлагаться и умирать в своем инвалидном кресле, забытый всем миром. И еще я подумал, что наша встреча была не случайной, ведь следом за тобой Судьба привела в мой дом и горячо любимого мною Александра, которого я и живым уже не чаял увидеть! И если мне придется вскоре умереть, я умру по-настоящему счастливым человеком! Но умирать я не собираюсь! — поспешно и весело добавил старик. — И не надейтесь, оглоеды!
— Вячеслав Вячеславович, — расчувствовавшись, я тоже обнял старика, — не нужно благодарностей! И вообще меня к вам не судьба прислала, а ваш знакомый Целитель — Лазарь Елизарович…
— Не спорь с князем, мальчишка! — Нахмурил седые брови Райнгольд. — Говорю, Судьба — значит, Судьба!
— Не спорь, с ним, — шепнул мне на ухо товарищ оснаб, — это совершенно бесполезно! Он и раньше был упрямым, а с возрастом стал просто невыносим!
— Ох, Сашенька-Сашенька! — театрально покачал головой профессор. — Мало я тебя в детстве порол!
— Так вы же вообще на меня и голос никогда не поднимали, а не то, чтобы пороть, — изумился Головин.
— Так вот, а теперь жалею, что не порол… Ладно, господа хорошие, оставим шуточки! — старик подобрался и распрямил сгорбленную спину. — Если Отечество в опасности — надо его спасать! Ты был прав, Сашенька — не важно, кто в данный момент у власти: царь-батюшка или большевики! Хотя последние мне совсем не импонируют, — ворчливо добавил он. — Но и с ними можно смириться, к тому же они вполне обучаемы… — И старик хитро улыбнулся. — А вот Родина — она одна, и другой уже не будет!
— Немного пафосно, но суть передана верно, — весело подначил старого учителя Головин. — Мне нравится ваш настрой, Вячеслав Вячеславович! Так держать! Советую вам освежить в памяти начальный курс — «Введение в Мозгокрутные практики», думаю он вам скоро понадобится…
— Как тебе не стыдно, мальчишка, сомневаться в профессионализме своего старого наставника? — деланно обиделся Райнгольд. — Тут, — он прикоснулся кончиками пальцев к своему лысому черепу, покрытому шелушащейся пергаментной кожей, — ничего не исчезает бесследно! Такова уж планида всех Мозголомов, и тебе от нее тоже не уйти, мой мальчик! Однако, повеселились — и будет! — самым серьезным тоном произнес Вячеслав Вячеславович. — Я всегда тебя учил, Сашенька, дело прежде всего!
— Я помню, как будто все это было только вчера, — с тихой печалью произнес товарищ оснаб.
— Теперь с тобой, Мамошка! — Райнгольд вновь пристально посмотрел мне в глаза. — Твоя сестра до сих пор у меня… С того момента, как тебя забрали… Каюсь… — Вячеслав Вячеславович опустил голову, словно что-то его томило. — Я немного «подчистил» ей память… Пришлось… Она не помнит, как тебя забирали. Иначе, наделала бы девчушка много глупостей, да и сама бы пострадала… Горячая у тебя девица — собиралась чуть не штурмом брать местное отделение ЧэКа!
— Да, — кивнул я, вспомнив, как во время «первой» нашей встречи она бесстрашно бросилась голышом на бандитов, — она у меня такая! С ней точно все в порядке?
— Не беспокойся, в полном порядке! — заверил меня Райнгольд. — Кусочек памяти о твоем аресте я просто заблокировал, чтобы не нервничала зазря. Сейчас я его быстро на место верну.
— Спасибо, Вячеслав Вячеславович! — поблагодарил я старика. — Не знаю даже, что я бы без вас делал!
— А девчушка твоя у меня хоть отъелась и отоспалась вволю, а то от нее одна кожа до кости
