class="p1">
Извините, если кого обидел. 31 декабря 2003
2004
История про путешествие капитанов за Золотым Сруном
Приступая к нему с упованьем…
Льюис Кэролл. Охота на Снарка.
Началась эта история с того, что ко мне пришел старый друг, боцман Наливайко.
Он явился как всегда без предупреждения, сразу наполнив дом запахами настоящего морского волка. Это был крепких дух трубочного табака «Казбек», кубинского рома, водорослей и тины.
Боцман Наливайко бесцеремонно прошёлся по комнатам и сел на мой письменный стол.
— Что это ты читаешь? — спросил он меня.
— Читаю замечательную книгу «Детские губы багрового внука», — отвечал я ему.
— Всё это чепуха. Тебе следует ждать гостей, — назидательно сказал старый боцман.
И правда, в дверь тут же позвонили.
На пороге стоял молодой человек с подозрительной трубой. Кроме трубы, в его руках была огромная шляпа с обвисшими широкими полями.
— Кондратий Рылеев, — представился он. — Однофамилец.
Я понял, что ветер странствий подул в мои паруса. Мальчишеская дружба неразменна, и всё такое. Я понял, что надо искать сокровища и вешать мерзавцев на реях.
— Нет, — заявил боцман Наливайко. — Мы отправимся за Золотым Сруном.
Мы пройдём через моря и океаны и Золотой Срун, что сидит в горах Ставриды исполнит наше желание.
— Я дико извиняюсь, — перебил его Рылеев, — одно?
— Что?
— Одно желание? На всех?
— Нет, каждому.
— Это меняет дело.
Было понятно, что теперь дело за тем, чтобы найти хорошего капитана.
Извините, если кого обидел.
01 января 2004
История про путешествие капитанов за Золотым Сруном. (II)
И мы начали искать капитана.
— Нам нужно искать одноногого капитана, так написано в книге предсказаний.
— А может, нужно искать капитана, которому нужно дать пятнадцать лет? — ехидно спросил боцман Наливайко.
— Нет, — возразил я. — Нужно искать капитана с грантом. Ну, в худшем случае, с детьми.
Мы долго шатались по улицам, согреваясь ямайским ромом в подъездах. Частые стычки с подъездными пиратами вконец утомили будущий экипаж.
Наконец, уже совершенно отчаявшись, мы обнаружили, что пьём кубинский ром (заменивший нам выпитый ямайский) напротив двери, на которой была нарисована лодка под парусом. В лодке была изображена женщина с огромной грудью и русалочьим хвостом.
Аккуратно поставив недопитую бутылку на лестницу, мы позвонили в звонок. Ответа не было. Тогда Наливайко поднял глаза к потолку увидел позеленевший колокол. Мы снова подняли бутылку, и, опорожнив её, кинули в колокол.
Бутылка с дребезгом разбилась.
— Эх, пробили мы склянки, — зачарованно произнёс боцман Наливайко.
Но дверь вдруг отворилась.
На пороге стоял человек, стоявший на одной ноге. Лишь спустя некоторое время мы поняли в чем дело — у человека был всего один шлёпанец.
Его поджатая нога была босая, и человек выразительно шевелил пальцами.
— Давно вы потеряли ваш сандалий? — вежливо осведомился Кондратий Рылеев.
— В юности, — устало ответил человек. — Я ищу его давным-давно и даже стал для этого капитаном дальнего плавания. Я искал свой тапочек на Северном полюсе и на Южном, на Западном и Восточном, в горшках с медом и в бочках из-под солярки, я ремонтировал земную ось, обнаружил смысл жизни, открыл подводные философские камни, но моего тапочка нигде нет.
Пройдёмте! То есть — проходите.
Мы прошли, и с тех пор стали неразлучны.
Извините, если кого обидел.
01 января 2004
История про путешествие капитанов за Золотым Сруном. (III)
Однажды, плавая в бассейне, мы снова вернулись к теме дальних странствий.
— Теперь нам нужен человек, хорошо знающий южные и северные моря, — сказал Боцман Наливайко. — Я, впрочем, хорошо знаю западные, а наш капитан — восточные, но всё равно, без лоцмана нам не обойтись.
— С этим проблем не будет, — заявил Кондратий и исчез.
На следующий день он явился в окружении толпы плохо одетых людей. Все они оказались Лоцманами.
Что бы не обидеть никого, мы выбрали человека с наколотым на лбу якорем.
— Где вы, Кондратий, их всех нашли? — осведомился капитан.
— Не было ничего проще. Я явился в портовый кабачок «Корабль Чудаков» и спросил присутствующих, не побоится ли кто из них отправится на поиски Золотого Сруна.
Потом я осведомился, не знаком ли кто из этих джентельменов с гидрографией южных морей и с орографией северных.
Все как один, оказались знатоками если не одного, так другого. Оставалось лишь привести их к вам.
— Откуда будете, сэр? — вежливо спросил будущего члена команды боцман Наливайко.
— Меня зовут Егоров, — представился тот. — Вообще-то я писатель, но море люблю с детства и поэтому написал несколько книг: «Дети капитана Флинта» и «Жизнь и невероятные приключения Робина с кукурузой, моряка из Лиепаи».
— Вы знаете Робина с Кукурузой? — оживился капитан.
— Как свои пять пальцев.
— Берём вас лоцманом.
— А боцманом нельзя?
— Боцман уже есть, — сказал, помрачнев, боцман Наливайко.
Извините, если кого обидел.
01 января 2004
История про путешествие капитанов за Золотым Сруном. (IV)
Сидя на парапете набережной и болтая ногами, мы разглядывали корабли. Выбрав понравившийся, мы решили, что за Золотым Сруном нужно отправится именно на нём.
Он был огромен и похож на тот титановый корабль, который так часто теперь показывают в кинематографической хронике. На нём могло поместиться целых двадцать человек, а двое из них, обнявшись на носу, кажется, тренировались, кто дальше плюнет.
Прежде, чем сообщить о нашем намерении сторожу, мирно спавшему на кнехте рядом со сходнями, мы задумались о том, как назвать корабль. (Пользоваться прежним названием нам не приходило в голову).
Собственно, кофейный клипер, стоявший перед нами, назывался «Победа».
— Назовем наш корабль «Марго», — предложил я.
— Это неудобно, — заявил капитан. — Тогда нас станут называть маргонафтами.
— Если мы назовем наш корабль «Алко», будет ещё неудобнее, — возразил я, и все со мной согласились.
Но, подумав, мы решили, что неудобно делать другие вещи — спать на потолке и совать зонтики куда не попадя. И остановились на гордом имени «Алко».
Тогда мы хором запели отрядную песню:
Как алконавты в старину,
Спешим мы, бросив дом,
Плывем, тум-тум, тум-тум, тум-тум,
За Золотым Сруном…
После этого мы перекрасили часть корабля, а сторож по случайности упал в воду. Мы были душой с ним, но он куда-то подевался.
К сожалению, у нас было недостаточно времени, чтобы выяснить, чей это корабль, и мы просто оставили записку на причале, придавив её пустой бутылкой.
Извините, если кого обидел.
02 января 2004
