И все это время девочку не подпускали к родным! Она плакала, стучала в двери, просила дать ей увидеть папу и маму,… но селяне лишь отводили глаза. А потом одна из женщин сказала:
- Вам нельзя к ним, госпожа… Вы – единственная наследница и будущая жрица. Если не станет вас, деревня лишится благословений и даров природы и погибнет! Пока вы живете, у нас всегда будет надежда,… а хворь когда-нибудь да уйдет. Поэтому прошу,… простите нас!
И вот теперь вместо папы и мамы на деревенском кладбище появились два холмика, покрытых белыми и желтыми цветами, с деревянными фигурками зверей, в основании которых были вырезаны имена… Вспомнив об этом девочка задрожала, и слезы полились еще сильнее.
- Папа… мама,… почему вы умерли? – всхлипывала она. – Вы же… обещали,… что будете… со мной… всегда…
Хрустнул гравий тропинки. Вздрогнув, дочь жрицы подняла глаза и увидела стоявшую в нескольких шагах девочку, примерно своего возраста, в легком салатовом сарафанчике и шлепанцах. Ее черные волосы колыхались под легким летним ветерком, а в карих глазах застыли боль и сочувствие.
- Даника… – еле слышно произнесла маленькая жрица.
- Да – кивнула та. – Можно мне сесть?
- Конечно – девочка подвинулась, чтобы освободить место. Подруга примостилась рядом и, положив руки на колени, уставилась немигающим взглядом на дорожку. Воцарилось тягостное молчание, прерываемое лишь шелестом листьев. Наконец, Даника хрипло произнесла:
- Мама… и папа… умерли… Сегодня… ночью…
Жрица ахнула и резко повернулась к ней. И лишь сейчас разглядела, что глаза у подруги запали и покраснели, а лицо осунулось. Но главное – она не могла больше исторгнуть из себя ни слезинки,… не могла выплеснуть ту боль и ужас, что давили на нее, словно камень. И это было страшнее всего!
- Даника… – пролепетала девочка, чувствуя, как по ее щекам потекли новые соленые капли. – Я… мне…
- Ничего… – тихо ответила та. – Я… понимаю… Так… пусто… и плохо… внутри…
- Да… и у меня… тоже… – вздохнула подруга.
Вновь повисла молчание. Девочки вновь переживали свое горе. Лишь, когда солнце начало клониться к закату, они словно вышли из какого-то оцепенения и жрица нерешительно произнесла:
- Даника,… а давай жить вместе?
- А? – удивленно вскинула бровь подруга.
- Ну… – девочка с рожками замахала руками, не зная как лучше выразить свою мысль. – Просто… без папы и мамы… в доме… так… пусто… и страшно… А если мы… будем вместе… то уже будет… не так…
- Хорошо… – кивнула Даника, и на ее лице впервые промелькнуло что-то похожее на улыбку. – Я только принесу свои вещи.
Остаток дня прошел в хлопотах: девочки сделали небольшую уборку, кое-как состряпали ужин, почитали книжку и вымыли посуду. Когда же за окном сгустились летние сумерки, подруги забрались под одеяло и, прижавшись друг к другу, забылись беспокойным сном…
Кр-р-р! Кр-р-р! Кр-р-р!
Жрица открыла глаза и огляделась по сторонам. Комната утопала в темноте, снаружи слышался шум льющейся воды – как видно к ночи нанесло грозу. Девочка поежилась – даже, когда рядом была подруга, дом без родителей казался ей каким-то чудовищем…
Пустой… тихий… жуткий…
- Что такое? – Даника оторвала голову от подушки и взглянула на жрицу сонными глазами.
- Мне… что-то… послышалось… – прошептала подруга.
- Наверное, ветер – девочка повернулась на бок. – Спи…
Кр-р-р-р-р!!!!
Тоненько пискнув, жрица вжалась в спинку кровати!
- Ты… слышала?! – пролепетала она.
- Да… – сна у Даники теперь не было ни в одном глазу. – Кто-то… скребется…
Девочки медленно подняли глаза к потолку. Однако больше никаких странных звуков не было, только часы неспешно тикали, отсчитывая время, шумел ветер, да шлепали, срываясь с крыши, капли дождя.
- Может, показалось? – тихо произнесла Даника.
- Может… – также тихо ответила жрица.
И в этот миг наверху вновь что-то заскреблось! В одном месте… в другом… третьем… быстро… настойчиво,… словно кто-то проверял на прочность потолок! А затем на чердаке скрипнула доска… протяжно так, словно избавившись от груза…
Бедные девочки прижались друг к другу, дрожа, словно испуганные мышки! Темнота по углам комнаты, казалось, стала плотнее, а ветер снаружи принялся налетать сильными порывами, будто какое-то чудище бесновалось вокруг и хотело пробраться внутрь. И вдруг оглушительно грянул гром, а небосвод буквально разорвала яркая молния, на несколько долгих секунд осветившая все вокруг! И в этой яркой вспышке на фоне окна четко проявился силуэт с птичьей головой с большим клювом! Красная, словно уголек, точка глаза заглянула в комнату,… а затем раздалось громкое отрывистое карканье!
Взвизгнув от ужаса, девочки соскочили с постели и бросились бежать! Ноги сами понесли их в кухню. Спотыкаясь и больно ударяясь бедняжки буквально ввалились внутрь помещения и начали лихорадочно искать, где спрятаться! Наконец, Даника забилась под кухонный шкаф, а жрица кое-как втиснулась в небольшую тумбочку под раковиной, куда обычно ставили мусорное ведро. Сердца девочек колотились, словно сумасшедшие, дыхание со свистом вырывалось изо рта, страх пронизывал каждую клеточку тела. Жуткая сказка оживала на глазах,… но теперь ее героями были они сами!
В спальне хлопнула открытая рама,… звякнуло разбившееся от удара стекло,… а потом послышались спокойные неторопливые шаги! Что-то душераздирающе заскрежетало по стене. Жрица испуганно пискнула и зажала
