В 1960 году в Великобритании советской военной разведкой был завербован один из самых ценных агентов — капитан 1-го ранга Д. Герхард. Офицер ВМФ ЮАР, он в то время проходил стажировку в Королевских ВМС.
В 1961 году в Швейцарии он познакомился с Р. Йор, гражданкой Швейцарии. Их знакомство переросло в бурный роман, доблестный моряк развелся с первой женой и женился на новой знакомой. По утверждению западных источников, уже тогда его вторая супруга была агентом ГРУ. И их брак — идея ГРУ.
По официальным данным, за информацию о ВМС ЮАР (на вооружении которых состояли британские, французские и израильские корабли и боевые системы) он получил 250 тысяч долларов. На момент ареста, в январе 1983 года, он занимал пост начальника военной судостроительной верфи[161].
Если Д. Герхард прославился как один из самых высокопоставленных морских офицеров-шпионов, то корабельный писарь ВМС США Н.Драммонд — совершенно по другой причине. Он был первым чернокожим в истории американского правосудия, осужденным за шпионаж в пользу иностранного государства. За шесть лет сотрудничества с ГРУ (1957—1963) Н.Драммонд передал огромный объем секретной информации по военно-морским боевым системам, противолодочной электронике и материально-техническому обеспечению подводных лодок. Заработал 28 тысяч долларов и пожизненное тюремное заключение[162].
В сентябре 1962 года был арестован агент Дрон. Среди переданных им материалов особую ценность представляла копия «Альбома управляемых ракетных снарядов ВМС США»[163].
В 1961 году сотрудник резидентуры в Лондоне И. П. Глазков завербовал 49-летнего Ф. Боссарда. Тот постоянно испытывал материальные затруднения и, как установили позднее, в 1934 году приговаривался к 6 месяцам исправительно-трудовых работ за скупку часов по фальшивым чекам и сдачу их в ломбард. Но при приеме на госслужбу его прошлое тщательно не проверили, и он без проблем устроился на работу в разведку.
Глазков познакомился с Боссардом в Лондоне, в пивной «Красный лев», представившись Гордоном. Почвой для дальнейших встреч было их общее увлечение нумизматикой. Согласившись за денежное вознаграждение работать на советскую разведку, Боссард старался как можно реже встречаться со своим оператором. Раз в два месяца он закладывал материал в один из десяти тайников и забирал оттуда выплачиваемые ему деньги, в некоторых случаях до 2 тысяч фунтов стерлингов. О том, какой тайник загружен в данный момент, Боссарду сообщали посредством передаваемых по радио музыкальных произведений (например, «Танец с саблями» или «Подмосковные вечера»). В экстренных случаях передавалась «Дубинушка», и это означало, что контакты с ним временно прекращаются. Среди переданных Боссардом секретных материалов наиболее важными были документы об американских системах наведения ракет[164].
Агент Барт работал в научно-исследовательском отделе управляемых видов оружия министерства авиации Великобритании. Сообщил подробные технические данные об управляемых ракетах. Был советским агентом с 1961 по 1965 год. В тюрьме провел 21 год[165].
Бывший сотрудник дежурной службы ЦРУ У. П. Камлал ис передал советской военной разведке сверхсекретную техническую документацию по спутнику «Биг-Берд». Основная причина, заставившая его сделать это — неудачи по службе. Однажды он понял, что никогда не сделает карьеры в разведке. После увольнения он слетал в Афины, где за три тысячи долларов продал секретные материалы помощнику советского военного атташе. Через несколько лет, когда об этой сделке стало известно ФБР, был осужден на 40 лет[166]. Его арестовали в 1978 году по наводке перебежчика из ГРУ Бохана[167].
В Швейцарии в 70-е годы как минимум работало два высокопоставленных агента советской военной разведки. Один из них умер до своего разоблачения, а вот имя второго долго не сходило со страниц западных газет.
В 1977 году к 18 годам лишения свободы за шпионаж в пользу СССР был приговорен бригадный генерал швейцарского генштаба, бывший командующий войсками ПВО Швейцарии Ж. Л.Жанмер (Мур). Его жена получила 15 лет[168]. Он был признан виновным в том, что с 1962 года передавал секретную информацию, касающуюся обороны Швейцарии, своему контактеру в советское посольство, а также во время моментальных встреч по дороге с работы домой из Берна в Лозанну[169]. Он был завербован советским военным атташе в Швейцарии B. К. Денисенко[170].
Об активности ГРУ на территории Франции можно судить по работе агентурной сети, которую возглавлял C. Фабиев. Она начала работать в 1963 году в одном из пригородов Парижа. В нее входило не меньше двенадцати агентов.
С. Фабиев, сын русского эмигранта, родился в Югославии, а затем вместе с родителями "перебрался во Францию. В связи с тем, что с 1940 по 1943 год он вместе с отцом был рабочим-добровольцем в Германии, французские власти отказали ему в гражданстве. Он получил его лишь в 1967 году. Это обстоятельство и использовал сотрудник ГРУ И. Кудрявцев, работавший под прикрытием советника советского посольства в Париже. Сыграв на чувстве обиды и русском происхождении, он сумел в 1963 году завербовать Фабиева. Сам агент позднее говорил об этом так: «Меня завербовали, когда я был апатридом, дали советское гражданство и поручили выполнение разведзадания. Я согласился, и в течение многих лет у меня не возникало чувства, что я предаю Францию, поскольку гражданином ее я стал только в 1967».
Несколько раз Фабиев нелегально выезжал в Москву, где проходил специальную подготовку. Но поскольку он не имел доступа к секретной информации, его использовали сначала как установщика на интересующих ГРУ предприятиях: «Матра», «Дассо», «Норд-Авиасьон», Научно-исследовательское общество по баллистическим ракетам (НИОБР). А в 1965 году ему поручили руководить группой агентов, завербованных в разное время, куда входили: М. Лефевр, инженер-электронщик фирмы «Матра», а затем «Ханивелл-Булл», симпатизирующий ФКП, завербованный в сентябре 1962 года помощником военно-морского атташе во Франции В. Григорьевым; Д. Ферреро, редактор в компании «ФИАТ-Франс», завербованный на материальной основе в 1961 году военно-воздушным атташе во Франции полковником А. Лебедевым; Р. Лаваль, авиадиспетчер генерального секретариата гражданской авиации (ГСГА) в отставке, завербованный в 1966 году на материальной основе В. Сафроновым, сотрудником советского торгпредства в Париже.
Информация, поступавшая в Москву от группы Фабиева. имела исключительно важный характер. Так, с помощью М.Лефевра ГРУ удалось получить отчеты НИОБР, програмное обеспечение для пусковых установок и компьютеров, контролировавших запуск ракет «земля—земля», патент на электронное отключение посадочных полос.
От Д. Ферреро, работавшего до поглощения управления вооружений и авиации фирмы «ФИАТ» госкомпанией «Аэра Италиа» секретарем руководителя этого управления, были получены совершенно секретные документы, касающиеся: автоматической системы НАТО для наземного управления системами ПВО; консультативной промышленной группы НАТО (организации, занимающейся стандартизацией промышленного оборудования для армий стран НАТО); программы совместных исследований в области вооружений, организации снабжения вооруженных сил НАТО: европейской научно-исследовательской организации по ракетам; сведений об американском многоцелевом истребителе F-104 «Стафигхтер» (более четверти века состоял на вооружении стран НАТО), в числе которых отчет о летных испытаниях, сопоставительный доклад ВВС США о летных испытаниях американского истребителя Т-33 и итальянского истребителя G-91 «ФИАТ»; отчетов о различных совещаниях и исследованиях ОЭСР (Организации экономического сотрудничества и развития) и т. д. Всего 1,5 кубометра бумаг.
Что касается Р. Лаваля, то он как бывший служащий гражданской авиации сохранил знакомства в этой сфере и по заданию ГРУ побывал на многих авиабазах Франции, где проводил фотосъемку интересующих военную разведку объектов. Кроме того, он передал ГРУ подробные планы около 100 гражданских и военных аэродромов, документы о радарах из управления авиабазами ГСГА, документы управления аэронавигации, технической службы гражданской авиации, досье архивно-библиотечной службы ГСГА, планы центра телекоммуникаций национального флота в Росне и многое другое.
Кроме Лефевра, Ферреро и Лаваля в группу Фабиева входил еще и некий Раймонд X., завербованный в 1967 году «втемную» сотрудником парижской резидентуры ГРУ И. Мосенковым, работавшим под «крышей» торгпредства. В группе Фабиева он выполнял роль «живого почтового ящика», получая на свой адрес письма и передавая их Мосенкову. Впрочем, связь с Фабиевым поддерживалась и с помощью тайников, и с помощью радиопередатчика для посылки сообщений в Москву, и с помощью передатчика, замаскированного в автомобильном приемнике, для связи с советским посольством в Париже.
