Быстрый рост объема информации, поступавшей от р^езидентур НКГБ в Сан-Франциско, Вашингтоне, Нью-Йорке, Мехико и Оттаве, руководимых Г. Хейфецем, В. М. Зарубиным, А. Василевским и В. Павловским, а также от их коллег из Разведупра И. Сараева (Вашингтон), — П. Михайлова (Нью-Йорк) и Н. Заботина (Оттава), побудил сделать добычу атомных секретов одной из приоритетных задач НКГБ.
В феврале 1944 года, функция координации деятельности разведывательных служб по атомной проблеме была возложена на специально созданную в рамках НКГБ группу «С» под руководством генерал-майора П. А. Судоп-латова. Она занималась координацией работы НКГБ и РУ по сбору и обработки материалов из США, Канады и Великобритании. На эту группу, а потом и отдел, возложили также функции по реализации полученных данных внутри страны[141].
На добычу информации по атомной тематике были ориентированы не только резидентуры работающие в США, Великобритании, Канаде и Мексике, но и в самой Германии. Например резидентура советской военной разведки «Дора». В мае 1942 года Ш. Радо получил список вопросов по данной теме. Получить необходимые сведения он поручил Сиси, Пакбо и Пьеру. Правда, по оценкам советских ученых, добытая информация свидетельствовала об отставании Германии в этой сфере и больше аналогичных задач резидентуре не ставилось[142].
В ноябре 1943 года из Москвы в Нью-Йорк на имя многоопытного резидента В. Зарубина была направлена ориентировка, в которой сообщалось, что в США для работы по «Энормозу» выехал ряд ведущих ученых из Англии, в том числе К. Фукс, немецкий эмигрант, член Компартии Германии. Ранее он занимался исследованиями в области быстрых нейтронов в Бирмингемском университете и был завербован разведкой ГРУ.
Дело в том, что вклад К. Фукса в реализацию проекта «Тьюб эллойз» был настолько велик, что научный руководитель американского проекта Оппенгеймер пригласил его, вместе с группой английских коллег в США. Вот так агент советской разведки попал в самое сердце проекта «Манхэттен» — в знаменитый атомный город Лос-Аламос.
5 февраля 1944 года в Нью-Йорке состоялась встреча агента-связника Г. Голда с К. Фуксом, а 25 февраля он передал копии своих теоретических работ по «Энормозу». За время командировки К. Фукса в США его работой на внешнюю разведку руководили С. Семенов, а затем А. Яцков, о чем ученый, естественно, не догадывался.
В 1943—1944 годах К. Фукс передал через Г. Голда (Раймонд) следующие материалы: об опытной промышленной установке в Ок-Ридже; о мембранах, используемых в газодиффузионном процессе, и их композиционном составе. А также копии всех докладов, подготовленных британской научной миссией в США[143]. За это Голд был награжден орденом Красного Знамени. Правда, сам источник (Фукс) боевой награды так и не получил.
О ценности и важности переданных К. Фуксом в тот период материалов свидетельствует секретный меморандум директора ФБР Д. Э. Гувера:
«…В апреле 1945 года в Санта-Фе передал русскому агенту детальный доклад, который заранее подготовил в Лос-Аламосе, имея доступ ко всем соответствующим документам и проверяя на месте правильность проводимых им расчетов и формул.
Этот второй доклад содержал полное физико-математическое описание плутониевой бомбы, которую предполагалось испытать… Он передал русским чертежи бомбы, ее отдельные компоненты и сообщил все наиболее важные параметры…»[144].
В период с сентября 1947 по 1949 год К. Фукс передал сотруднику советской внешней разведки А. Феклисову: детальные данные о реакторах и химическом заводе по производству плутония в Уидскейле; сравнительный анализ урановых котлов с воздушным и водяным охлаждением; планы строительства завода по разделению изотопов; принципиальную схему водородной бомбы и теоретические данные по ее созданию, которая была разработана учеными США и Великобритании в 1948 году; результаты испытаний американской ураново-плутониевой бомбы на атолле Эниветок; справку о состоянии англо-американского сотрудничества в области производства атомного оружия и другие материалы.
О важности переданной К. Фуксом секретной информации можно судить по следующему отзыву Центра: «Полученные материалы очень ценные и позволяют сэкономить 200—250 млн. рублей и сократить сроки освоения проблемы»[145]
В феврале 1950 года был арестован Г. Голд, поддерживавший контакт с К. Фуксом во время его поездок в США. 3 февраля того же года лондонская резидентура на основании газетных сообщений проинформировала Центр об аресте К. Фукса, которому было предъявлено обвинение в «передаче врагу» информации по «Энормозу». Эта информация была доложена непосредственно Сталину.
Анализируя причины провала, работники Центра Л. Квасников и А. Раина пришли к выводу, что он связан с пребыванием К. Фукса в США. В дальнейшем было установлено, что после испытания 29 августа 1949 года советской атомной бомбы ФБР начало интенсивные поиски лиц, причастных к утечке атомных секретов. Связник Г. Голд вновь был вызван на допрос. Несмотря на то, что он отрицал свое знакомство с К. Фуксом, ФБР произвело негласный обыск в его квартире, где агенты обнаружили план города Санта-Фе, на котором карандашом было помечено место встречи Голда с Фуксом.
На очередном допросе, используя неопровержимые улики, сотрудники ФБР заставили Г. Голда сознаться в сотрудничестве с советской разведкой и контакте с К. Фуксом. Директор ФБР Д. Э. Гувер доложил президенту Трумэну, что источником утечки атомных секретов является английский ученый Клаус Фукс, который во время его командировок в США передавал советским агентам секретные материалы по «Энормозу».
Эти сведения были переданы британской контрразведке МИ-5. В сентябре 1949 года премьер-министр Великобритании К. Эттли дал указание приступить к допросам ученого, не отстраняя его от работы в Харуэлле. Ставка делалась на то, что коллеги К. Фукса окажут на него психологическое воздействие. Этот расчет оказался правильным. Находясь в тяжелом морально-психологическом состоянии и понимая, что Г. Голд его выдал, К. Фукс подтвердил свое сотрудничество с советской внешней разведкой и факт передачи ей секретных материалов по «Энормозу». После письменного признания 2 февраля 1950 года он был арестован. 1 марта 1950 года в центральном уголовном суде Олд-Бейли состоялся судебный процесс над К. Фуксом. В последнем слове К. Фукс признал свою вину. Суд приговорил его к 14 годам тюремного заключения.
После суда комиссия конгресса США по атомной энергии поручила Гуверу представить ей полные тексты признаний К. Фукса. После их тщательного анализа комиссия пришла к выводу о том, что он передал Советскому Союзу не только результаты научно-исследовательских работ, но и подробные сведения по практическому созданию урановой и плутониевой бомб.
По оценке американских ученых, информация К. Фукса помогла Советскому Союзу сократить срок создания атомного оружия от трех до десяти лет и опередить США по созданию водородного оружия.
Летом 1944 года неизвестный принес в советское генконсульство пакет на имя посла А. А. Громыко. При вскрытии оказалось, что в нем находятся совершенно секретные материалы по проекту «Энормоз». Установить неизвестного не удалось. Центр, получивший эти материалы, оценил их как «исключительно интересные», однако отчитал резидентуру за то, что она не приняла мер по установлению контакта с этим лицом.
В 1944 году Д. Маклин (Гомер) занял пост первого секретаря посольства Великобритании в США и смог получить доступ ко всей информации, которой они обменивались с американцами по данной тематике[146].
11 ноября 1944 года резидентура получила от источника Персея доклад о лагере-2, в Санта-Фе, а также список лиц, работающих по «Энормозу».
Несмотря на то, что периодически получаемые резидентурой внешней разведки в Нью-Йорке материалы по «Энормозу» получали положительные оценки Центра, все же до ноября 1944 года эта работа носила эпизодический характер. В отличие'от лондонской резидентуры, которой удалось наладить бесперебойное получение документальных материалов по ядерной проблематике, советским разведчикам в США не удавалось реализовать задание Центра.
Однако в сентябре 1944 года А. Феклисов установил контакт с одной американской гражданкой, симпатизировавшей борьбе Советского Союза с гитлеровской Германией. Выяснилось, что ее муж работал в Санта-Фе на заводе, который выполнял заказы по «Энормозу». В декабре 1944 года его удалось привлечь к сотрудничеству с советской внешней разведкой на идейной основе, а в дальнейшем наладить бесперебойное получение материалов по проводимым в Лос-Аламосе работам по созданию атомного оружия.
Наступивший 1945 год принес сотрудникам линии научно-технической разведки в США чувство удовлетворения. Им удалось приобрести несколько источников по «Энормозу» и наладить регулярное снабжение Центра документальной информацией. Она позволяла Москве быть в курсе всех работ, которые проводились в США по созданию супер-бомбы.
