Его пальцы двигались по ткани, пока он подводил ее к кульминации; ее тело дугой приподнялось над кроватью и вибрировало от сжигавшего ее огня. Ничего подобного она еще не испытывала.
Теперь с ней будет легче управляться. Он отпустил ее запястья и оперся на локоть, глядя в ее янтарные глаза. Это – его погибель. Он мучился от неудовлетворенного желания. Поцеловав ее, Джулиан отстранился. Необходимо отдалиться от нее, пока он не потерял над собой контроль. Тамлин должна понять, что он завоеватель, ее господин, и языческие заклинания на него не действуют.
Что не будет повторения того, что случилось в его палатке.
У двери он остановился:
– Ты останешься здесь, пока я не вернусь, моя малышка. – Не оглядываясь, он вышел из комнаты, огромная дверь захлопнулась за ним.
– Я не твоя дикая кошка, Дракон! – крикнула она. Но Джулиан этого не слышал.
Ощущения, пульсирующие в ее женском центре, напоминали Тамлин о его прикосновении воина, его абсолютном господстве.
Тамлин пыталась сопротивляться, но тщетно. Устоять перед Джулианом она не могла.
Перекатившись на бок, она продолжала дрожать. Но ее щеке скатилась слеза.
Но слезами горю не поможешь. Тамлин подошла к сундуку, принадлежавшему Дракону, открыла крышку, стала рыться в его одежде и нашла простую зеленую рубаху. В конце концов, решила она, граф у нее в долгу. Расшнуровав платье, она сбросила его, и оно упало на вещи Шеллона.
Она забралась в почти остывшую воду, зачерпнула пригоршню мыла и стала смывать запах воина со своего тела. Она терла до тех пор, пока кожа не стала ярко-розовой.
Из груди ее вырвался всхлип, когда она признала поражение. Она могла избавить свое тело от его мускусного мужского запаха, но все еще ощущала вкус его губ.
Она притянула колени к груди, наклонилась вперед и дала волю слезам.
Тамлин проигрывала битву против этого надменного полководца. Она боролась не только с ним, но и со своей собственной натурой. И ненавидела его за это.
Но еще больше ненавидела себя.
Глава 8
Пламя горящего в камине торфа уже догорало, когда Джулиан вошел в свои покои. Тепло и запах хлынули в его разум со странным ощущением возвращения домой.
В первое мгновение он испугался, что Тамлин каким-то образом исчезла, возможно, через потайной ход из покоев лорда. Утром он обязательно проверит, есть ли здесь такой. И тут он увидел, что Тамлин спит, свернувшись калачиком в дальнем конце завешанной портьерами кровати.
Когда он отодвинул драпировки, его глаза остановились на женщине, которой предстояло стать его невестой.
Улыбка тронула его губы, когда он увидел, что ее соблазнительные формы покрывает его туника. Знак его собственности.
Джулиана клонило в сон, но он знал, что вместе со сном придут кошмары.
Он смотрел на изгиб ее бедра под зеленым шелком. Его глаза жадно шарили там, где кожаные шнурки перекрещивались на ее полной груди. Сквозь тонкую ткань просвечивали соски.
Желание охватило его. Он представил себе, как ласкает ее грудь, покрывая ее поцелуями, как играет ее сосками. Как она сидит на нем, а он входит в нее.
Затем он представил Тамлин под яблоней, белые лепестки падают вокруг нее так густо, что кажутся снегом. Горящие огни и танцующие люди.
Он на мгновение закрыл глаза. В голове гудело. Ему почудилось, будто он слышит карканье ворон.
Джулиан медленно провел рукой по шнуровке натруди Тамлин, но тут же убрал руку. Он должен остановиться, иначе овладеет ею.
Стянув куртку через голову, он бросил ее на сундук. За ней последовала туника. Потом он расшнуровал штаны и сапоги. Одетый только в лосины, завязанные на талии, он прошел в комнату и подбросил кусок торфа в огонь. Его удивляло то, что шотландцы жгут торф.
Джулиан подошел к столу и налил себе бокал меда. Проглотил сладкий сидр со сброженным медом, вкус был приятный.
Поставив пустой бокал, он вернулся к кровати на высоком помосте. Развязал и снял лосины и скользнул под одеяло из меха черного волка, натянув его на них обоих. Тело Тамлин излучало тепло. Он придвинулся ближе.
Ее волосы, как тяжелый шелк, были неотразимы. Легко, так, чтобы не разбудить ее, он зарылся в них пальцами и обнял Тамлин, прижавшись к ней.
К счастью, он впитывал ее успокаивающее тепло, молясь, чтобы ее мощное ведьминское зелье не пропустило холод, терзавший его душу. Если бы он мог хоть несколько часов поспать!..
Его веки отяжелели. Он вдыхал пьянящий аромат диких ягод, пурпурных цветов и Тамлин.
Тамлин мучили кошмары. Она пошевелилась, ощутив тепло. Вращавшиеся образы стали ярче. Как это было в три предыдущие ночи, из тумана доносились горестные звуки великой грозы, надвигавшейся на священные тропы.
Гром сотряс землю, когда ее босая нога коснулась мягкой, мокрой от дождя земли. Туманы закрывали горы и долины Шотландии непроницаемым сумраком, пока она ждала, затаив дыхание. Ее не покидало дурное предчувствие.
Что-то случится…
По телу побежали мурашки.
Тишина раскололась, когда вороной жеребец вырвался из клубящегося тумана. Во влажный воздух, из трепещущих ноздрей животного вырывались струи горячего пара. Конь вскинул голову, тяжелая грива взлетела волной. В тишине зазвенели волшебные колокола. Но это не был конь-гоблин. На нем сидел рыцарь.
На рыцаре были ничем не украшенные латы, черные кожаные штаны и обшитая железными пластинами куртка. За спиной развевался темный плащ.
Тысячи невидимых воронов кричали в тумане. Неукротимая энергия коня и всадника вызвала у Тамлин благоговейный страх. Ноги словно приросли к земле, когда черный рыцарь и его боевой конь приблизились. Опасаясь, что они затопчут ее, Тамлин зажмурилась.
В последнее мгновение рыцарь сдержал коня, остановившись так, что она оказалась у его правой ноги. Он наклонился и протянул ей белую розу. Тамлин нерешительно потянулась к ней.
Похожая на слезу, красная капля упала на бутон. Потом вторая. Потом еще, пока весь цветок не стал алым от крови, капающей из разорванной шипами ладони воина. Она заморгала. Цвет опять изменился и теперь стал черным, как кричащие вороны смерти и пророчества, скрытые в тумане.
Рыцарь снял шлем. Это был лорд Шеллон. Он посмотрел на нее, его темно-зеленые глаза ничего не выражали. Тамлин ощутила такую острую боль, что едва не упала на колени. В порыве сочувствия она коснулась его, проведя пальцем по запястью его правой руки и вниз к указательному пальцу с золотым кольцом.
Печать Шеллона. Могущественный дракон, стоящий на задних лапах.
Когда Тамлин коснулась металла, ее пронзила молния. Она вдруг оказалась в незнакомом месте, в каком-то огромном городе.
