Я нажала на звонок и не отпускала его в течение минуты. Наконец дверь открылась, и на пороге появился Глеб в длинном махровом халате. Вид у него был недовольный. Я тут же бросилась к нему на шею и со слезами на глазах произнесла:
— Глеб, милый, я попала в такую неприятную ситуацию! Мне нужна твоя помощь!
— Почему ты не на работе? — слегка отстранил меня Глеб.
— Я ушла с работы. Там какой-то маньяк чуть не заколол меня пикой! Я боюсь туда возвращаться. Я примчалась к тебе, Глеб. Ты ведь знаешь, как сильно я тебя люблю!
— Дашка, извини. Мне нужно решить кое-какие вопросы с друзьями. Мне некогда. Езжай к себе домой. Завтра созвонимся, — произнес Глеб отстраненно.
Я побледнела и почувствовала, как земля уходит у меня из-под ног.
— Глеб, ты что, с ума сошел?! Я без тебя не могу! Я не могу ждать завтра. Ты что, меня за дуру держишь?! Какие, к черту, дела в банном халате. Неотложные дела, деловые партнеры, переговоры, бизнес! Ты стоишь в халате и говоришь мне такие вещи! Отойди, я хочу пройти и посмотреть на твоих друзей.
— Даша, не надо! Не делай глупостей! Езжай домой…
Я пристально посмотрела на Глеба. Красиво очерченные губы, родинка на правой щеке… Борясь со слезами, я оттолкнула его и прошла в гостиную.
В гостиной стоял сервированный на две персоны стол. Приглушенно звучала легкая музыка. На белоснежном диване лежала охапка алых роз. На спинке стула висела белоснежная рубашка Глеба и его шелковые брюки.
— Ты кого-то ждешь? Одевайся, не стесняйся. Ты же любишь принимать душистую ванну, перед тем как надеть чистую рубашку и брюки. Твой стол накрыт на две персоны. А кто должен приехать?
— Деловой партнер, — глухо ответил Глеб, стоя в дверном проеме.
Я посмотрела на лежавшие на диване коробки, перевязанные разноцветными ленточками, и, смахивая слезы, спросила:
— Ты приготовил подарки для делового партнера?
Бесцеремонно развязав ленточку, я быстро вытряхнула содержимое первой коробки на журнальный столик. Из коробки выпало французское нижнее белье цвета морской волны, такого качества, о котором я даже не могла мечтать, со всевозможными рюшками и кружевами. Я взяла бюстгальтер за тоненькие бретельки и приложила к себе.
— Глеб, это мне или деловому партнеру, который с минуты на минуту должен прийти к тебе на переговоры? Если мне, то давай я это примерю. Правда, ты немного ошибся с размерчиком, лифчик мне будет великоват, но ничего, я и такой поношу.
— Это не тебе. Положи на место, — грубо произнес Глеб.
Не обратив на его тон никакого внимания, я открыла вторую коробку. В коробке лежали сказочно красивые туфли ручной работы из кожи жирафа. Куплены они были, скорее всего, на какой-нибудь выставке или показе мод и стоили целое состояние.
— Боже мой, какая прелесть! — прошептала я, будучи не в силах оторвать от них взгляда.
Глебушка, мальчик мой любимый, даже не знаю, как тебя благодарить! Но ты опять ошибся размером! У меня тридцать седьмой, а этот на два номера больше. Ты бы спросил заранее, а то, видишь, не подрасчитал чуть-чуть, и мне теперь придется ходить в больших туфлях. Они, конечно же, спадать будут, но это ерунда, милый, главное, что туфли классные! Когда мы начнем вместе жить, ты не будешь путаться в размерах, ведь их запомнить совсем не сложно, да и видеться мы будем каждый день…
— Хватит! — громко крикнул Глеб. — Все это принадлежит не тебе. Нам и в самом деле нужно поговорить.
Я отложила коробки в сторону, села на диван в опустила плечи.
— Давай поговорим. Я еще по телефону почувствовала, что у тебя есть, что мне сказать.
Глеб налил в бокал коньяк и протянул его мне. Я сделала глоток и выжидающе посмотрела на Глеба.
— Даша, между нами больше ничего нет. Я прекращаю все отношения.
— Но ты даже не поинтересовался, хочу ли я их прекратить, — перебила его я.
— Я повторяю еще раз, я больше не буду с тобой встречаться, — продолжил Глеб, проигнорировав мои слова. — Я встретил другую девушку. У меня слишком серьезные отношения.
— Со мной они тоже были серьезными. Мне кажется, что нас многое связывало. Ты просто торопишься и принимаешь поспешное решение,
— Даша, я женюсь.
— Что?
— Я женюсь.
— Ты хорошо подумал? Ты хоть понимаешь, что ты говоришь?
Глеб подлил мне коньяк и уверенным голосом произнес:
— Даша, я не желаю больше тебя видеть и не хочу ничего о тебе знать. Нам было неплохо вместе, но мы стоим на разных ступеньках социального уровня, пойми. Ты обычная провинциалка, пытающаяся зацепиться в Москве любым способом, ты стриптизерша, а стриптизерша это почти то же самое, что проститутка…
Его слова больно ранили меня. Они были похожи на пощечины. На яростные, сильные пощечины. Мне хотелось зажмуриться и громко разрыдаться, но я решила дослушать все до конца.
— Извини, что я говорю тебе не совсем приятные вещи, но мне бы хотелось, чтобы мы разошлись с миром без слез и взаимных претензий друг к другу. Прости меня, Даша, но я действительно женюсь.
— Кто она? — как в тумане спросила я.
— Она дочь одного из воротил шоу-бизнеса. У ее отца шикарная студия в Лондоне. На нашу свадьбу он подарит нам виллу в Майами. Это очень известная семья, и для меня большая честь с ней породниться.
— Но ты же и так прочно стоишь на ногах! Зачем тебе это надо?!
Милая девочка, да будет тебе известно, что в России прочно стоять на ногах невозможно. Потому что наше замечательное правительство, кто бы его ни возглавлял, в самый неожиданный момент обязательно подставит тебе подножку. Делается это для того, чтобы ты упал мордой в грязь и долгое время не мог подняться. Ладно, Дашка, не будем вступать в политические дискуссии. Ну сама подумай, что я буду иметь с тобой? Посылать посылки твоим родственникам в деревню или принимать многочисленных односельчан на ночь, когда они будут приезжать с большими котомками с целью побегать по московским базарам?!
— Глеб, ты меня совсем не любишь? — дрожащим голосом спросила я.
— Нет, Даша, не люблю!
— Но ведь ты говорил…
— Мы много что говорим, Даша. Ты ведь взрослая девушка и должна разбираться в жизни. Прошу тебя, уйди с моей дороги, нам с тобой не по пути.
— Зачем ты приходил со своей новой пассией в тот бар, где я работаю? Ты хотел, чтобы надо мной посмеялись девчонки?
— Я хожу туда, куда мне хочется, и мне совершенно наплевать, работаешь ты там или нет.
— Глеб, как же так! Ведь мы столько времени проводили вместе, — заплакала я. — Ведь ты любил смотреть, как я танцую. Ты вообще любил меня! Неужели за такой короткий срок все может измениться? Глеб, милый, одумайся!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
