— Да забей, — отмахнулась неформалка, падая на место толстяка, и тут же сцапала последний бутерброд с колбасой, мгновенно его зажевав. — Тор, ты риал крези мен! Ватафак ты на Катюху в мили с голыми руками полез?! Мико тебя вчера еле откачала. А что, колбасы больше нет?!
— И-извините, — Семён, вытиравший пятно от чая полотенцем, замер, словно кролик перед удавом, не решаясь двинуться, но вдруг встряхнулся и кинулся к дверям. — Я сейчас принесу!
— Стопэ! Харе кипишить, всё равно времени нет, — тормознула его Дара. — Сенкс за чай. Тор, камон! Меня за тобой Евгенич послал, так что гоу-гоу на треню! Цигель, цигель, ай лю-лю!
— От души за чай, Сём, — я кивнул соседу. — Со вчерашнего утра ничего не жрал. Ладно, давай до вечера. Пошли, чего сидишь.
Это уже было неформалке. Та как раз прикончила очередную конфету и щёлкала пальцами, выбирая, чего бы ещё заточить. Но после моих слов тоже поднялась и присела в книксене, что с её внешностью смотрелось просто убойно. Сочетание манер аристократки и внешности неформалки вызывало когнитивный диссонанс, а уж Семён так и вовсе завис, даже забыв, как дышать.
— Сердечно благодарю вас за столь чудесный завтрак, — решила добить парня Дара и контрольным выстрелом мягко чмокнула его в щёку. — Надеюсь в дальнейшем ещё раз воспользоваться вашим гостеприимством.
— Завязывай, — я покачал головой, понимая, что на сегодня Семёна мы потеряли. — Пошли уже.
Девушка показала мне язык с пирсингом и выскочила за дверь. Я последовал за ней, но едва шагнул, как за спиной послышался гулкий удар об пол, словно упал мешок с картошкой. Хлопнув ладонью по лицу, но понимая, что исправить неформалку невозможно, а главное, мне это и нафиг не надо, я выбросил жертву эмоций из головы и направился в сторону базы. До аттестации осталась всего неделя, а вчерашние бои показали мою слабость. Пусть даже Таню мне удалось сбить с ног, но это была скорее случайность, блондинка расслабилась, за что и огребла.
С Катей же мы схлестнулись на кулачках, и красноволосая быстро превратила меня в отбивную. Может, всё обошлось бы гораздо меньшими повреждениями, но на свою беду я умудрился подловить рукопашницу и здорово пробить ей прямо в лицо. И даже почти попал, зацепил и распорол костяшками губу, после чего стихийница окончательно взбеленилась, вспыхнула, словно факел, и принялась метелить меня со всей дури, не обращая внимания на цвет индикатора защитного пояса и крики наставника. И после этого я уже ничего не помню.
— Жив? — Олег Евгеньевич пожал мне руку и хлопнул по плечу, отчего я болезненно сморщился. — Ничего, до свадьбы заживёт. Сейчас кровь тебе разгоним, затем сауна, массаж, и будешь как новенький. Давай, времени страдать нет, мало того что тебе форму нужно подтянуть, так ещё хоть минимальное боевое взаимодействие отработать. А то будете не команда, а так, одно название. Так что для начала иди-ка десятка два кругов наверни.
— Подождите! — остановил меня окрик уже привычного холодного голоса. — Не стоит спешить. Я тут кое-что принесла, это поможет в тренировках. Извиняться за вчерашнее я не собираюсь, потому как считаю, что под рукой влиятельного дома тебе, Виктор, было бы лучше, но раз ты хочешь самостоятельности, моя задача как куратора помочь тебе в этом. Сейчас ты просто балласт и будешь лишь мешать девочкам на испытании, поэтому тебе срочно нужно стать сильнее, и для этого есть один надёжный способ.
Обрескова поставила на тренерский стол кофр, который принесла с собой. Назвать предмет ящиком у меня язык не повернулся бы. Изящный сундучок чёрного дерева, стилизованный под старину, обшитый кожей и украшенный шляпками медных гвоздей, начищенных до блеска, он сразу вызывал ассоциацию с антиквариатом и чем-то древним. Плюс медная бляха с гербом какого-то дома указывала, что его содержимое недоступно простым людям. И, судя по вытянувшемуся лицу наставника, даже одарённым пришлось бы постараться, чтобы его получить.
— Это то, что я думаю? — Олег Евгеньевич, выглядевший реально ошарашенным, подошёл к столу и принялся разглядывать кофр. — Герб Битовских из Битова! Юль, откуда?!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Подняла старые связи, стрясла пару долгов, — отмахнулась куратор, вновь переключившись с холодного на эмоциональный режим. — Не бери в голову. Лучше помоги парню форму набрать, времени в обрез.
— Простите, а что это такое? — я с интересом рассмотрел герб на бляхе, изображающий сердце, из которого било вверх пламя на фоне рыцарского щита, но никаких ассоциаций у меня он не вызвал. — Оружие?
— Нет, друг мой, — наставник с трепетом провёл рукой по кофру и лишь потом открыл замок и откинул крышку, продемонстрировав ряд флаконов, аккуратно расставленных по отделениям, обшитым вроде как даже бархатом. — Это то, что сейчас тебе нужнее всего. Алхимические эликсиры и декокты, способные полностью изменить тело. Такие делают всего несколько домов в Европе, но чешские Битовские из Битова лучшие. Родословную таланта они ведут из самой Александрии, получив его от Гермеса, и на данный момент считаются старшей ветвью дома. Чтобы ты понимал, это не то, что можно купить за деньги. Стоят они немало, но даже наличие миллиардов не гарантирует, что с тобой просто будут работать. Можно, конечно, китайскую взять или индийскую, но там своя специфика. Не думаю, что ты согласишься есть человеческую плоть.
— Чего?! — меня аж передёрнуло. — Что за нафиг?!
— Грани таланта, — пожал плечами Олег Евгеньевич. — Даровавшие его боги — порождение народа с его обычаями и традициями, а у китайцев с едой всегда было непросто. Недаром у них вместо «как дела» спрашивают «ты поел?» Вот и алхимия у них столь же специфичная. Например, «медовый человек». Это когда добровольца, обычно деда лет за восемьдесят, кормят чистым мёдом и заставляют принимать медовые ванны. А когда он от такой диеты помрёт, упаковывают в герметичный гроб лет на сто, чтобы дозрел, а потом едят мелкими кусочками. Средство действительно сильное, способно человека на ноги поставить при самых тяжёлых травмах, но не для всякого, пусть даже достать его проще. Тут надо понимать, что изначально представление о природе сил у европейцев и азиатов сильно разнится. Мы разные цивилизации по сути, так что даже если на данный момент то же китайское средство тебе поможет, не факт, что потом ты не огребёшь кучу проблем. Но многие даже из одарённых на это плюют, просто потому, что жалко денег и времени на покупку проверенной алхимии.
— Можно подумать, у обычных людей есть выбор, — я усмехнулся. — Заболеешь, так чему угодно рад будешь, лишь бы помогло. Насмотрелся я в больницах на всякое. Иногда как вспомню, так уснуть не могу.
— Согласен, — кивнул наставник, — всякое бывает. Поэтому не осуждаю, каждый сам выбирает свой путь. Но при этом считаю, что скупость в подобных вопросах недопустима. Сэкономив копейки, потом можно потерять нечто такое, что оценить деньгами просто невозможно.
— Кстати, — встрепенулась Обрескова и вынула из сумочки пачку документов, протянув их мне. — Держи. Это твоё удостоверение одарённого, заменяет паспорт в любой стране мира, жетон и дебетная карта Берслагенс Спарбанка. Принадлежит шведскому владетельному дому второго уровня Бернадотов. Тоже международная, подходит для любых видов платёжных систем. Я не смотрела, но там вроде какие-то копейки остались, тысяч пятьдесят или семьдесят.
— Копейки?! — я вытаращил глаза. — Что же для вас тогда для вас много?
— Извини, но это реально мелочь, — пожала плечами Юлия. — Тебе начислили подъёмные, точную сумму не помню, но что-то около десяти миллионов. Плюс премия за упыря и вендиго. За второго поменьше, всё-таки это форс-мажор, но, в общем, тоже вышло миллионов пять. Не думай, что всегда так платить будут, это потому что угроза оранжевого уровня была объявлена, но даже так бойцы боевых групп не бедствуют. И сразу скажу, что это всё я потратила. Договориться с Битовскими мне связей хватило, но бюджет на приобретение алхимии не одобрили. Хорошо ещё, что хватило впритык.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ага, — я ошалевшими глазами глядел на открытый кофр, понимая, что вместо пятнадцати или даже больше миллионов рублей, на которые я мог купить дом, машину и ещё много чего, мне досталось… — раз, два… тринадцать, четырнадцать бутылок.
