На алтарь упали алые капли. Дея посмотрела на них, сама не зная, почему решила принести Богине подобную жертву. А потом охнула, когда капельки с тихим шипением впитались в белый камень, словно их там и не было.
Девушка мгновение смотрела на чистую поверхность, а потом приложила сверху окровавленную ладонь. Почувствовала, как пощипывает кожу, но руку не убрала.
Вскоре ей показалось, что от свечей вверх потянулся тоненький светлый дымок. Он собирался под потолком, становился всё гуще, спускался ниже, пока не окутал всю комнату. Теперь свечи были блуждающими островками в тумане. Они перемещались, приближались и отдалялись в странном танце. Принцесса наблюдала за ними, затаив дыхание, проваливаясь в какой-то транс. Уже почти теряя сознание, услышала очень тихий мелодичный голос, который произнёс:
— Дея…
Глава 9. Молитва
— Дея.
Девушка посмотрела на статую и замерла: белый камень словно таял, оставляя под собой живую кожу. Белое одеяние колыхнулось. Вот Богиня медленно подняла голову, посмотрела прямо на девушку. Дея поняла, что она очень красива. Серебристые глаза лучились светом. Ресницы и волосы — белее снега и тоже чуть светятся, как и светлая идеальная кожа. Казалось, что вся она пропитана лунным светом.
Богиня вздохнула и улыбнулась. Вся тьма в комнате пропала, исчезла, впиталась в пол и стены, оставив только свечение.
— Давно я не говорила со смертными.
Принцесса не знала, что ответить, да и стоило ли отвечать.
— Ты звала меня, девочка, — глаза божества были ласковыми глазами матери. — Принесла жертву. И я тебя услышала. Признаюсь, я удивлена твоей просьбе. Почему такая как ты, просишь за моих детей? Ваш народ давно не чтит меня.
— Прости, — девушка склонила голову, чувствуя, как замерло всё внутри. На душе стало тепло и спокойно, как бывает только в раннем детстве. Ощущение безопасности разлилось вокруг мягким коконом. — Я не верила в тебя. А прошу, потому что это единственный шанс их спасти.
— Любовь, — Богиня мягко улыбнулась. — Я вижу. Никогда ещё ни один из народа анмаров не просил за марката. Я люблю своих детей всем сердцем, девочка. За то, что и ты полюбила их, я помогу тебе.
Дея с надеждой посмотрела на сияющую фигуру. Богиня подошла к ней, хотя ноги её и одеяние не касались пола. Белые руки, как дуновение тёплого ветра, коснулись лица принцессы.
— Вот мой дар, Деамара, дочь Улгара. Дар за любовь, — Богиня чуть склонилась и невесомо поцеловала девушку в лоб. — Любите друг друга.
Белый свет ослепил принцессу.
— А ведь я не зря тебя выбрала… — прошелестело почти неслышно.
Дея зажмурилась, заслонила глаза рукой, ничего не различая перед собой.
А когда открыла глаза, поняла, что проснулась. Вокруг был знакомый полумрак. Свечи почти догорели до конца. Язычки пламени плясали в восковых лужицах. Статуя Богини стояла там же, где и всегда: холодная и недвижимая, со скрытым от мира ликом.
Дея подняла голову с алтаря, посмотрела на руки. Одна ещё была в крови, но никакой раны не было. Алтарь был чист.
***
Дея чуть не снесла Арлету, резко распахнув дверь. Служанка попыталась её остановить, но девушка не слушала. Она точно знала, что нужно делать. Деамара приказала седлать двух лошадей. Арлета охнула, но бросилась исполнять приказ, гадая что нашло всегда такую тихую и спокойную госпожу.
— Открывайте ворота, — велела принцесса двум стражам, усаживаясь в седло. Оба они были ещё мальчишками. Но гордо держали копья.
— Но госпожа, — попытался возразить один из них.
— Делайте, что приказано, — строго добавила Арлета, придерживая свою лошадь.
Мальчишки переглянулись и бросились открывать.
Дея пустила лошадь вперёд, не дожидаясь, пока створки раскроются полностью. Арлета неслышно выругалась себе под нос и ударила свою кобылу пятками. Из-под копыт брызнул во все стороны снег.
Они мчались через зимний лес, не жалея лошадей. Дея уверенно направилась в сторону анмарской границы. Арлета молча молилась, чтобы на пути никто не встретился. За такое она точно лишится головы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Темнело теперь рано и как-то быстро. В сумерках небо постепенно затянуло тучами, запорхали крупные хлопья снега. От лошадиных тел поднимался пар.
Арлета даже немного замёрзла, с беспокойством поглядывая на госпожу. Но Деамара молчала, не жалуясь на непогоду.
Войско они сначала услышали и только потом увидели.
За деревьями показались многочисленные огни: свет костров и дрожащих факелов. Подъехав к лагерю, Дея на ходу спрыгнула с лошади, едва удержавшись на ногах, но не задумываясь о том, что раньше такое для неё было бы невозможно. Тёмные силуэты ринулись к ней, окружая, как и светлячки факелов.
Девушка взволнованно огляделась. Никогда она ещё не видело столько маркатов сразу: почти все высокие, статные, с волосами цвета меди, с разнообразными татуировками на лицах. Отовсюду послышались шепотки:
— Госпожа!
— Это белая госпожа…
Дея действительно выглядела сказочно: в белом платье и белой меховой накидке. Серебристые волосы разметались, припорошённые свежим снегом. Лицо — сияющее и белое в темноте.
— Где они? — громко спросила Арлета, держа руку на холодной рукояти кинжала. — Где Берий и Аснар?
— Сюда! — позвал один из мужчин, показывая рукой на высокий шатёр. Красная ткань полоскалась на ветру. — Его только что принесли.
— Кого? — выдохнула принцесса, бросаясь туда. Толпа расступалась перед ней и провожатым. Арлета следовала за ними.
— Берия, госпожа.
— Что с ним? — спросила Арлета, от волнения сбившись на язык оборотней.
— Сейчас увидите.
Мужчина отвёл в сторону полог, пропуская девушек в тепло шатра. Деамара сразу увидела их: Берий лежал на шкурах, Аснар склонился над ним, вокруг стояли воины. Все взгляды обращены на тело.
— Госпожа…
Аснар резко обернулся. Лицо его заострилось, взгляд был колючий и холодный. Но увидев жену, оборотень не смог скрыть удивления. Арлета тут же присела и склонила голову в знак почтения. Дея же стремительно подошла и опустилась рядом с Берием на колени. На оборотне живого места не было: кровоподтёки и свежие раны на груди, животе, предплечье. На лице потёки крови, что там под ними — не разобрать. Волосы спутались и слиплись от пропитавшей их крови.
Аснар протянул руку и крепко сжал холодную ладонь девушки.
— Его захватили в плен, пытали.
— Он жив? — принцесса силилась разобрать дышит оборотень или уже нет. Грудная клетка, кажется, была неподвижна.
— Они жив, — тихо сказал Аснар. — И теперь с ним всё будет хорошо.
— Нам повезло, — сказал один из воинов. — Если бы не нежить, которая неожиданно напала на армию анмарцев с тыла, не видать нам победы.
— Точно, — поддержали его.
— Нежить? — переспросила Дея, чувствуя, как страх царапает сердце. — Их было много?
— Много, — мрачно сказал Аснар. — Было похоже на тёмную волну. Мы вытащили Берия и тут же отступили за реку. Уже оттуда видели, как разгромили армию. Анмарское войско бежало с поля боя, неся огромные потери. Упавших и раненых пожирали твари.
Дея вздрогнула, обхватив плечи руками, как-то живо представив всю эту картину.
— И откуда взялось столько нежити?.. — спросил кто-то.
— С этим анмарцам разбираться, не нам.
— То-то же…
Дея осторожно протянула руку к лицу Берия, аккуратно убрала со лба прилипшую прядь волос. На глаза невольно навернулись слёзы. Красивое было лицо столь обезображено. Но глаза и зубы целы. Чудом, не иначе. Нос, кажется, сломан.
— Он быстро поправится, — шепнул Аснар. И показал на круглый амулет, который лежал на груди у брата. — Наш родовой оберег вместе с нашей регенерацией могут творить чудеса, вот увидишь. Ты мне веришь?
— Я тебе верю, — прошептала девушка.
Вскоре все воины и Арлета покинули шатёр. Кто-то ещё приходил: принесли горячей воды, чистую ткань, кое-какой еды на подносе.
