оранжереей — от учебного корпуса было решено уходить по одному, перемена переменой, но камерами весь двор просматривается. На братце была ярко-красная спортивная куртка, в средней части великоватая на два размера, и столь же яркая бейсболка. В руках он держал пакет с остальной маскировкой и уже шипел:
— Живей, Ди, можем завозиться.
— Такси не успеет подойти, — проворчала сестрица, поспешно напяливая рыжий парик и туго повязывая поверх него косынку-бандану — размером парик был на весьма крупную, но судя по ядовитому цвету прядей, начисто лишенную чувства прекрасного, голову. Школьную юбку переодеть возможности не было, Дики чуть ли не на ходу натянула синие гольфы с шикарными алыми висюльками-помпонами.
— Блеск! — сказал брат. — Цирк и рок-н-ролл. Да, такие цвета только тетя Блоод способна безболезненно носить.
— Нам вроде и надо, чтоб запомнили цвета, а не нас. Что ты скалишься? — зарычала Дики.
Ядовито-пестрый спецназ прошмыгнул за оранжереей, под прикрытием деревьев пересек лужайку и выскочил к дороге. Ярко-желтое такси уже торчало на назначенном углу. Надо думать, та машина, что и заказывали.
Рич заглянул к водителю:
— Нам к Черри-стрит, к школе. Брата нужно забрать.
Водитель, упитанный латинос, улыбался, показывая зубы в сомнительных бурых пятнах, и без умолку болтал — временами сленг его становился практически непонятным. Да и шмондец с ним, главное, пусть довезет. Дики поправляла косынку, нервничать было глупо, но парик с косынкой оказались не только непривычными, но еще и жаркими. Рич односложно отвечал водителю, украдкой посматривал на часы — «пробок» не было, шли по графику. Ехать пятнадцать минут, но это если без задержек…
Вот она, младшая школа, здесь у них все покомпактнее. Комплекс близнецы видели только дважды и со стороны стоянки, но Стив попытался описать и нарисовать план корпусов.
…— Нет, сэр, мы учтем, но лучше в другой раз. У нас брат, сэр, — Рич расплачивался, сестрица намечала лучший подход по местности.
Такси укатило, и спецназовцы пересекли улицу:
— Вдоль зеленой изгороди, она вроде не очень колючая, — указала Дики. — А что этот болтливый полудурок предлагал?
— Курево. Знаешь, такое специальное веселое курево.
— Тьфу!
— Вот и я говорю: не только «тьфу», но и поосторожнее. Мы далеко от своих мест, а тут стык районов. И различных образов жизни.
Близнецы обогнули спортивную площадку — изгородь могла бы быть и менее шипастой, но в остальном всё шло благополучно. Впереди были ворота школы, прозрачная надежная сетка окружала и защищала немаленькую школьную территорию, но как в любой защите, в ней имелось слабое место — в данном случае вполне очевидное — выход на стоянку, этакая нейтральная полоса. Там толклись группки детей и родителей, но пока не особо многочисленные.
— Мы вовремя, — сделал закономерный вывод братец.
Из здания школы потянулись ручейки малышни, среди них возвышалось несколько учителей, надзирающих за процессом исхода. Уроки кончились, скоро школа опустеет. Стив, как договаривались, слегка задержится, лишних свидетелей не нужно.
— Подвигаемся ближе, — буркнул Рич.
У ворот особой толчеи не было, так — легкое завихрение — а дальше младшеклассники растекались поодиночке к машинам родителей или к школьным автобусам, где их встречала громогласная контролирующая тетка. Надо думать, Валери уже подъехала, но стоянка просторна, родители паркуются ближе к выезду, оттуда не видно.
Легкое завихрение детского движения перед воротами выглядело абсолютно естественным — прощаются детишки, высматривают родительские машины, да и вообще рассеянно топчутся, как это свойственно неразумным малышам. Почти так и было. Но имелся тут и кое-кто чересчур разумный: чернокожий крепыш хватал проходящих за рукава, ненадолго придерживал. А чего же возиться, процедура отработана — чисто по мелочишке: по полтиннику, а лучше доллару. «На приют бродячих кошек». Довольно незатейливая придумка, но работает. Вот хваткий крепыш раздраженно и коротко двинул незадачливого очкарика под ребра. По почкам метит, явно «ставил» ему кто-то манеру удара. Ну а чего же — цивилизация, тут с необходимыми жизненными знаниями полный порядок.
Останавливал черный крепышок, понятно, не всех. Знает малышню, выборочно работает. А может, ему и подсказывают.
— Сегодня четверо, — предостерегающе прошептал Рич.
— Тем лучше. Сразу всем и внушим, — пробормотала сестрица.
Группа прикрытия и контроля «бродяче-кошачьего» рэкета скучала у забора. Подростки лет 13, довольно крупные, но рыхловатые. Можно надеяться что рыхловатые, хотя тот в белой майке до колен, явно спортивный…
— В белом — вожак, — отметил братец.
— Поняла. Вон Сти тащится…
Стивену явно было не по себе — порой ноги заплетались. По сторонам не смотрел, все лямки рюкзака поправлял. Но ближе к воротам зашагал решительнее, только голову чересчур опустил. Близнецы продвинулись ближе.
Крепыш лапнул Стива за рукав курточки — самый младший из Кольтов попытался сходу вырваться. Нет, куртка свободная, за такую держать удобно. Разноцветные малые собеседники перемолвились несколькими яростными, но негромкими словечками. Потом Сти стукнул противника.
— Во как выдал! — удивился Рич.
Близнецы рекомендовали малому ткнуть грабителя — не особо размашисто, но чувствительно. Но худышка-Стив пхнул врага в грудь — двумя руками и очень даже чувствительно. Ну да, нервы. Крепенький рэкетир такого яростного отпора явно не ожидал, качнулся, запутался в ногах и смехотворно сел попой на дорожку. От забора к месту столкновения немедленно двинулось черное прикрытие.
Близнецы приблизились со своей стороны.
— Эй, сопляк… — начал чернокожий пузан, обращаясь к Стиву.
— Пасть закрыл! — кратко оборвал едва начатую речь противников Рич.
Черные немедля развернулись к чужакам.
— Белые ляжки пришли? — удивился бело-маечный мускулистый тип. Говорил он странно, тянул слова почти до неразборчивости. Наверное, это считается крутым.
— Они и есть, белые, — согласился Рич. — Отошли отсюда живо.
— Э, бро, ты не понял… — сипло начал чернокожий толстяк.
— К забору отошли! — приглушенно рыкнул братец.
Командный голос у Рича был все же наработанный. Дики даже загордилась.
Вся группа, должно быть, совершенно
