никто не смог сказать, кем на самом деле были люди, представившиеся служащими из администрации Южной Центории и увёзшие с собой гоблинов. Удалось поговорить со стражем, дежурившим у входа в номер, но он заявил, что на документах с приказом о перевозке гоблинов действительно стояла правительственная печать.
Оставалось лишь обратиться с вопросами напрямую к администрации, но это оказалось не так-то просто. Старые аристократы по-прежнему сохраняют сильное влияние на городские администрации, поэтому те не очень хорошо ладят с Советом мира людей. Особенно это касалось администрации Южной Центории, которая совсем обозлилась на Совет после того, как её отстранили от расследования убийства Ядзена. Кирито и Асуна решили, что приказ о перевозке не получится расследовать без официального запроса, и вернулись в собор, чтобы уговорить всех рыцарей единства поставить под документом подписи.
Конечно, Фанацио, Дюсольберт и прочие рыцари вряд ли будут против официальной проверки администрации, но Кирито и без этого был практически уверен, что «служащие из администрации» на самом деле самозванцы, а «приказ» — подделка. Настоящий вопрос был в том, что делать дальше. Кирито чувствовал себя виноватым в похищении гоблинов, поэтому наверняка решит заняться их спасением лично. С другой стороны, на него совсем недавно покушались в Обсидии — с некоторыми оговорками, конечно, — поэтому Фанацио непременно будет требовать от Верховного мечника, чтобы он хотя бы на этот раз вёл себя смирно.
— Наверное, спорить будут… — прошептала Тизе, видимо думавшая о том же самом.
— Может, только завтра закончат, — поддакнула Ронье, кивая.
— Надеюсь, Кирито не вздумает сбежать посреди ночи…
Это более чем возможно.
И хотя Ронье хотела, чтобы Кирито никто не мешал, одной из её задач, как бывшего пажа, было вовремя остановить бывшего наставника. Окинув взглядом белую башню, она проговорила:
— Я попрошу госпожу Асуну внимательно следить за ним.
Тизе будто бы собиралась что-то добавить, но ограничилась вздохом. Ронье перевела взгляд на подругу и увидела, что та что-то бормочет под нос.
— Что?
— Нет, ничего.
Вдруг дракончики недовольно заурчали. Они хотели, чтобы хозяйки поиграли с ними.
— Ладно, только в грязи валяться не буду! — крикнула Ронье и побежала к Цукигакэ и Симосаки.
Глава 5
Этажи собора с двадцатого по тридцатый отданы под жилые помещения для работников, священных заклинателей и рыцарей.
Квартира Асуны и Кирито находилась на тридцатом этаже в юго-восточном углу. По удивительному стечению обстоятельств сегодняшний номер за шестьсот ший в гостинице Южной Центории располагался на той же стороне, но не шёл ни в какое сравнение по размерам.
Тяжёлая дверь отделяла коридор от прихожей на шесть-семь квадратных метров, а уже оттуда следующая дверь вела в огромную гостиную почти на пятьдесят квадратных метров.
В южной стене целый ряд зарешечённых окон от пола почти до самого потолка, полностью оборудованная кухня и ванная комната с западной стороны, на востоке разместилась спальня — тоже просторная, но всё-таки раза в два поменьше гостиной.
На самом деле в этом мире, в Андерворлде, никто не пользовался квадратными метрами, и уж тем более никто не измерял площадь комнат в татами на японский манер, ведь по крайней мере в соборе и Северной Центории татами точно нет. Выложенные паркетом или плиткой комнаты измерялись в квадратных мерах и квадратных килорах, которые обычно сокращали до квамеров и квакилоров. Другими словами, площадь гостиной была около пятидесяти квамеров.
Когда Асуна впервые увидела эту комнату, она подумала, что её, должно быть, очень тяжело убирать, однако пыль и мелкий мусор в Андерворлде нематериальны и существуют только в качестве спецэффектов, поэтому достаточно немного поводить метлой или веничком, и комната вновь засияет чистотой.
«Это, по сути, не столько уборка, сколько ретушь цифрового изображения», — заявлял, конечно же, Кирито, потому что Асуне такая чушь точно в голову бы не пришла.
Уборку облегчало ещё одно поразительное обстоятельство — в соборе, да и во всём Андерворлде, не было ни одного туалета. Дело в том, что жители этого мира едят, но не испражняются.
Это правило распространялось даже на Асуну и Кирито, родившихся в реальном мире. Со временем они привыкли к этой особенности, но, когда Асуна случайно переедала, её всегда интересовало, куда исчезает скопившаяся в животе еда.
Кирито, проживший в Андерворлде гораздо дольше Асуны, этому совсем не удивлялся и заявлял: «Наверное, в “Рэс” просто решили, что воспитание искусственного интеллекта может обойтись и без симуляции походов в туалет». Однако Асуна, выбравшая в школе для возвращенцев уроки антропологии, не могла с ним согласиться. Она ещё помнила лекции по теории Фрейда, по мнению которого каждый ребёнок проходит через так называемую анальную фазу и через приучение к горшку обретает самоуверенность и самоуправляемость.
И хотя Асуна тоже не думала, что отсутствие туалетов как-то сказывается на характере жителей Андерворлда, у неё оставались другие вопросы. Жители Андерворлда использовали в ругани слово «дерьмо», но что, но их мнению, оно означает? Асуна всё обещала себе расспросить об этом кого-нибудь, но за прошедший год так и не решилась.
Точнее, за год, три месяца и шестнадцать дней.
Асуна посмотрела на пергаментный календарь на стене — ими тут пользовались с глубокой древности, так что он не входил в список изобретений Кирито и Асуны, — вновь поразилась тому, как быстро летит время, и вдруг услышала, как кто-то открыл и закрыл входную дверь.
В гостиной появился Кирито с мокрыми волосами — видимо, очень торопился, возвращаясь из «Великой купальни», находившейся на девяностом этаже. Раньше тот, кто заканчивал мыться первым, ждал второго на развилке в коридоре, но потом выяснилось, что этим Кирито и Асуна смущают остальных посетителей купальни, и с тех пор они решили дожидаться друг друга в комнате.
— Всё, я закончил, — бросил Кирито, подходя к Асуне.
— Эх ты, мог бы и получше волосы вытереть. — Асуна взяла перекинутое через плечо полотенце и расправила.
Она накинула его на голову Кирито и тщательно вытерла её обеими руками. В Андерворлде нет фенов, но сухая ткань легко впитывает влагу через втирание, поэтому высушить волосы после ванны здесь даже легче, чем в реальности.
Хотя Кирито терпеливо ждал, пока Асуна закончит, это не мешало ему возмущаться тоном обиженного ребёнка:
— Это потому, что ты в последнее время всегда первая выходишь… Я думал, догоню тебя в коридоре…
— Ну уж нет, это не я быстро выхожу, это ты в воде подолгу сидишь. Вот и сегодня целый час там проторчал.
— Что, серьёзно? — спросил Кирито одновременно с тем, как колокола торжественно пробили десять вечера. —
