раз моргнула, затем вытянула шею к хозяйке и выплюнула форель на траву.
— Кр!
Разумеется, дракончик поступил так не со зла, но Ронье всё равно разочарованно вздохнула. Может, Цукигакэ и понравилось рыбачить, но от нелюбви к рыбе она, похоже, так и не избавилась.
«Так нельзя, без обеда оставлю!» — собиралась отругать Ронье дракончика, но тут раздался голос Тизе:
— Слушай, Ронье, по-моему, она подарила рыбу тебе.
— Что? — Недоуменно моргнув, девушка обратилась к дракону: — Это рыба для меня?
— Кр-р! — протянула Цукигакэ, словно радуясь тому, что хозяйка наконец-то поняла её.
— Ясно… Спасибо, Цукигакэ.
Правой рукой Ронье погладила дракончика по мокрой голове, а левой подобрала прыгающую рыбу.
— Это будет мой обед, — с улыбкой сказала она. — Но следующую должна съесть ты.
— Кр! — охотно согласилась Цукигакэ и вновь прыгнула в воду.
У дракончиков так хорошо получалось рыбачить, что с трудом верилось. Они перестали гоняться за рыбой поодиночке — один преследовал косяк, второй плыл наперерез. Когда рыбы оказывались в тисках и замирали в замешательстве, дракончики легко ловили их.
Прежде чем вся рыба окончательно отплыла от берега, Цукигакэ и Симосаки поймали по пять форелей. По три они съели сами, по две отдали хозяйкам. Ронье и Тизе развели костёр из сухих веток и поджарили на нём форель. Конечно, блюдо получилось очень простым по сравнению со вчерашним шедевром Второй мечницы, но благодаря тому, что рыба была свежая и поймала её Цукигакэ сама, сегодняшний обед показался Ронье ничуть не хуже вчерашнего.
Как и обещал смотритель стойл, Цукигакэ мигом распробовала рыбу. После обеда она снова начала бегать по траве вместе с Симосаки, который и без этого послушно ел всё, что дают. Конечно, во дворе собора тоже хватает места, но всё-таки бегать на природе дракончикам нравилось больше.
«Надо бы их почаще возить за город», — подумала Ронье, глубоко вдыхая свежий воздух.
Недалеко от них привязанная к дереву лошадь каурой масти лениво жевала траву. Над озером летала стайка из десятка белых пташек, а только что вылупившиеся из коконов бабочки уже начали порхать от цветка к цветку. И только людей, кроме двух девушек-учеников, до сих пор не было.
— Это же теперь не частные угодья, люди из столицы могли бы и почаще здесь гулять… — пробормотала Ронье.
Тизе оторвалась от фляжки с чаем и улыбнулась:
— Эх ты, Ронье, совсем уже в соборе от жизни оторвалась. Сегодня не день отдыха, и ни один горожанин средь бела дня из города не выйдет.
— Ой… П-понятно.
И действительно — дети сейчас в школе, взрослые работают или занимаются домашними делами. Хотя Ронье тоже считалась учеником, она, не учитывая утренних тренировок, была совершенно свободным человеком.
«Нельзя принимать привилегии рыцарей как должное», — напомнила она себе, а Тизе продолжила:
— Правда, я слышала, что на бывшие императорские угодья даже в день отдыха никто не приходит. Хотя перед воротами других угодий выстраиваются огромные очереди.
— О-о… — протянула Ронье, вновь окинув взглядом окрестности.
Империя Нолангарт похожа на веер, раскрытый на север от Центории. Это значит, что по мере приближения к столице страна становится всё уже и уже. А уж возле озера Норкия, в десяти килорах от северных ворот Центории, Ронье отчётливо видела на востоке и западе нетленные стены, границы Империи.
Императорские угодья занимали территорию к западу от дороги, ведущей из Центории на север. В свою очередь, угодья аристократии расположились на востоке. Иными словами, нелюбовь путешественников к императорским угодьям нельзя было списать на их удалённость.
Ронье посмотрела на подругу и увидела, что у той слегка подрагивают ноздри — так бывало, когда Тизе очень хотелось что-то сказать. Охваченная неприятным предчувствием, Ронье всё же решила задать вопрос, который наверняка уже предвкушала подруга:
— И почему же на эти угодья не ходят люди?
Тизе для важности прокашлялась и указала пальцем на противоположный берег озера:
— Видишь вон там особняк?
— Да, кивнула Ронье.
На другом берегу озера раскинулся лес, из самой середины которого выглядывал черный особняк с заострённой крышей. Это здание, больше похожее на небольшой замок, когда-то было загородным домом императоров Нолангарта, которые останавливались здесь во время посещения своих угодий. До Восстания четырёх императоров в нём постоянно проживали почти два десятка слуг, но теперь особняк опечатан, а прилегающая территория обнесена цепью, чтобы никто к нему не приближался.
— Это особняк императора, да? II что с ним не так? — спросила Ронье, поворачиваясь к подруге.
— Говорят, там водятся они. — ответила та с ещё более загадочным видом.
— Они? Кто?
— Будто непонятно… — глухо прошептала Тизе почти на ухо Ронье. — Призраки.
Ронье притихла на несколько секунд, не зная, как реагировать. Наконец она уточнила:
— Чьи?
Тизе тут же отбросила все попытки сохранить серьёзное лицо и воскликнула:
— Тьфу, ну ты и скучная! Испугалась бы хоть!
— Ты, похоже, всё утро готовилась рассказать мне об этом?
— Разумеется! Когда ещё у меня выпадет такая возможность потроллить тебя? — расстроилась Тизе, вплетая в речь недавно подхваченное у Кирито слово из священного языка.
— Ты это, случайно, не сама придумала? — спросила Ронье, постучав подругу по локтю. — Как ты узнала о призраках?
— В предыдущий день отдыха — как раз когда вы с Кирито улетели в мир тьмы — я ходила за покупками на рынок в шестой район и разговорилась там с булочником. Он рассказал, что в последнее время люди на день отдыха всё чаще гуляют по бывшим частным угодьям, поэтому у него хорошо продаются галеты, которые удобно брать с собой. Он же сказал, что в императорские угодья люди не ходят, потому что рядом с особняком бродят призраки.
— В таком возрасте верить в призраков?.. — Ронье покачала головой.
В детстве она слышала сказки о том, как до появления Церкви Аксиом в городах и деревнях появлялись призраки, портившие людям жизнь. Однако затем их изгнали епископы Церкви и рыцари единства, и эти сказки, как и все остальные, заканчивались словами о том, что теперь жители мира людей могут ничего не бояться. И действительно, Ронье за всю жизнь ни разу не встречала призраков.
— И вообще, битва ведь случилась во дворце первого района. В ней погибли императора до самой смерти не отрекавшийся от престола, военачальники из числа его родственников и старших аристократов, а также старший адъютант, так? С чего бы их призракам появляться в загородном доме? — протараторила Ронье.
Тизе пару раз моргнула:
— Ой, Ронье, чего это ты так
