кто был на свадьбе. — торопливо проговорила Инга. — Приглашения нужно разослать сегодня, пока они не уехали.
— А я просто побуду красивой. — улыбнувшись сказала Ангелина, когда две других супруги выскочили из кабинета, каждая озабоченная своим делом.
— И то верно. Кто-то же должен. — согласился я.
К вечеру приглашения были разосланы, а списки согласованы. Само мероприятие мы обозначили через три дня, чтобы ни у кого из глав семейств не нашлось повода отказаться по причине занятости. Но даже в таком, казалось бы, простом деле как приглашения, нашлось множество нюансов, на которые раньше я бы не обратил никакого внимания. Бумага — цвет, толщина, запах! Шрифт приглашения, чернила, подпись…
В зависимости от титула одних можно было приглашать только лично и все должно было быть написано от руки, другим достаточно лишь подписи. О мелочах вроде наименования я и не говорю, это понятно без слов. Обратишься по не верному титулу и либо оскорбишь собеседника, либо себя. Была и еще одна особенность, всем приглашенным мы нарочно писали от имени четы Лугуй-Ляпинских, а не Романовых.
— Ты уверен, что не хочешь, чтобы мы пришли на твой вечер? — чуть нахмурившись спросила императрица-мать. Да, не пригласить ее или регента — тоже оскорбление, но делать им на вечере было совершенно нечего.
— Нет, матушка. Прошу прощения, но это будет совершенно неуместно. — в очередной раз проговорил я. — Я специально провожу это мероприятие в своем особняке, подальше от придворных глаз и ушей, и дабы у присутствующих не было лишних ассоциаций с правящим домом.
— Очень странное замечание, особенно учитывая, что ты и есть правящий дом! — возразила Екатерина. — И тебе неплохо бы всем об этом напоминать.
— Не сейчас. Учитывая, что вы все равно узнаете обо всем, что произойдет вечером, легче посвятить вас в планы. — я вкратце обрисовал ситуацию с клятвами и наше решение, заставив нахмурится Морозовых. Императрица тут же возразила настаивая, что как цесаревич я должен не просить, а требовать подчинения.
Петр, на удивление, воспринял сказанное мною спокойно и попросил уведомить его, в случае если бунт на Урале станет опасен для страны.
— Они добывают треть всего газа и нефти империи. — заметил регент. — Если вдруг регион вспыхнет — наши наземные войска лишаться топлива, как и электростанции. Нельзя допускать такого. Не сейчас.
— Попробуем решить проблему мирным путем. Если не выйдет — у меня достаточно сил чтобы принудить их к этому пути. — пообещал я.
— Хорошо. — задумавшись на секунду кивнул Петр. — К слову, как тебе мой подарок?
— Прошу прощения, но мы еще не разбирали подарки, слишком многое навалилось. — не моргнув глазом соврал я. Интересно что это будет на сей раз? В первый — мне вернули мои же камни, во второй отказались от несправедливого судебного иска. А в третий что? Будем надеяться что-то хорошее, а не очередная подлянка.
— В таком случае очень рекомендую их разобрать. — хмыкнул Петр. — И мой посмотреть до вашего званого ужина. Пригодится.
— Хорошо, обязательно. — кивнул я, так и оставшись гадать что он имеет ввиду. К счастью, Ангелина, помогавшая лишь с общей организацией и подготовкой очередного выпуска новостей, сумела найти время для сортировки поздравлений. Письмо от регента лежало одним из первых в крохотной топке важных.
«Не обнажай без необходимости, не вкладывай без чести. Третий ангар». — значилось в поздравлении. Конечно, были общие слова, но они меня не особенно интересовали. Не став, торопится я открыл остальные письма.
Екатерина была последовательна, и подарила моей супруге набор из колье и сережек с крупными изумрудами. Пожалуй, подойдут они только Инге, оно и понятно. Суворовы, в очередной раз спасибо им, дарили корвет типа Стерегущий. Небольшая рабочая лошадка, с которой я уже сталкивался. Но у меня сейчас каждый корабль на счету. Правда стоимость драгоценностей перекрывала стоимость судна раза в два.
Четвертым лежал пустой конверт от Долгоруких. Его мы уже распаковали утром. А вот пятый, совершенно неожиданно, оказался от патриарха. Развернув письмо, я наскоро его прочитал, не понял, и перечитал еще раз. С четвертого до меня дошло. Патриарх всея Руси дарил мне и моим супругам… индульгенцию. Прощение грехов, если по-простому.
Неожиданно, но учитывая, что к документу прилагался список — весьма предусмотрительно. Ох, как-то не ожидал я что умудрился за свою короткую жизнь так нагрешить. Хотя, если вспомнить. Ложь, воровство, прелюбодеяние, насилие над ближним, членовредительство, убийство, супружеские измены, иноверие.
Прощалось мне всё и скопом. Так чтобы два раза не вставать. И надо сказать это вызывало уважение. Учитывая, что я так ни разу не исповедовался и не причастился, патриарх делал все чтобы пойти мне на встречу. Пожалуй, и я должен сделать так же. В конце концов, у нас куда больше общего чем посторонние могут увидеть.
Разобравшись с важными подарками, я отдал распоряжение на сборы, а сам отправился в тот самый третий ангар. В начале думал, что Петр тоже расщедрился и нам перепадет еще одно судно, от такого бы я точно не отказался, но чем дальше шел, тем мельче становились двери. И в конце концов я остановился перед крохотными воротами в которые пролез бы разве что самолет-снаряд, да и то, если крылья подрезать.
— Ну, истребитель тоже неплохо. — подбодрил я себя, открывая дверь.
Ну что сказать, я не угадал.
— Добрый день, ваше императорское высочество, помните меня? — улыбнувшись спросил приятной внешности мужчина в рабочем фартуке поверх дорогого костюма и штанов. — Вот уж не думал, что, проверяя доспехи для выскочки из сиротского училища я буду подгонять их под будущего императора.
— Ничего страшного. — улыбнулся я, подходя к скрытому под тканью механизму. — Это мой подарок?
— Если так сказал Петр Николаевич, то так оно и есть. — улыбнулся Глушко, и дождавшись пока я кивну сдернул полог.
— У меня нет слов. — проговорил я, с изумлением и восторгом глядя на два стоящих рядом доспеха. Один — почти стандартный Палладин — тяжелый штурмовой резонансный доспех, с дополнительным бронированием, встроенным в левый наруч автоматом и выдвигающимися полуметровыми проводящими когтями. Вот только за спиной этого монстра умостился почти равный ему по размеру ранец.
— Расскажете мне о нем? — попросил я, указав на конструкцию.
— Буревестник. — улыбнувшись сказал изобретатель. — Мое последнее творение. Дополнительный питающий контур, стабилизированные ускорители и двигатель способный
