пешком.
Смена темы всегда работает.
— Нет, — подражает мне Грейсон, когда говорит это. Затем он моргает передо мной. Маттео отпускает меня, Грейсон подхватывает и бежит со мной на руках.
Я делала это только один раз, и это было от Twisted Helix до моей квартиры. Грейсон движется намного быстрее, чем Кольт той ночью. Когда наблюдение за тем, как мир расплывается, становится невыносимым, я зажмуриваюсь и зарываюсь лицом в его шею.
Он колеблется, когда я двигаюсь, но быстро восстанавливается, продолжая мчаться в сторону Сан-Франциско. Я не вижу Маттео и Кольта. Они настолько близко, что я чувствую, как они идут в ногу. Грейсон, может, и быстр, но и они тоже.
Моё сердце громко колотится.
Это была ужасная идея.
Черт возьми, Мария.
— Полегче, тигрица. Все будет хорошо.
Подбадривающие слова, шепотом Грейсона, меня не успокоили. Кольт не выдержал моего взгляда. Я не виню его за то, что он злится. Однако я боюсь, к чему приведет его гнев.
Вопрос не в том, вернет ли он меня, вопрос в том, когда.
Я просыпаюсь когда Грейсон начинает замедляться, удивляясь, что мне удалось заснуть у него на руках, хотя меня тошнило. Когда мы добираемся до гаража и Грейсон останавливается перед лифтом, он осторожно опускает меня на землю. Я хватаю его за рубашку и стараюсь не блевануть от внезапной остановки.
Я понимаю, почему в автомобилях есть амортизаторы. Грейсон довольно хорош во всех этих мерцаниях, но меня все равно трясло настолько, что у меня свело желудок. Объедините это с резкой остановкой. Да, это вот-вот будет рвотный город с населением четыре человека.
Возможно, я смогу нацелить его на Маттео.
— Дыши, — говорит вампир.
Я отпускаю Грейсона, наклоняюсь и кладу руки на бедра. В поле зрения появляются туфли Маттео.
— Глубокий вдохи через нос, выдох через рот.
Следуя его инструкциям, я кладу ладонь ему на бедро для поддержки. Он кладет руку мне на затылок.
Дурак.
— Ма… — начинает Кольт, но я наношу удар прежде, чем он успевает закончить предупреждение.
Маттео кряхтит от боли, когда мой кулак касается его яиц. Я подныриваю под его руку и встаю, глядя в его угольно-черные глаза.
— Это за попытку сделать меня домашним питомцем.
— Деми, — говорит он сквозь клыки, из-за чего мое имя звучит смешно.
О, вампир хочет поиграть?
— Да, дорогой? — Я хлопаю ресницами. — Вот почему ты хотел, чтобы я вернулась, верно?
Маттео сокращает небольшую пропасть между нами, и я вытягиваю шею, чтобы посмотреть в его тёмный глаза. Он хлопает рукой по моей заднице и притягивает меня к своему телу. Внутренняя распутная сука во мне теряет сознание. Практическая сторона меня злится, что ему до сих пор не больно.
Глупое исцеление вампиров.
— Ты должна быть с ним вежлива, малышка.
Я фыркаю.
— С ним?
Я кладу ладонь на его грудь, чтобы не быть полностью прижатой к нему.
Маттео прижимается ко мне. Ну, он очень быстро перешел от мучительной боли к сильной.
— Хотите, я вас познакомлю?
Иисус Христос, ДА.
— Не в этой жизни, — шиплю я.
Кольт смеется.
— Ты ужасная лгунья.
Мое сердце замирает. Это первое, что он мне сказал.
Не облажайся, Деми. Не облажайся.
Перебрасывая волосы через плечо, я оглядываюсь на него и подмигиваю.
— Я обманула тебя.
И ты облажался.
Глаз Кольта дергается, и его радужная оболочка темнеет.
Маттео крепче сжимает меня.
— Иди, — командует он.
Опустив покрытую шрамами бровь, Кольт рычит на Маттео, прежде чем убежать.
Грейсон вздыхает.
— Тигрица, дать совет? Не дразни вампира. Он все еще злится на тебя.
— Я его предупреждала. — Я толкаю Маттео в грудь, и он отпускает меня. — Я вас всех предупреждала.
Он кивает.
— Я знаю. Кольт тоже это знает, поэтому он не убил тебя.
— Пока. — Я скрещиваю руки на груди. — Пока меня не убил.
— Иногда мне кажется, что ты намеренно тупишь. Кольт не хочет тебя убивать. Никто из нас не хочет.
Грейсон проводит рукой по волосам, словно смущенный своим признанием.
Хотя я подозреваю их мотивы, я хочу услышать, как они скажут это вслух.
— И чего вам от меня нужно?
— Разрушить тебя так сильно, что ты не захочешь уходить.
Я втягиваю воздух.
Почему это звучит прекрасно и ужасно одновременно?
— Пойдём. — Маттео проводит рукой по лицу и нажимает кнопку вызова лифта. — Я голоден.
Маттео
В лифте Деми на удивление тихая. Грейсон небрежно прислоняется к стене, притворяясь, что погружен в свой телефон. Я знаю, что он по-настоящему ничего не видел на своем экране с тех пор, как начал смотреть. Он слишком сосредоточен на ней.
Лифт останавливается на первом этаже, и Деми в замешательстве морщит бровь.
Я выхожу и направляюсь к Twisted Helix, прекрасно зная, что она последует за мной. Одна из вещей, которую она еще не знает, это то, что смотреть, как я кормлюсь от кого-то, кроме нее, будет пыткой. Связь начинает устанавливаться, и довольно скоро мысль о том, что кто-то еще прикоснется ко мне, сведет ее с ума.
Она хочет играть в свои игры, угрожая мне и нанося удары Кольту. Она не готова играть со мной. Я собираюсь убедиться, что она хорошо понимает, насколько сильно я могу дразнить, когда она делает вид, что не желает меня.
Ее шаги мягкие. Я почти не слышу, как Грейсон следует за ней, скорее всего, он внимательно рассматривает ее сочную задницу. Я сжимаю пальцы в кулак. Она сейчас слишком пуглива. Когда она хотя бы немного расслабится, я схвачу две пригоршни этой задницы и заставлю ее пожалеть, что она ушла.
Глава 12
Деми
Несмотря на ранний утренний час, клуб полон. Я немного устала, чтобы идти пить и танцевать, но мне слишком любопытно, чтобы уйти. Маттео вальсирует в Twisted Helix так, как будто это место принадлежит ему — что, я думаю, так и есть, так что это имеет смысл. Бармен видит его сквозь расступившуюся толпу — они отошли в сторону, когда он вошёл — и бросает все свои дела.
— Что я могу сделать для вас, босс?
Его темные глаза скользят по комнате, прежде чем встретиться с моими. Грейсон ждет меня у входа.
— Свежая кровь.
Прошу прощения?
Бармен кивает.
— Я дам им знать.
Маттео продвигается глубже в клуб.
Неужели он действительно собирается пить из кормилицы передо мной?
Меня обжигает белая горячая ярость. Погодите,
