кто когда-либо оседлал мустанга, но даже у идиотов есть чувства. Папаша говорил, что представителей закона надо слушаться, но у нас тут случай особый. Я не дам посадить себя за решетку из-за глупой ошибки. Я поеду вверх по холму, но буду следить за вами. Ваше оружие я забросил в кусты. Если кто из вас хотя бы дернется в том направлении, я мигом отстрелю ему руку.
Пока я ехал назад, они что-то бормотали сквозь зубы, но сидели смирно. Я пятился, пока не вышел на самый верх холма, а затем развернулся, нырнул в заросли и дал деру. Снизу до меня доносились неразборчивые проклятия, но я не останавливался. Капитана Кидда я нашел там же, где оставил – слава богу, бандиты слишком торопились, чтобы украсть его. Хотя я сомневаюсь, что он позволил бы им это сделать. Я отшвырнул ружье, которое они мне дали, и поскакал на запад.
Я собирался перебраться через Громовую речку и скакать в Призрачный каньон, за которым начинались дикие горы. Я решил, что, добравшись туда, смогу затеряться. Я пустил Капитана Кидда галопом, проклиная перебитые пулей Биксби поводья. Чинить их мне было некогда, а челюсти у Капитана Кидда были прямо-таки железные.
Конь уже порядком вспотел, когда я наконец разглядел вдалеке то место, куда направлялся. Я забрался на самый гребень холма и, прежде чем скакать вниз, обернулся. В нескольких милях позади меня была ложбинка между холмами, и в ней на фоне неба виднелись трое всадников. Я от души выругался. И почему я не догадался, что у Хопкинса и его помощников где-то поблизости есть лошади? Они нашли их, оседлали – и вот преследуют меня и наверняка знают, что я скачу на Громовую речку. Больше-то мне скакать некуда.
Потасовки с помощниками шерифа мне не очень-то хотелось, поэтому я в отчаянии поскакал вниз по крутому склону – и резко осадил коня. Узенькая Громовая речка прямо-таки кипела и бурлила, покрывая берега пеной. Низко нависшие облака закрывали обзор, и не родился еще жеребец, которому было бы под силу переплыть такую реку. Даже Капитан Кидд не смог бы, хотя он был настроен решительно и явно хотел попытаться.
Оставалось только одно, и я не стал медлить. Я пришпорил коня и поскакал вверх по склону каньона. В пяти милях должен был быть мост, если его, конечно, не смыло. А это было не исключено, учитывая мое везение. В хорошенькую историю втянул меня дядюшка Гарфильд со своими треклятыми часами, пропади они пропадом. Я уже почти отомстил Глории Макгроу раз и навсегда, едва не женившись на Эллен Рейнольдс, и вот обстоятельства сделали меня беглым преступником. Одна только мысль о том, как будет надо мной потешаться Глория, сводила меня с ума.
Я так увлекся этими размышлениями, что совсем перестал замечать, что происходит вокруг. И вдруг до моих ушей донесся шум откуда-то сверху, а копыта Капитана Кидда громко застучали по каменистому каньону. Мы оказались перед узким ущельем, где из стены каньона выступал невысокий кряж, а за этим кряжем грохотали выстрелы. Я резко потянул на себя поводья – и они с треском оборвались!
Капитан Кидд тут же закусил удила и понесся вперед – он всегда так делал, едва почуяв свободу. Он поскакал прямо в заросли кустарников на другом конце кряжа, а я наклонился вперед и пытался править, ухватившись пальцами за пустые кольца. Но мне удалось лишь немного повернуть его в сторону. Вместо того чтобы обежать каньон сбоку и спуститься по кряжу, он поскакал в сторону противоположного склона, который оказался покатым только с одной стороны. А с другой стороны он резко обрывался. Мне удалось мельком увидеть пятерых человек, которые пробирались сквозь заросли с оружием наготове. Они подняли головы – и тут Капитан Кидд встал и едва удержался на краю, одновременно тряхнув головой, а я, кувыркнувшись в воздухе, полетел прямо на незнакомцев.
Пяткой сапога я угодил прямо по чьей-то голове, отправив его в нокаут шпорой и едва не сняв с него скальп. Это немного смягчило мое падение, прежде чем я грохнулся на другого парня, после чего он уже не выказывал никакого интереса к происходящему. Но трое оставшихся набросились на меня с яростными воплями; я схватился за кобуру и с ужасом понял, что в полете потерял револьвер.
Тогда я поднял камень, вскочил и приложил по голове тому бандиту, который хотел уже было выстрелить в меня. Неудачливый стрелок выронил пистолет и грохнулся следом за ним. В этот самый миг один из оставшихся скинул ружье, но глянул на своего товарища, который пытался подобраться ко мне с другой стороны и пырнуть меня ножом, и, должно быть, испугался, что случайно пристрелит его, поэтому перевернул ружье и побежал, размахивая прикладом, как дубинкой.
Человек с ножом попытался всадить его мне меж ребер, но получил такой удар снизу в подбородок, что его челюсть треснула в четырех местах разом. Тем временем другой попытался огреть меня прикладом по голове, но промахнулся и сломал его о мое плечо. Его упорное желание размозжить мне голову ружьем начинало действовать на нервы, поэтому я схватил его и швырнул головой вперед прямо в скалу – наверное, тогда он и получил трещину в черепе и сотрясение мозга.
Я помотал головой, чтобы стряхнуть капли пота, заливавшего мне глаза, а потом посмотрел вниз и понял: это были остатки банды Биксби во главе с ним самим. И как я не подумал, что они тоже поскакали через речку? Больше-то скакать им было некуда.
И тут кусты позади мертвой лошади раздвинулись, и оттуда вышел высокий чернобородый человек. Он медленно пошел на меня, сжимая в руке шестизарядный револьвер.
– Ты кто? – спросил он с подозрением. – Откуда?
– Я Брекенридж Элкинс, – отвечаю, а сам вытираю кровь с рубахи. – А тебе какое дело?
– Я мирно ждал, пока река немного поутихнет, чтобы перейти на другой берег, – сказал он. – И тут прискакали эти разбойники и затеяли пальбу. Я, как честный гражданин…
– Врешь, – оборвал я его с присущей мне любезностью. – Ты – Джоэль Кейрн, самый опасный бандит здешних краев. Я видел твой портрет на почте в Жеваном Ухе.
Он тут же наставил на меня свой револьвер, и волоски в его бороде зловеще блеснули, будто волчьи усы.
– Так значит, ты знаешь, кто я такой, да? – сказал он. – Ну, и что ты собираешься делать? Хочешь получить награду за мою голову, а?
– Нет, – говорю, – не хочу. Я теперь и сам преступник. Из-за этих вонючих скунсов мне пришлось пуститься в бега. За
