от него, я тоже никогда не чувствовала; вот почему я хочу, чтобы все тоже почувствовали ее”.10
В настоящее время в Аббатстве Шаста и его монастырях-филиалах, расположенных главным образом в Калифорнии, находится около семидесяти учеников, готовящихся к роли “священнослужителей”. Монастырь находится в стадии бурного роста, что касается как его собственной территории, так и его “миссии” среди американского народа; растет движение мирских буддистов, которые считают Аббатство своим религиозным центром и часто совместно с психологами и другими заинтересованными лицами удаляются туда на сессии медитирования различной продолжительности. Аббатство Шаста со своими публикациями, консультациями и инструктажем в городах Калифорнии, с проектами школы для детей и приюта для престарелых, действительно, успешно идет к своей цели — насаждению дзен-буддизма на Западе.
К христианству аббатиса и ее ученики относятся довольно благосклонно — они уважают “Добротолюбие” и другие духовные православные писания, признавая, что Православие — наиболее близкое им из “христианских” верований, но считают, что сами они “выше” таких предметов, как теология, диспуты о доктринах и всякие “измы” и считают, что все это находится вне “истинной религии” (“Журнал”, янв. — февр., 1978, стр. 54).
Дзен фактически не имеет теологического фундамента, он опирается всецело на “опыт” и, таким образом, впадает в то самое “прагматическое заблуждение”, которое уже отмечалось выше в нашей книге в главе об индуизме: “Если оно действует, значит, оно истинно и хорошо”. Дзен без всякой теологии не более чем индуизм способен отличить доброе от злого в области духовного опыта; он может только утверждать, что нечто кажется хорошим, потому что приносит “мир” и “гармонию”, насколько можно судить природными силами разума, а не опираясь на какие-либо откровения, — а все остальное он отметает как более или менее иллюзорное. Дзен обращается к так широко распространенной в наши дни тонкой гордыне тех, кто полагает, что может сам себя спасти, и поэтому не нуждается ни в каком спасителе, кроме самого себя.
Из всех современных восточных учений дзен, возможно, самое интеллектуально изощренное и духовно трезвое учение. Его учение о сочувствии и о любви к “космическому Будде” — быть может, самый высокий религиозный идеал, которого может достигнуть человеческий разум без Христа. Его трагедия в том и заключается, что в нем нет Христа, а значит, нет спасения, и сама его изощренность и трезвость очень эффективно препятствуют его последователям искать спасения во Христе. При всем своем спокойном и сочувственном тоне дзен, быть может, является самым печальным из всех напоминаний о “постхристианской” эпохе, в которую мы живем. Нехристианская “духовность” уже больше не чуждое влияние, проникшее на Запад, она сделалась собственно американской религией и пустила глубокие корни в сознании Запада. Пусть это послужит нам предостережением: религия будущего будет не просто культом или сектой, но могучим и глубоким религиозным течением, которое будет абсолютно убедительно для ума и сердца современного человека.
5. НОВАЯ “ДУХОВНОСТЬ” ПРОТИВ ХРИСТИАНСТВА
Можно привести множество других примеров восточных культов на Западе; каждый год приносит новые культы или новые перелицовки старых. Вдобавок к откровенно религиозным культам в последнее десятилетие особенно размножились мирские “культы самосознания”, как их назвал один популярный журнал (“Ю. С. Ньюс энд Уорлд рипорт”, 16 февраля, 1976 г., стр. 40).
Эти группы “терапии сознания” включают “Эрхардский тренинг-семинар”, основанный в 1971 году, “Рольфинг”, “Управление сознанием Сильва” и разнообразные формы общения и “биологической обратной связи” (биофидбек); все они сулят “снятие напряжений” и “раскрытие скрытых возможностей” человека на более или менее приемлемом “научном” жаргоне XX века. Вспоминаются и другие движения “самосознания” — от “Христианской науки” до “Науки духа” и “Наукологии”, которые тотчас же выходят.
Все эти движения несовместимы с Христианством. Всех православных христиан следует решительно призвать не соприкасаться с ними. Почему мы так категорически утверждаем это?
1. Эти движения не имеют никакой опоры в христианских традициях или практике, но являются чистейшим продуктом восточных языческих религий или современного спиритизма, более или менее разбавленных и зачастую претендующих на “нерелигиозность”. Они не только распространяют ложное, не согласное с доктриной христианства воззрение на духовную жизнь, они направляют человека, посредством языческих религиозных опытов или психических экспериментов, на ложный духовный путь, который ведет к духовной и психической погибели, а в конце концов — и к вечной гибели души.
2. В частности, ощущение “духовного покоя”, которое дают разнообразные медитации, будь то без особого религиозного содержания (как это обещает ТМ, некоторые формы йоги и дзен и все мирские культы) или с языческим религиозным содержанием (как Хари Кришна, “Миссия “3 Эйч-О” божественного света”, “3 Эйч-О” и т. д.), — это вступление в “космические” духовные области, где более глубинные стороны человеческой личности вступают в контакт с настоящими духовными существами. А эти существа, в теперешнем человеческом падении, — прежде всего демоны (бесы), или падшие духи, которые ближе всего к человеку.11 Даже сами медитирующие дзен-буддисты, невзирая на всю свою осторожность в духовных “опытах”, описывают свои встречи с этими духами (приправленные человеческими фантазиями), то и дело оговариваясь, что они с ними не “отождествляются”.12
3. “Посвященные” в опыты духовного мира, которые дают “культы самосознания”, вовлекают человека в нечто неподвластное сознательному контролю человеческой воли; таким образом, будучи единожды “посвященным”, человеку уже чрезвычайно трудно выпутаться из сети нежелательных психических переживаний. “Новое религиозное сознание” становится врагом христианства, намного могущественным и опасным всех ересей прошлого. Когда опыт становится впереди доктрины, обычные христианские орудия защиты, охраняющие человека от нападения падших духов, устраняются или нейтрализуются, и пассивность и “раскрытость”, характерные для новых культов, буквально раскрывают человека для пользования бесом. Изучение опытов и переживаний многих “культов самосознания” показывает, что в них наличествует закономерная прогрессия от опытов, которые поначалу “добры” или “нейтральны”, к опытам, которые становятся странными и пугающими и в конце концов приобретают несомненно демонический характер. Даже чисто физическая сторона таких психических учений, как йога, таит в себе опасность, потому что они предрасполагают человека к психическим настроениям и опытам, которые являются первоначальной целью йоговских упражнений, из которых они и происходят.
Сила соблазна, присущая “новому религиозному сознанию”, в наше время настолько велика, что она может овладеть человеком даже тогда, когда он считает, что остается христианином. И это относится не только к тем, кто развлекается поверхностным синкретизмом или комбинациями христианства с восточными религиями, о которых мы говорили выше; это относится также и к растущему числу людей, которые считают себя ревностными христианами. Глубокое невежество в области истинно христианского духовного опыта, свойственное нашему времени, приводит к ложной христианской
