- Ну что сделаешь, если почти все человечество и не-человечество тупее тебя? Но мне нужны глаза и уши. И твои репелленты. На демонов ты их еще не мешал? Вот тебе и поле для экспериментов.
- Ну что ты меня, как маленького, уговариваешь, - устало отмахнулся Максимиллиан. - Естественно, я помогу тебе. Только я жить в общаге не буду, уж уволь. Ты же знаешь, как могут доставать студенты. Буду ходить через зеркала.
- Спасибо, друже! Вики?
- Я возьму отпуск на пару месяцев. Потом ничего не обещаю. Но зато пока смогу пожить в общаге, помониторить там ситуацию. И все равно я считаю, что нам нужна помощь.
- Я обещаю тебе поговорить и с коллегами, специализирующимися на демонологии, и с Алмазом. Спасибо, что согласилась, дорогая.
- Не за что, - Виктория цапнула со стола дольку апельсина. - Хорошо, что мы снова в деле.
- Ага, - произнес вдруг ставший серьезным Мартин. - Главное, никого не потерять больше. Как в прошлый раз.
Перед уходом, пока Алекс с Мартином чертили схемы силового поля, Виктория подошла к моющему руки Максу, прислонилась к нему сзади.
- Хочешь, я пойду сегодня с тобой, Малыш?
Его спина замерла, и прошло несколько мгновений, прежде чем он глухо сказал:
- Нет, Вики, не нужно. Иди домой.
Она только горько улыбнулась. В который раз.
Глава 5
Старый белолунный Нодери сидел на песке рядом с шатром, глядя на бесконечное звездное небо. Народ его спал, и старик поспал бы тоже, но старые его кости были другого мнения. Внучка дала ему травку пожевать, успокоить кости, но травка помогала все меньше и меньше. Годы старого пастуха Нодери подходили к концу, а жить вопреки всему хотелось все больше. Ум его оставался острым, память великолепной, опыт бесценным, а вот тело подводило его, слабея и дряхлея с каждым днем.
С тоской вечерами и бессонными ночами вспоминал он рассказы о былых временах, временах величия народа пустыни. Когда жили и кипели города со шпилями до небес и куполами в полнеба, когда в белых дворцах сидели волшебные цари пустыни и правили народом мудро и строго. Когда из фонтанов и родников в городах били холодные струи, колодцы были полны, а в погребах зарождался лед и снег. Когда дожди превращали пустыню в цветущие пастбища, и от рыжих верблюдов и белых овец поля казались покрытыми оранжевыми и белоснежными покрывалами.
Потом пришла война. Все чаще отлучались владыки из своих дворцов и все реже шли дожди, все желтее и ниже росла трава. Молодых воинов Белого города собрали под свое крыло опытные военачальники, и они двинулись на север, через непроходимые горные пики, в страну красных владык, на помощь своему господину. Был среди них и далекий предок пастуха, которому едва-едва исполнилось 18 лет. В Белом Городе оставлял он жену и двоих детей, родителей, сестер с малолетними братьями, престарелых дедов и бабушек. Он не знал, что многотысячные армии с десяти белых городов придут слишком поздно, только для того, чтобы увидеть, как великие владыки их, как мошки, вязнут в прозрачном камне, который постепенно темнел и стал тем, что впоследствии назовут Драконьим Пиком .
Боль и ярость армии невозможно было описать словами. Солдаты рыдали, как дети, раздирая себе лица ногтями, беспомощно наблюдая, как бьются в кристальной ловушке их божественные господа, как тихо, один за другим, как опадающие листья, опускаются они вниз и как вырастает вокруг них каменная стена горы.
Храбрые воины, преодолевшие изматывающий полугодовой переход, оставившие в снежных пиках треть войска, недолго раздумывали. Они лавиной кинулись на помощь, но были остановлены у прозрачной стены, окружившей проклятое государство их врагов.
Как рассказывали предку Нодери, одному из немногих вернувшихся, оставшиеся в живых родственники, все закончилось в один миг, когда дворцы опустели, фонтаны перестали бить, а подземные снежные хранилища растаяли. Дожди остановились, и песок забрал тучные пастбища себе. За несколько недель и города занесло песком. Растерянные и осиротевшие дети пустыни, чтобы спасти остатки стад и свои жизни, собрали пожитки и ушли кочевать по оазисам. И было это ровно пятьсот лет назад, когда жил далекий прапрапрадед Нодери и мышцы его были сильны и молоды, а глаза остры...
Вот сейчас глаза его далекого праправнука явно подводили - иначе чем объяснить почудившуюся ему огромную крылатую тень, закрывшую на миг звезды? Он долго вглядывался в темное небо, и в груди вспыхивала и гасла безумная надежда. Пока он наконец не встал и не поковылял за шатер, на крутой бархан. Он с трудом, опираясь на палку, превозмогая проклятую старческую слабость, преодолел такие нужные пятьдесят шагов и замер, восстанавливая дыхание и откашливаясь. Впереди, далеко за горизонтом, колыхались и вспыхивали в небе сияющие призрачные занавески, великолепное северное сияние.
Старик грузно опустился на песок и вознес небу короткую молитву. Затем поспешил обратно в поселение. Надо было сообщить пустынному народу, что Царь Юга вернулся и Белый Город снова жив.
Через три дня в пустой и чистый город сквозь барханы песков пришли кочевые дети пустыни, внуки и правнуки тех, кто покинул когда-то опустевший Город. Они пришли, ведомые надеждой. Они не забыли ни своих обычаев, ни своих предков, ни того, кто властвовал над ними. Поэтому первым делом они отправили в высящийся над городом дворец сотню старейшин с богатыми подарками, красивейшими женщинами и лучшими верблюдами, жеребцами и баранами. Был среди старейшин и белолунный Нодери. Его, как первым возвестившего возвращение Царя, везли с особыми почестями, на крепком палантине, взятом на плечи четырьмя молодыми парнями.
У ворот молчаливого бело-лазурного дворца с пятью радужными куполами они остановились, спешились и все как один, встали на колени.
- О великий Валеррудиан, Владыка Песков и Дождей, - начал Нодери давно заученную формулу своим старческим дребезжащим голосом. - Прими детей своих, окажи нам свою милость, дай нам свое благословение.
Белые резные ворота молчали. Молчали фонтаны у ворот и в городе, и небо не проливалось дождем. Молчали и молились стоявшие на коленях старики, прекрасные женщины и суровые воины. Они были готовы молчать так, пока не свалятся замертво. Владыке нужно было время услышать их молитвы, подумать и узнать их снова.
Солнце давно спустилось за край мира, когда над склоненными людьми подул влажный прохладный ветер. Скрипнули ворота, приглашая гостей зайти. Запели, забили живые фонтаны ледяными струями подземной воды. А за городом, над сухими и безжизненными пастбищами стали собираться темные дождевые тучи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
