— Миленько у тебя, — сказал Конор. — Много вас тут живет?
— Четверо.
— Те парни, что были с тобой в понедельник ночью?
— Да.
— Что еще ты помнишь о той ночи? — спросила Луиза.
Хит повернулся и ушел за барную стойку.
— Кофе?
Конор покачал головой.
— Нет, спасибо, — сказала Луиза.
Хит наполнил стальную походную кружку.
— Помню обрывками. Я много выпил и знаю, что вел себя как придурок.
Конор подыграл:
— Алкоголь многих делает придурками.
Хит кивнул.
— Я ужасно себя чувствую из-за случившегося. Не думал… — он сглотнул и зажал переносицу. — Я не думал, что с ней что-то произойдет. Решил, она поедет домой на метро или автобусе.
— Никто не ожидал такого, — Луиза успокаивала его. — Мы просто хотим ее найти. Вы связывались после того, как ты оставил ее в баре?
Хит отвел взгляд. Он резко открыл холодильник и вытащил бутылку с молоком.
— Эм, я написал ей, когда вернулся сюда, но не помню, как это делал. Я был почти в отключке.
— Что ты ей написал? — спросила Луиза.
Он сильно наклонил бутылку, и молоко расплескалось на столешницу.
— Назвал ее сукой и еще кое-как, — он поднял голову, чтобы они увидели его влажные глаза. — Я этим не горжусь.
Хит дал представление уровня мыльной оперы, но Конор не верил ему. Парню не нужен алкоголь, чтобы быть мудаком.
Луиза не отступала.
— Она тебе ответила?
Он покачал головой.
— Нет. Видимо, что бы то ни было, в тот момент это уже случилось, — он провел пальцем под глазом. — Мне нужно идти. — Хит взял рюкзак.
— Еще вопрос, — сказал Конор. — Кто выбрал мой бар?
Хит нахмурился.
— Не помню. Мы до того уже побывали в двух барах. У нас не было плана.
Хит проводил их наружу, запер входную дверь и спустился по ступенькам.
— Спасибо, что поговорил с нами, — сказала Луиза. Хит миновал калитку и повернул на дорожку.
Конор и Луиза прошли к машине.
— Он играет на публику, — Конор открыл дверцу для Луизы.
— Возможно, — она грациозно скользнула на кожаное сидение, несмотря на то что узкая юбка явно должна доставлять неудобства.
Конор смотрел, как ее длинные ноги исчезают в салоне автомобиля. Этим утром бледно-серый костюм подчеркивал ее изящное тело. А блузка в тон глазам подчеркивала их изумрудную глубину. Луиза ничего не выставляла напоказ, но эти чопорные безупречные костюмы вызывали в Коноре желание узнать, что скрывалось подо всем этим шелком. Он был безнадежен.
Он обошел машину и сел за руль. Луиза подвинула ноги и скрестила лодыжки. Ее юбка задралась чуть выше колен. Конор покосился и был вознагражден: его взору приоткрылось бледное бедро.
Как два дюйма кожи могли так его очаровать? Он видел куда больше почти каждую ночь. Половина посетительниц его бара приходила в коротких юбках почти за гранью приличий, а он пускал слюни на униформу библиотекаря.
Луиза выжидающе смотрела на него. Конор оторвал взгляд от ее ног. Что она спросила? А, Хит.
— Написал в полусне? — он завел двигатель. — Это все бред. Если ему хватило сил написать сообщение, он мог и за руль сесть.
— Хотелось бы взглянуть на эти сообщения.
Конор выждал, пока проедут машины. Он посмотрел в зеркало заднего вида, выруливая на улицу. Большой седан выехал за ними. Конор свернул на другую улицу.
— Что ты делаешь? — спросила она.
— Думаю, за нами следят.
Луиза оглянулась.
— Темно-синий седан?
— Да, — Конор повернул направо, на Саут-стрит. — Копы.
— Откуда ты знаешь?
Он посмотрел в зеркало заднего вида. Седан отстал, пара машин влезла между ними.
— Просто знаю.
Пару минут спустя он остановился перед музеем.
— Дай знать, если что-то услышишь от Изы.
— Хорошо, — Луиза выбралась из машины и вошла в здание.
Конор поехал домой в компании полицейского эскорта. Для открытия бара еще было рано, поэтому он решил захватить сумку со спортивной одеждой. Боксерская груша была лучшим средством выместить раздражение. Преследователи отстали на парковке у спортзала. Как полиция найдет Зои, если она тратила ограниченные ресурсы на слежку за ним, а не на поиск реального преступника?
ГЛАВА 14
Луиза села за стол, чтобы просмотреть почту, ответить на письма, проверить, когда доставят меч и ножны, которые она купила на аукционе неделю назад. Еще она позвонила наставнику Зои, Ксавье Инглишу, чтобы расспросить его о пропавшей девочке. Профессор не ответил, и Луиза оставила ему сообщение. Затем она изучила детали благотворительного мероприятия, назначенного на субботу, и проверила, как идет монтаж выставки. Ей нужно было заполнить одну из новых витрин.
Вернувшись в кабинет, Луиза застала Эйприл. Та прижимала к глазам смятую салфетку.
Сердце Луизы замерло.
— Что случилось?
— Позвонил отец Зои, — коллега передала Луизе розовый стикер. — Он хочет, чтобы ты связалась с ним.
Мир поплыл перед глазами Луизы из-за выступившей на них от влаги, она закрыла дверь. Дрожащими руками набрала номер мистера Финча. Как эта семья справлялась с исчезновением дочери?
— Доктор Хэнкок. Спасибо, что перезвонили, — голос мистера Финча был сдавленным.
— Я могу вам помочь? — спросила Луиза.
— Мы с женой хотели бы поговорить, если вы не против, — на фоне были слышны женские рыдания.
— Конечно.
Зои упоминала, что ее родители жили за городом.
— Вы можете приехать? — спросил мужчина. — Мы не хотим отходить далеко от телефона.
— Понимаю. — Луиза записала их адрес в телефон и ввела в навигатор. — Я буду у вас через сорок пять минут.
— Спасибо.
Луиза взяла сумочку со стола. Непозволительно еще раз затягивать обеденный перерыв, но как можно отказать мистеру Финчу? Его дочь пропала.
Она ушла, не предупредив начальника. Через десять минут Луиза вывела свой «БМВ» с подземной парковки и повернула к мосту Бенджамина Франклина, продираясь через плотный трафик к шоссе I-676.
Через сорок минут Луиза уже сворачивала на подъездную дорожку, отмеченную ржавым почтовым ящиком.
Финчи жили небогато. Их одноэтажный дом с продавленной крышей на окраине фермерских угодий занимал большой участок земли, поросший бурьяном. В загоне за проволочным ограждением блеял десяток коз, оградка окружала аккуратный огород. За домом длинной шеренгой выстроились останки каких-то уже убранных растений. Шесть коров щипали траву возле покосившегося амбара и потрепанных пристроек.
Луиза остановила машину на прямоугольнике голой земли рядом с ржавым пикапом. Она открыла дверцу и ступила на землю, ее каблуки тут же утонули в песчаной почве. Из-за дома послышалось кудахтанье. Курицы? На носочках добежала к бетонной потрескавшейся дорожке, ведущей к крыльцу.
Дверь открылась. Финчи стояли бок о бок — монолит из горя.
— Прошу, входите, — миссис Финч прижала к носу смятую влажную салфетку и высморкалась.
Мистер Финч, низкий лысеющий мужчина за шестьдесят, обнял жену за плечи и повел ее в гостиную. Диван в цветочек и два синих кресла окружали кофейный столик, заваленный бумагами.
В этой комнате Луизу окружали фотографии юной улыбающейся Зои. Луиза склонилась к пианино, посмотрела на ряд школьных снимков. Она легко находила Зои в толпе. Она выглядела младше и была мельче своих одноклассников, как и Луиза в ее школьные годы.
Финчи устроились на потертом диване. Отец Зои держал ладонь жены в своих руках. Хотя обстоятельства были ужасными, Луиза завидовала единству пары.
— Мы хотим поблагодарить вас за то, что ищете Зои, доктор Хэнкок, — сказал мистер Финч. — Доктор Кьюсак говорил, что это вы подняли тревогу, когда она пропала.
— Прошу, зовите меня Луизой, — она опустилась в кресло с другой стороны столика и сложила ладони на коленях. — Что говорит полиция?
Гнев вспыхнул в карих глазах отца Зои.
— Мы разочарованы. Они говорят, что у них есть подозреваемый, но не арестовывают его. Если не хватает улик, с чего они взяли, что это он? Не понимаю, почему они не проверяют Хита Йегера? — Он взял листок и протянул Луизе. — А если это не хозяин бара? Кажется, они больше хотят обвинить его, чем отыскать Зои, пока…
