— Куинн, если вы не уберете отсюда эту женщину, то, имейте в виду, я за себя не отвечаю! И вообще я бы советовал вам повесить над входом предостережение: «Берегитесь, входящие сюда! Здесь вам грозит смертельная опасность. Бегите, пока не поздно!»
Не обращая внимания на эту тираду, Куинн положила больную ногу на подушку и принялась успокаивать подругу:
— Не волнуйся, Мэри. Просто я неудачно упала и повредила лодыжку. Гейбриел собирается отвезти меня к доктору, чтобы сделать рентген. Вот и все.
Мэри переводила изумленные глаза то на Куинн, то на Гейбриела. Потом ее взгляд упал на быстро распухавшую ногу подруги.
— О Куинн! Ты сломала ногу?! Я сейчас вызову «скорую помощь».
Она хотела было броситься к телефону, но Куинн удержала ее.
— Успокойся, дорогая! Не надо никакой «скорой помощи». Все в порядке. Мы сейчас поедем к доктору и сделаем рентген.
Мэри удивленно подняла брови.
— Но я же сама только что видела, как он…
— Ради Бога, выбрось это из головы!
Куинн пришлось подробно рассказать подруге о том, что произошло. Мэри внимательно выслушала и виновато посмотрела на Хантера.
— Извините, Гейбриел. Представляю, какой непроходимой дурой вы меня считаете!
— Вовсе нет, наоборот. Куинн очень повезло, что у нее такая верная и самоотверженная подруга. Вдобавок у вас еще и сильные руки. Я до сих пор не могу пошевелить ни одним пальцем после вашего пожатия…
Мэри весело рассмеялась. Все уладилось. Гейбриел оглянулся на Куинн.
— Ну, а теперь я поймаю кота, перенесу вас в машину, и мы поедем к доктору.
Доктор Джонсон вышел из рентгеновского кабинета со снимком в руках.
— Успокойтесь, Куинн. У вас нет ни перелома, ни трещины. Все обошлось благополучно.
У Куинн вырвался вздох облегчения.
— Слава Богу! Я так боялась, что сломала ногу! А что с ней?
— Ничего страшного. Простое растяжение связок. Иногда это бывает побольнее перелома. Я дам вам болеутоляющее. Учтите, это лекарство несовместимо с алкоголем. Так что не пейте вина эти дни. Поняли?
Куинн кивнула и поинтересовалась:
— Долго мне придется сидеть дома? День? Два?
Доктор удивленно посмотрел на нее.
— Да что вы! Не день и не два. По крайней мере месяц. Может, и того больше.
— Как?! Но вы же сказали, что перелома нет!
— Перелома действительно нет. Но травма очень серьезная, к тому же повреждены связки. Я вам вообще советую два-три дня не вставать с постели. Потом пусть вас снова привезут ко мне, и посмотрим, как быть дальше. Но, конечно, в ближайший месяц ни о какой работе в магазине не может быть и речи. Вам же там все время приходится быть на ногах.
— Но я не могу бросить магазин на целый месяц, доктор! Не забывайте, что мне необходимо работать. С магазином, закрытым в течение месяца, можно заранее распрощаться. И как мне тогда прикажете жить?
Доктор пожал плечами и задумался. Он действительно хорошо представлял себе положение своей пациентки и старался найти какой-нибудь выход. Поразмыслив, он спросил:
— Нельзя ли нанять кого-нибудь, Куинн, кто бы мог пока работать вместо вас?
— Не беспокойтесь, доктор, — неожиданно вмешался в разговор Хантер. — Я смогу заменить Куинн. Она мне расскажет, что надо делать, и не будет никаких проблем! Кстати, счет за лечение пришлите мне.
Кровь бросилась в лицо Куинн. Она попыталась встать, но тут же со стоном упала в кресло. Переведя дух, она возмущенно набросилась на Хантера:
— Не смейте, Гейбриел! Нет, нет! Я сама оплачу все счета!
Доктор Джонсон с недоумением оглядел обоих и, пожав плечами, заметил:
— Право, мне абсолютно все равно, кто из вас заплатит. Решите это между собой.
Гейбриел подошел к креслу, в котором корчилась от боли Куинн, легко поднял девушку и усадил в инвалидную коляску, любезно предложенную доктором.
— Во всем, что с ней произошло, мистер Джонсон, виноват я один, — просто сказал он. — Поэтому я и считаю, что спорить тут не о чем. Прошу вас прислать мне счет за все, включая лекарства и пользование инвалидной коляской.
Его твердый тон убедил Куинн, что спорить действительно бесполезно. Она уже успела понять, что если Гейбриел принимает решение, то переубедить его нет никакой возможности. Доктор тем временем вынул из шкафчика пузырек с микстурой и протянул его Хантеру.
— Вот лекарство. Только проследите, чтобы она его принимала регулярно.
Гейбриел внимательно прочел инструкцию и поднял глаза на доктора.
— Разумеется, доктор. Будьте спокойны. Я заставлю ее все делать так, как надо! А в субботу мы снова будем у вас.
Он отвез Куинн к машине, пересадил на заднее сиденье, устроил поудобнее. Потом извиняющимся тоном проговорил:
— Подождите меня, Куинн. Я ненадолго вернусь к доктору. Мне надо кое-что уточнить.
Куинн удивилась, но промолчала. Гейбриела не было минут двадцать. Вернувшись, он ничего не стал объяснять и быстро уселся за руль.
Всю обратную дорогу они молчали. Куинн полулежала на заднем сиденье и, откинувшись на кожаную спинку, думала о предписанном доктором режиме. Его, несомненно, придется выполнять. Но как быть с магазином? Новых зверюшек она сможет мастерить и дома, сидя за столом и положив больную ногу на пуфик. Так что с этим проблем не будет. Если Гейбриел не сочтет для себя обидным воспользоваться ее «фольксвагеном», давно уже ставшим музейной редкостью, то все изготовленное Куинн несложно будет доставить в магазин. Может же она попросить Хантера посидеть за рулем. А вот как работать в магазине, Куинн пока еще плохо себе представляла. Конечно, можно устроиться за кассовым аппаратом, положив больную ногу на какую-нибудь табуретку. Нетрудно расположить фигурки на полках так, чтобы доставать их, не вставая с места. Но ведь ей придется каждый день утром приезжать в магазин, а вечером возвращаться домой. Снова просить Гейбриела? Нет, ни в коем случае! Да это просто нереально. Хотя бы потому, что он сам пять дней в неделю работает. Нет, это невозможно!
Можно обратиться к Мэри. Но и в этом случае возникали сложности. Мэри училась и каждый день, кроме суббот и воскресений, ездила за много миль на занятия. К уик-энду она так изматывалась, что могла бы лежать все свободное время. Кроме того, именно в выходные дни ей приходилось читать, готовиться к экзаменам. Удобно ли нагружать ее еще новыми заботами? Наверное, не очень. Куинн решила, если удастся, вообще ничего не говорить подруге о своих трудностях. Она хорошо знала: безотказная Мэри тут же забросит ради нее все свои дела. Допускать это не следовало.
Да, но что же все-таки делать? Или послать все к чертям собачьим и продать магазин? А заодно и дом. На вырученные деньги она сможет переехать в Сан-Диего или Лос-Анджелес. Найти там работу в коммерческой фирме, связанной с прикладным искусством, она всегда сумеет…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
