концепцией глобального управления. Безопасность человека не может быть целью одного государства, каким бы богатым или могущественным оно ни было. Она явно требует международного сотрудничества в рамках глобальных структур, а также действий международных и межгосударственных организаций, таких как сама ООН (в том числе в рамках деятельности специализированных учреждений, занимающихся вопросами здравоохранения, детства, трудовых стандартов и т.д., а также переговоров, заключения и применения международных договоров и конвенций). А как же старое доброе представление о безопасности в военном смысле? Это не исключение: ООН проводит миротворческие миссии, как и такие региональные организации, как ЭКОВАС в Западной Африке и НАТО в Европе, часто (но не всегда) действующие по мандату всемирной организации. Все это - примеры коллективных военных действий в контексте глобального управления, и они подразумевают передачу национальными государствами наднациональным институтам определенной степени контроля над развертыванием своих национальных сил обороны и безопасности. Даже такая не санкционированная ООН миссия, как Международные силы содействия безопасности (ISAF) в Афганистане, предполагает участие нескольких стран, и все это во имя высшего мирового блага.
Ученые, дипломаты и государственные деятели по-разному оценивают рекомендации по решению этих проблем. Одни утверждают, что если ООН действительно находится в кризисе, то путь вперед лежит через укрепление административных инструментов ее деятельности. В конце концов, очень немногие организации обладают таким глобальным влиянием и охватом, как ООН. Скептики, напротив, утверждают, что ООН - это организация, которая уже давно отжила свой век. Это мнение находит поддержку как в сообществах, которые когда-то участвовавших в создании ООН, и тех, кто больше всего пострадал от ее рук. В марте 2003 г., когда в Совете Безопасности бушевали дебаты по Ираку, интервьюер Би-би-си довольно бесцеремонно спросил Шаши Тарура: "А как ООН относится к тому, что ее считают словом на букву "и" - неактуальной?" Он уже собирался продолжить, когда Тарур перебил его. В нашем понимании, - ответил он, - слово на букву "и" - "незаменимый".
Сегодня она, скорее всего, находится между этими двумя характеристиками. Он, конечно, не является незаменимым, по крайней мере, в сфере международной безопасности, поскольку крупнейшие державы часто пренебрегают его принципами и правилами. Не является он и неактуальным, поскольку, хорошо это или плохо, но он остается единственным глобальным институтом, на который возложена ответственность за поддержание мира. Сегодня правильнее говорить о "несговорчивости" ООН. Это стареющий институт, созданный для другого времени и не способный или не желающий сегодня реагировать на новые реалии и обстоятельства.
Столкнувшись с многочисленными и взаимосвязанными требованиями реформирования и адаптации, она упорно не делает этого, оставаясь заложницей приоритетов и предпочтений немногих. И пока эта монополия не будет прекращена, ООН будет постепенно отдаляться от своего предназначения - это будет организация, слишком большая и сложная, чтобы от нее отказаться, но слишком старая, медлительная и непредставительная для современного мира, чтобы иметь значение.
ГЛАВА 3. УСТОЙЧИВОЕ ОБСУЖДЕНИЕ ВОПРОСОВ УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ
Существует два направления, занимающих центральное место в системе глобального управления, которые долго обсуждались, и на них стоит остановиться подробнее. Речь идет о дискурсе развития и дискурсе управления Интернетом. Дискурс устойчивого развития - продукт политики XX века, а Интернет появился на рубеже веков. Климат и ресурсы Земли в целом принято рассматривать как глобальное достояние. Они находятся вне суверенной юрисдикции какого-либо одного государства. Киберпространство же, безусловно, является глобальным по своему охвату и воздействию. Однако оно по-прежнему является продуктом государственной инфраструктуры, планирования и инноваций. Как будет показано в следующих двух главах, это различие повлияло на способ закрепления и осуществления власти в этих средах.
В этой главе мы обсудим глобальные механизмы достижения устойчивого развития и борьбы с изменением климата. В этой дискуссии есть два важнейших элемента. Во-первых, это сам институциональный порядок. Повествования и дебаты, формировавшие институциональные ответы на изменение климата, с самого начала были предвзятыми, возлагая бремя на развивающиеся страны, несмотря на то, что сообщества развитых стран, которые сами развивались с недостаточным вниманием к окружающей среде, оставались крупнейшими потребителями энергии и производителями отходов. Неудивительно, что институты, стоявшие у истоков решения этой проблемы, руководствовались корыстными интересами и неверными предположениями. Второй элемент - это сами результаты. И здесь мы снова увидим, что, несмотря на некоторое сближение позиций, если говорить о качестве жизни, то здесь сохраняется значительное неравенство в путях развития развивающихся и развитых стран. Последствия этого провала невозможно преуменьшить: в условиях, когда миллионы людей все еще борются за доступ к чистой энергии и безопасной среде обитания, "выживание сильнейших" будет оставаться образом жизни.
КЛИМАТ КОЛОНИАЛИЗМА
Сегодня мы живем в эпоху эпохальных изменений, связанных с климатом планеты. Безудержная индустриализация и неустойчивые модели потребления способствуют повышению температуры и масштабной деградации окружающей среды. В то же время неравенство и бедность по-прежнему остаются основой обычной жизни. Доступ к воде, здравоохранению, санитарии, питанию и жилью по-прежнему закрыт для тех, кто в этом больше всего нуждается. Еще хуже то, что эти две тенденции связаны между собой самым токсичным образом. В 2017 году ураган "Харви" обрушился на побережье Техаса, а ураган "Ирма" - на Флориду, вызвав разрушения имущества и жизни людей, фактически поставив штаты в тупик. В 2019 году наводнения в Ассаме, Бихаре, Непале и Бангладеш привели к перемещению около четырех миллионов человек и гибели более ста человек.
Усилия по смягчению негативных последствий изменения климата предпринимаются с трудом уже более трех десятилетий, и императивы, которые необходимо сбалансировать, не являются незначительными. С одной стороны, постоянно растущие выбросы углекислого газа и неустойчивое потребление ресурсов приводят к напряжению мировых экологических систем, вплоть до того, что они уже не смогут поддерживать жизнь. С другой стороны, миллионы бедняков в наиболее слаборазвитых частях мира борются за удовлетворение своих повседневных потребностей в жилье, воде, пище и энергии. Чтобы удовлетворить эти потребности, страны мира неизбежно будут еще больше нагружать мировые ресурсы. Поскольку простых технических решений проблемы изменения климата не существует, а меры по поглощению парниковых газов (например, лесовосстановление) относительно ограничены по сравнению с прогнозируемыми масштабами выбросов, единственным эффективным способом снижения роста концентрации парниковых газов является сокращение выбросов.
Для Глобального Юга лицемерие развитых стран становится невыносимо очевидным. Уже достигнув высокого уровня жизни развитые страны не только отказываются реформировать свои политические и экономические модели управления, которые создали и увековечили эту несправедливость, но и все чаще пытаются переложить бремя борьбы с изменением климата на развивающиеся страны. Простая истина заключается в том, что даже если развитым странам удастся в ближайшее время замедлить темпы роста выбросов, оставшееся углеродное пространство для Глобального Юга будет минимальным. Именно отсутствие углеродного пространства, которое не признает Глобальный Север, и является
