что, нельзя? Ты скажи, если не хочешь. Я тогда дома поживу.
– Я, значит, буду одна?
– Да.
– И вся квартира в моем распоряжении?
– Да.
– И я могу делать все, что захочу? Например, мальчика приведу?
– Да, – подтвердил отец, – Погоди! Какой мальчик? Я тебе приведу! Все, Марина, ты иди к себе. Потом поговорим, – отец стал выталкивать молчаливую соседку в коридор. – Я пока дома поживу.
– Папа! Я же пошутила! – крикнула Лика. – Ты на меня посмотри! – она сняла с головы косынку, – какие мальчики! Я еще минимум полгода не смогу на дискотеки ходить, а на работу ты меня не пускаешь.
Тетя Марина бросилась к ней и обняла. Она гладила ее по светлому ежику на голове и приговаривала:
– Девочка моя, прости нас взрослых дураков. Мы совсем из ума выжили. Ты выбралась с того света, а мы о себе только о себе думаем.
– Тетя Марина, я не просто рада за вас, я счастлива. Правильно папка сказал: мы рядом, через стенку. Все равно, что вместе. Идите сюда, дети мои, – Лика отодвинула от себя соседку, положила руки на головы отца и тети Марины и шутливым тоном торжественно сказала, – я благословляю вас, мои родные, и желаю вам счастья.
Отец стиснул ее в объятиях, но Лика вдруг услышала звон в ушах. Она пошатнулась и схватилась за голову. Откуда-то издалека донесся крик отца:
– Ли-ка!
Глава 9
Лика открыла глаза и увидела все ту же кухню и встревоженные лица отца и тети Марины. Она по-прежнему сидела на диванчике. Над пароваркой поднимался парок, и аппетитно пахло готовыми мантами.
– Я есть хочу, – произнесла она и улыбнулась.
– Да, конечно, – ответил отец, бросился к кастрюле, но так и застыл с горячей крышкой в руках. – Боже! Как ты нас напугала! Что случилось?
– Не знаю. Просто зазвенело в ушах, и закружилась голова.
– Коля уже хотел скорую вызывать, но ты сразу очнулась. Врач предупреждал, что будут еще остаточные явления. Но я не думала, что это так страшно, – села рядом соседка и обняла Лику за плечи.
– Давайте обедать, – Лика переключила внимание взрослых на новую задачу. Она устала, хотела поесть, а потом закрыться в комнате по детской привычке и обдумать полученную информацию. Она еще не знала, как к ней относиться, но не испытывала пока ни разочарования в отце, ни обиды.
Тетя Марина засуетилась и стала быстро накрывать на стол. Лика видела, что она не чувствует себя хозяйкой на чужой кухне, и постоянно спрашивает отца, где и что находится. Почему-то от мысли, что между взрослыми еще не установились прочные отношения, стало легче. «Нет. Я хочу, чтобы папка был счастлив, – убеждала себя Лика. – Точно хочу. Без всяких сомнений. Я даже их благословила. Пять лет прошло после смерти мамы. Он может уже начать новую жизнь. Пусть начнет». Но червячок сомнения подбрасывал эгоистичные ловушки. «А как же я? Про меня забудут? – нашептывал он. – Тетя Марина еще не старая. Они могут и своего ребеночка завести».
– Все, готово! – услышала Лика и очнулась от размышлений.
Пообедали в семейной обстановке. Именно в семейной. Лика вдруг остро ощутила, как в их с отцом суровой жизни не хватало женщины. Она смотрела на отца, подкладывавшего лакомые кусочки сначала ей, потом тете Марине, и тихо радовалась за него.
– Так, взрослые. Я уже не маленькая девочка. Если помните, то скоро мой день рождения. Двадцать один год – не шутки. По всем законам я уже совершеннолетняя. Так что живите вместе и радуйте меня вашими счастливыми лицами.
– Нет, доченька. Я еще на недельку останусь дома. Надо, чтобы ты освоилась, а потом видно будет.
Отец жил дома не недельку, как планировал, а целый месяц. Все эти дни он ухаживал за Ликой: кормил, поил, гулял с ней. Они долго беседовали, строили планы на жизнь. Часто по вечерам им компанию составляла соседка. Она стала своей в их холостяцком жилище.
Отец устроился охранником в большой торговый центр, не так давно построенный в их спальном районе. Это бетонно-стеклянное чудо современного строительства стояло как раз на том перекрестке, где сбили Лику. Месяц отец просто ходил на работу по сменам, а потом, когда начальник службы безопасности ушел на пенсию по состоянию здоровья, его неожиданно назначили на эту должность. Отец в этот день пришел домой ошарашенный, не знающий, радоваться этой новости или огорчаться, и жаловался за ужином возлюбленной и дочери:
– Я не понимаю. Да и никто не понимает, почему именно меня выбрал хозяин? Мужики сразу решили, что у меня связи. Какие связи? Я даже не знаю, кому обязан должностью.
– Пап, ты уже забыл, но ты раньше был успешным работником. Ты хороший инженер-программист. Вот тебя и взяли. Сейчас охрана – это не только люди, стоящие на входе. В наше время безопасность – понятие более широкое. Это камеры слежения, защита документов от пиратства и взлома и многое другое. Сейчас все с электроникой связано. И трудовая книжка у тебя незапятнанная. Кстати, что ты сказал, когда устраивался на работу? Почему нигде не числился пять лет?
– Уезжал за границу, – отец смущенно опустил голову, но, увидев счастливые лица любимых, он тоже воспрял духом.
Жизнь налаживалась. Авария потихоньку забывалась. Таково свойство человеческой памяти: не хочет она держать на поверхности тяжелые моменты жизни. Исчезли и тревожные сны, которые мучили Лику. С весной пришло и отличное настроение. Двушку тянуло на улицу. Она укладывала отросшие волосы и любовалась на себя в зеркало. Оказалось, что ей к лицу короткая стрижка. За месяцы вынужденного безделья она поправилась на несколько килограммов, приобрела нежный цвет лица, а большие серые глаза светились радостью.
Она начала встречаться с друзьями, а один раз даже сбежала в клуб, зная, что отец в этот день дежурил.
Они встретились с подружкой Аринкой, с которой когда-то вместе работали в парфюмерном магазине, возле станции метро и, весело обсуждая последние новости, поехали в ближайший клуб, где, по слухам, должна была появиться знаменитость районного масштаба. Девушки устроились у барной стойки и возбужденно поглядывали на молодежь, кучками группировавшуюся за
