обеспечивающий водолазу надёжную защиту и обладающий манипуляторами, в точности копирующими человеческие руки размерами и подвижностью, но при этом свободно работающими в условиях высокого и сверхвысокого давления. Управление подобным скафандром в настоящее время практически невозможно, но становится естественным при подключении нейроинтерфейса. Обладая столь необходимым для работы на глубине устройством, мы сможем вплотную заняться освоением океанических недр, потратив на исследования и разработку подводных залежей приготовленные для войны средства.
Благодаря полноценному нейроинтерфейсу, подводные города, подробно описанные во многих книгах, станут реальностью, а доступ к огромным запасам разнообразных полезных ископаемых придаст цивилизации новый импульс. Мы получим и ресурсы, и новые технологии, разработанные для извлечения данных ресурсов, но самое главное – мы получим мир, а не войну, и боевые экзоскелеты останутся ржаветь на складах.
А нужен ли скафандр?
На больших и сверхбольших глубинах – очевидно. А на шельфе? В пределах пятисот метров? Может, чуть больше, может, чуть меньше…
Почему я задался этим вопросом? Потому что настоящие учёные не любят останавливаться на промежуточных этапах и продолжают исследования до тех пор, пока идея не будет выжата досуха, а технология не достигнет совершенства. Разработав нейроинтерфейс, обеспечивающий естественное управление протезами и экзоскелетами, учёным будет невозможно не поддаться искушению и не продолжить исследования, направленные на ликвидацию «промежуточного» звена между мозгом и конечностями человеческого тела. Превосходной, великолепно сконструированной биологической машины, но, к сожалению, малопригодной за пределами «зоны комфорта»: наше тело требует нормального давления, колеблющегося в строго определённых границах, а также постоянно потребляет продукты, воду, воздух, другими словами, расходует массу дорогостоящих ресурсов. Это очень прожорливый, но при этом очень хрупкий элемент, существование которого, если мы обеспечим прямую связь «мозг – искусственные конечности», теряет всякий смыл. Если удастся создать действительно совершённый нейроинтерфейс, а по некоторым оценкам это произойдёт к 2040 году, человеческое тело в привычном нам виде выйдет из употребления, от него возьмут лишь мозг, органы речи и чувств и выстроят систему поддержания их в работоспособном состоянии, которая, в этом нет сомнений, будет потреблять минимум ресурсов. Развитие нейроинтерфейсов обязательно приведёт к появлению киборга с органическим мозгом и прочным искусственным костяком, по желанию обтянутым приятной на ощупь кожей. Тоже искусственной.
Станет ли появление киборгов массовым явлением? Нет. Во всяком случае, на первых порах. Мы очень консервативны и, даже поняв, что искусственные руки и ноги делают нас намного сильнее и быстрее, не будем спешить отказываться от того, что подарила нам природа. Тем более она это сделала бесплатно. Первыми киборгами станут люди с неизлечимыми болезнями, пострадавшие в стихийных и техногенных катастрофах и во время боевых действий. Для них появление совершенного нейроинтерфейса станет спасением, поскольку они смогут продолжить жить, даже лишившись тел. Что же касается массового применения, то оно произойдёт постепенно и только после того, как импланты продемонстрируют свою надёжность и относительную дешевизну – люди должны убедиться в их безопасности и привыкнуть к внешнему виду. Чем чаще на улицах будут встречаться киборги, тем спокойнее будет к ним отношение и тем быстрее возникнет мода на импланты. А она обязательно возникнет, поскольку мир Четвёртой революции – это медиа, а медиа способны создать моду на что угодно. Тем более на столь удобные и полезные устройства. Сначала рынок наводнят те из имплантов, которые не потребуют такого радикального вмешательства, как ампутация конечностей: искусственные глаза, обеспечивающие поступление разнообразной дополнительной информации, искусственные органы слуха, усиленные, позволяющие различать неслышимые обычному уху звуки, и другие вживляемые устройства, улучшающие «базовые» характеристики человека… Выбор «младших» имплантов будет шириться, и постепенно мода перекинется на «старшие».
Люди будут платить за то, чтобы стать немножко машиной
А может, и за то, чтобы стать машиной почти полностью, отправив «на замену» не только конечности, но и тело. И именно они, киборги, надевшие неснимаемый костюм «железного человека», смогут открыть человечеству новые перспективы.
Будет ли такое существо жить вечно? Нет, поскольку клетки мозга подвержены старению, как и все остальные биологические устройства. Однако жить киборги будут долго, намного дольше среднестатистического человека и с гораздо большим периодом максимальной продуктивности. Будет ли такое существо счастливо? Или хотя бы довольно своей жизнью? Сложный вопрос. С одной стороны, киборгами будут становиться либо добровольно, либо для спасения от неминуемой смерти, но и в этом случае добровольность станет обязательным элементом преобразования. С другой стороны, отличия киборгов от обычных людей в какой-то момент могут стать не только заметными, но и кардинальными, что заставит киборгов начать считать себя представителями иного разумного вида. Насколько это мнение окажется справедливым? На этот вопрос трудно дать однозначный ответ. Но даже если киборги начнут считать себя новым разумным видом, им придётся как-то заретушировать тот факт, что их создателями являются люди.
Появление киборгов способно придать цивилизации дополнительный импульс, но при этом породить массу этических и социальных проблем, о которых мы – как это принято у людей – задумаемся лишь в момент столкновения. Однако одно я знаю точно. Ответ на самый главный вопрос: будет ли такое существо ненавидеть человечество, полностью зависит от нас самих, от того, как мы станем относиться к этим созданиям. Если примем их людьми, а не бездушными механизмами, равными себе в правах и повседневности, если сумеем создать по-настоящему единое общество, в котором будут царить равенство и взаимопонимание, то в нём не останется места ненависти. Бунта киборгов не случится, поскольку для него не будет предпосылок.
Будет ли такое существо востребовано?
Да.
И не только на Земле.
Каждая технология имеет предел, которым определяются её возможности. «Потолок» скорости велосипеда – 145 км/ч, и вряд ли этот рекорд будет намного улучшен[33]. Один кубический метр гелия поднимает один килограмм, что накладывает ограничение на грузоподъёмность дирижаблей, поскольку их размеры не безграничны. Если же говорить о космических исследованиях, то в настоящий момент их предел определяют системы жизнеобеспечения.
Мы – биологические машины, нам нужны продукты, вода, воздух, нормальное давление… И если при исследовании океана припасы можно либо переправить на подводную базу, либо получить, поднявшись на поверхность, то в космосе ничего из перечисленного невозможно достать ни за какие деньги. А значит, длительные исследовательские полёты, например, на Марс, будут отложены до тех пор, пока не появятся быстрые двигатели или не найдётся способ обеспечить космонавтов всем необходимым во время очень долгого путешествия. Или пока учёные не сумеют сделать так, чтобы необходимого требовалось очень-очень мало, чтобы для многолетнего полёта понадобились минимальные запасы воздуха, воды и питательных веществ. Чтобы не пришлось чересчур заморачиваться с теплообменом и утилизацией отходов жизнедеятельности. Чтобы,
