оказывать влияние на многие области повседневной жизни.
А ещё пандемия дала этим людям деньги и власть.
* * *
«Осенью 1530 года во время эпидемии чумы в больницу Женевы был доставлен местный мошенник Михаил Каддо. Чумой он не болел, но притворился заболевшим, пытаясь выпутаться из очередной неприятности. В больнице мошеннику понравилось: хороший уход, регулярное питание, бесплатное вино, помимо микстур… Но когда Каддо сообразил, что через сорок дней его спровадят восвояси, он придумал, как задержаться, и убедил надзирателя де Фосижи поддерживать чуму в городе.
Чтобы у властей Женевы оставалась уверенность в том, что чума по-прежнему свирепствует, злодеи решили отравлять или иным образом ускорять смерть выздоравливающих пациентов. Потом они стали вырезать бубоны из тел покойников, высушивали их, измельчали в порошок и, смешав его с другими составами, давали больным под видом лекарства. Этим же порошком они посыпали вышитые носовые платки, красивые подвязки и тому подобные привлекательные вещи. Каддо разносил и разбрасывал их ночью по городу, выбирая преимущественно дома, где предвиделась богатая нажива, и даже натирал чумным порошком дверные замки. По замыслу негодяев утром, когда слуга или служанка выходили из дома, им должны были броситься в глаза красивые вещи, а через них зараза попадала в дом и вызывала смерть хозяев. В действительности такой способ распространения чумы неосуществим, но безграмотные мошенники об этом не знали. Тем не менее чума в Женеве продолжалась по своим причинам и приносила выгоду Каддо, надзирателям, священникам, фельдшерам и сиделкам чумного госпиталя.
Обнаглев, Каддо стал подбрасывать свои свёртки не только ночью, но и днём, в чём и был замечен хорошо знавшими его людьми. Мошенника схватили и посадили в тюрьму, где синдики[36] вместе с другими должностными лицами города учинили ему допрос и потребовали объяснить, что находится в подброшенном свёртке. Каддо стал путано объяснять, что в брошенном свёртке была материя из раны, бывшей у него на ноге. Когда же у него спросили, с какой целью он это сделал, мужчина ответил: «Над моей раной насмехались, и я хотел наказать насмешников». Синдики не удовлетворились ответом и развязали ему язык пытками. Тогда Каддо обличил надзирателя, сиделок и фельдшеров, а также рассказал, с помощью какого предохранительного средства они могли прикасаться к больным чумой, не подвергая себя опасности.
Правительство немедленно распорядилось арестовать сообщников. Их допросили, организовали очные ставки, некоторых пытали. Все они дали признательные показания, совпадавшие в деталях. В тюрьме заключённые дожили до Пасхи, а затем их казнили, но не всех одновременно и не в один день. От мучений избавили только сына больничного надзирателя, которому, учитывая молодость, сразу отрубили голову…»
Этот случай описан в книге Франсуа Бонивара «Хроники Женевы»[37].
Страх и ненависть в Лас-Вегасе
Пандемия и вызванный ею локдаун стали сильнейшим психологическим ударом для подавляющего большинства жителей планеты. Закрытые аэропорты и вокзалы, блок-посты на дорогах, веб-камеры, транслирующие в Сеть изображение абсолютно пустых площадей и улиц, – мы не любим говорить о тех месяцах, искренне надеемся, что ничего подобного не повторится, но навсегда запомнили, что, несмотря на все достигнутые вершины, учёным понадобилось много времени на то, чтобы начать справляться со смертельно опасным вирусом.
Мы запомнили ощущение растерянности и беспомощности.
Так получилось, что в XXI век мы вошли с надеждами, ожиданиями, новыми идеалами и потрясающими научными перспективами, но свободными от глобальных угроз прошлого. Мы вошли в будущее бесстрашными. Холодная война завершилась сокрушительным поражением коммунизма и сделала призрачной возможность глобального ядерного конфликта – главного страха второй половины XX века. Всевозможные космические угрозы в виде прилёта кометы или астероида перестали восприниматься всерьёз благодаря Голливуду – несколько блокбастеров убедили широкую публику в том, что всё под контролем и в случае необходимости отважные герои разнесут опасно приблизившийся объект на жалкие составляющие. Сами привезут на него ядерные бомбы или метко обстреляют ракетами. К тому же бояться астероида, который, может, прилетит, а может, и нет, как-то странно. При этом нас не особенно напугали действительно важные экологические проблемы, а ведь состояние окружающей среды давно перестало «вызывать опасения» и способно нагнать страх даже на самого уравновешенного человека – если, конечно, ему подробно разъяснить и показать, что происходит с окружающей средой. Но, во-первых, интенсивная и бездумная вырубка лесов, загрязнение Мирового океана, исчезновение животных и хищническая разработка полезных ископаемых не дают столь моментального эффекта, как взрыв ядерной бомбы, и потому плохо задерживаются в повседневном мироощущении. Во-вторых, борьба за сохранение окружающей среды потребует от нас поступиться привычным комфортом, на что готовы пойти далеко не все. Вместе эти факторы привели к тому, что надвигающаяся экологическая катастрофа не превратилась в глобальный страх, оставшись на периферии сознания в качестве «возможно, у нас будут проблемы, но когда-нибудь потом». И даже угроза голода – призрака, который всегда рядом, перестала нас волновать. То есть теоретически мы знаем, что где-то на планете недоедает огромное количество людей, но большинство из нас даже в мыслях не примеряло этот ужас на себя.
Мы перестали бояться.
И тогда возникла угроза мирового терроризма, олицетворением которого стал страшный террористический акт в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года. Прогремевшее на всю планету преступление, огромные жертвы и падение – в прямом эфире! – гигантских небоскрёбов, бывших и остающихся символами Америки, вызывало такой же шок, как всемирный карантин двадцать лет спустя. Мы поняли, что мир становится другим, правила меняются на наших глазах, а мы… мы ничего не можем с этим поделать. И ещё поняли, что взрыв может прогреметь в любое мгновение и в любом месте, что ради своих целей террористы готовы пожертвовать собой, а остановить их можно только строгим соблюдением мер безопасности. И мы согласились с ограничением наших гражданских прав и свобод. Некоторые из нас думали, что ограничения долго не продлятся – только на время войны с теми, кто открыто бросил вызов человечеству, – однако лишаться расширившихся полномочий специальные службы не захотели, объяснив своё нежелание тем, что новые террористические организации могут возникнуть в любое мгновение, поэтому нужно быть в любое мгновение готовым противостоять им. Надо отдать должное – работают специальные службы весьма успешно.
Благодаря принятым мерам и современным технологиям, особенно в области слежки, подслушивания, наблюдения и распознавания, мир стал очень компактным. Камеры наблюдения становятся всё качественнее, как и системы, в которые от них поступает информация. Человека теперь можно вычислить по голосу и манере говорить, по форме ушей и походке, и не важно, в маске он или нет – системе достаточно связать несколько
