Влетели под защиту кирпичных стен здания больницы на всех парах. Солдаты, медсестры, доктора – вся толпа вбежала вперемешку в хорошо освещенное фойе, оформленное в стиле хайтек.
– В лифт, – скомандовал главный сопровождающий из конвоя, перехватывая свое чудо-оружие стволом вниз.
Ну и пушка, уже в который раз удивился я. Такими агрегатами впору вооружать звездный десант для войны с пришельцами на далеких планетах.
– Поедете на другом!
Поднятая ладонь, затянутая в тактические перчатки с кевларовыми накладками, бесцеремонно остановила поток желающих проехаться с нами. Сотрудники клиники послушно замерли, не пытаясь спорить с солдатом. Мы остались одни.
Вздрогнув, кабина начала движение. И что самое интересное, не вверх, как ожидалось подспудно, а куда-то вниз.
Что же, логично. Где, как не под землей, пережидать горячую фазу боевых действий? А судя по недавним спецэффектам, ничем другим это быть не могло.
– На вас что, кто-то напал? – раздраженно осведомилась Полина, зло скрестив руки на груди.
Трое бойцов, заскочивших с нами в лифт, молчали. Затем один, все тот же главный, любезно пояснил:
– Не только на нас. И скорее всего, не столько на нас, сколько на вас. А точнее – в основном как раз из-за вас.
Произнесенные чуть ли не скороговоркой фразы в первые мгновения ввели в ступор. Больно уж мудрено они прозвучали. Но спустя пару вздохов дошел смысл того, что конкретно хотел донести боевик клана Строгановых.
– То есть это из-за нас там началась война? – охренел я, делая страшные глаза девчонке рядом, чтобы она не вздумала снова лезть со своими капризами.
Вот ведь странное дело. Еще совсем недавно вела себя вполне нормально и адекватно, а сейчас превратилась в образец вздорной девицы, постоянно недовольной всеми и вся.
Или это, может, у нее запоздалая реакция на случившиеся недавно события? Словила нехилый шок от увиденных смертей и теперь пытается скрыть срыв за нетипичным поведением. Залезть в скорлупу и представить, что ты это уже не ты, и все, что произошло, тебя никоим образом не касается.
Я мысленно усмехнулся. Ничего себе загнул. Прямо заправский психоаналитик. Хоть сейчас открывай кабинет и начинай принимать пациентов. А что? Деньги должны быть хорошие. Сиди в уютном кресле, покачивайся, делай вид, что записываешь за всякими ненормальными психами, а сам прикидывай, какие цифры проставить при выставлении счета. Не работа – мечта.
– Так что, он прав, это за нами пришли? – поторопила солдата Полина.
Тот неохотно кивнул, не став углубляться в подробности. Да и что может быть непонятного? Все лежит на поверхности. Соперники Строгановых не хотят, чтобы у них появились новые маги. И, как и все колдуны, они вознамерились решить возникшую проблему самым эффективным способом. А что может быть эффективнее, чем вооруженное нападение для окончательного вычеркивания инициированных из числа живых людей?
– Дела-а… – протянул я, тяжело прислоняясь к зеркальной стенке кабины.
Старший боец замер, его рука прикоснулась к гарнитуре, выдавая процесс получения новых приказов.
– Все кончено, – проинформировал он нас, натягивая на лицо ободряющую улыбку. – Можно возвращаться.
Нажатая кнопка затормозила лифт, чтобы отправить его наверх. Так и не доехав до конца, кабина рванула в обратном направлении, на этажи с палатами.
– Из-за чего поднялась суматоха? – поинтересовался я, впрочем, не слишком надеясь на ответ.
Чуть помедлив, словно сомневаясь, говорить ли правду, солдат тем не менее произнес:
– Произошло несанкционированное проникновение в воздушное пространство Холодного Предела. На данный момент угроза частично устранена. Семь нарушителей полностью уничтожены. Еще два смогли произвести вынужденную посадку. Район уже оцеплен, зона вторжения локализована. Она находится в пятнадцати километрах отсюда и не представляет для пациентов непосредственной опасности. В настоящее время проводятся мероприятия по установлению окончательного контроля.
Я глубокомысленно закивал, а Полина в ответ гадко усмехнулась.
– Какие красивые слова, скрывающие убийства. Зачем эти красивости? Почему бы не сказать прямо – сейчас идет добивание выживших. Четко и ясно. А главное, предельно точно.
– Да заткнись ты уже, – не выдержав, рявкнул я. – Если какие-то бараны прилетали нас убивать, а вместо этого сами сдохли, то лично я этому только рад.
Полина взбеленилась, ее крепкий кулачок весьма ощутимо ткнулся в мое правое плечо.
– Сам заткнись! Ты что, придурок, не понимаешь, что эти уроды нас чуть не заморозили насмерть в тех халупах из льда? Память короткая? Забыл уже, как те трое падали, разлетаясь по полу миллионами мутных осколков?!
Под конец она уже натуральным образом кричала. И что самое неприятное, безостановочно колотила мое многострадальное тело.
– Совсем сбрендила? Отвали!
Я отшатнулся назад.
– Дурак! – не осталась она в долгу, напоследок пнув меня по голени и отойдя как можно дальше.
Дернулся от вспыхнувшей боли. Но все же сдержался и подавил желание дать сдачи. Вместо этого качнулся в противоположную сторону. Остаток пути прошел в тишине. В знакомый больничный коридор выходили не глядя друг на друга, в гробовом молчании.
Оказавшись в своей палате, рухнул на кровать и уставился в потолок бездумным взглядом. Странно это все. Тело нигде не болело, никаких негативных эффектов от внезапной прогулки, куда уезжало пятеро, а вернулось только двое, не ощущалось.
Боевой маг? Да не смешите меня. Абсолютно не чувствую себя им. Колдуны явно где-то напортачили. Понять бы еще, где и как это коснется меня лично. Становиться живой ледышкой категорически не хотелось.
– Вик? – от дверей донесся голос.
Приподняв голову, увидел Аньку, несмело заглядывающую через порог.
– Ага, – откликнулся я, недовольно поднимаясь.
Хотелось еще поваляться, ничего толком не делая.
– Ты живой? – спросила девушка, входя внутрь, как будто так не видно. – Слушай, у нас тут такое творилось. Ужас просто. Как только тебя увели, всех насильно уложили на койки, зафиксировали ремнями, выдернули капельницы и оставили одних. Было так больно, думала, умру…
– А потом пришло успокоение и состояние, как после пяти кружок пива? – докончил я.
Аня наморщила лоб.
– Скорее, как после пары бокалов красного вина или одной стопки водки, – возразила она.
– Угу, – согласился я задумчивым мычанием.
– У тебя так же было? Куда вас вообще отвозили?
Я уселся, подогнув одну ногу в колене. Небрежно свернутое в клубок одеяло очень удачно подвернулось в качестве спинки импровизированного седалища.
– В лес, по грибы, – предельно серьезным голосом ответил я и, не давая возникнуть новым вопросам, сразу же поинтересовался: – Вы долго лежали? Боль сколько примерно длилась?
Девушка пожала плечами.
– Не знаю. Не засекала. Да и часов все равно нет. И мобильника тоже. Откуда знаю? Кажется, довольно долго. А ты когда приехал?
Теперь уже у меня лоб пошел морщинами.
– Минут пять назад, – честно признался я. – А тебя когда отпустило?
– Полчаса назад где-то, – сообщила Аня. – А что?
Я неопределенно махнул рукой. Не сходится что-то. С учетом дороги туда и обратно, блужданиям по тропинке, чертогам – все это должно было занять приличное количество времени.
– А ты вообще чувствуешь себя… – я замялся, не зная точно, как сформулировать вопрос.
– Магом? – помогла мне Анька.
– Ну да, – облегченно выдохнул я. – Замечаешь какие-то изменения?
Девушка беспечно качнула головой.
– До этого еще рано. Внутренняя энергетика только развернулась, ей еще следует упорядочить и укрепить общую структуру. Для этого понадобится несколько дней и целый комплекс специальных упражнений.
Я выпучил от удивления глаза.
– А ты это откуда знаешь?
Увидев мой ошарашенный вид, подруга весело рассмеялась.
– Лекари рассказали. Они делали обход вместе с обычными докторами, проверяя энергетические каналы инициированных.
