— Дормун! Я… ой! — засуетилась девушка, пытаясь прикрыться опаленными ошметками оделяла. — Я не!.. Нет, ты не понял!
— Да плевать, — выдохнул он, делая быстрые шаги вперед.
Храбро вставший перед лицом брат заставил эльфа лишь холодно окинуть его взглядом, и махнув рукой, магией усадить обратно на постель.
— Возможно, я больше никогда этого не скажу, но я готов тебя терпеть, — бросил он, обращаясь к ящеру и склонился над ведьмой, испуганно таращащей глаза. — А вот с тебя причитается. Поцелуя мне мало.
Глава 20. Дара
Дара
«Поцелуя мне мало», — крутилось в голове вот уже несколько дней.
Сидя перед зеркалом туалетного столика, я — скорее, чтобы успокоить нервы, — расчесывала волосы обычной щеткой, не применяя магию. Это немного сбавляло накал бушующих страстей.
«Поцелуя мне мало», — прорычал мне в лицо эльф и отстранился. Резко, слишком нервно. Подхватил брата, связанного сверкающими путами, как тюк с вещами, и выволок его прочь, а заодно и вышел сам.
Ко мне больше никто не приходил. Совсем!
Сперва я думала, что это к лучшему. Передышка была как нельзя кстати, и первые несколько часов я все время подпрыгивала, думая, что кто-то вернется. Еще через пару часов выдохнула и успокоилась, обнаружив еду на подносе за дверью после короткого стука невидимых пальцев. Уже и ночь прошла — умиротворенно, даже, скорее, мертвенно. Спала я так крепко, что можно было бы легко принять меня за покойника.
А вот в полдень следующего дня стало уже не по себе.
Еда вновь ждала меня у порога. Слуги словно исчезли, слившись со стенами. А братья — наследники кланов — не спешили идти на контакт, игнорируя мое присутствие.
Ближе к вечеру меня одолела паранойя.
Спутанные мысли злобно нашептывали, что это все неспроста. Они точно что-то задумали! Выжидают, затихли… Точно-точно! Братья замыслили коварный план, чтобы затащить меня в постель, и теперь ждут, пока я начну сходить с ума!
А я уже начала! И готова угрожать продолжением!
Хорошо, что ближе к ночи пришла весть от оры Мармонт, моей дорогой матушки. Заранее попросив меня не расстраиваться, она сообщила не самые приятные новости. Собственно, ничего другого я не ожидала. Совет отказал в моем отстранении еще раз. Вину свою в дезинформации не признал и направил матушку в суд, где разбирательство затянется на несколько лет. Не меньше двух точно, а значит, я в любом случае должна выполнить обязательства контракта.
Хочешь не хочешь, а хозяева Арт Ти-ера так или иначе затащат меня в кровать. И в голове уже появлялись сомнения в том, что я против. Вспомнить только утро с Расселом…
Всю следующую ночь я переваривала сложившуюся ситуацию.
Да, конечно, можно повесить на лицо самую осуждающую гримасу и возлечь с мужчинами, роняя их энтузиазм кислой миной. Мол, осуждаю, сильно осуждаю. Но толку? Нам делить крышу над головой еще пару лет, а окружать себя врагами глупо и неоправданно.
Значит, выход остается только один. Хлопнуть бы чего-нибудь для храбрости…
И вот, проснувшись сегодняшним утром, я вновь написала маме и попросила рецепт чего-нибудь убойного, чтобы расплющить мою трусость как жалкую букашку. И в ожидании ответа медленно и размеренно расчесывала прядь за прядью, аккуратно сворачивая спиральки своих кудряшек.
Шкатулка пиликнула, сообщив о новом письме. Буквально отбросив расческу в сторону, я бросилась скорее поднять крышку.
«Ты приняла правильное решение, цветочек. Как бы ужасно ни выглядела эта ситуация, но всегда нужно искать ее положительные стороны!
А вот рецепт того, что ты просила, только не переборщи с дозировкой.
Одна щепотка мандрагоры, две унции рапсодии, четыре кончика ножа волчьей настойки…»
Изучив рецепт, поспешила к своей переносной алхимической станции и занялась приготовлением.
Судя по объему ингредиентов, готового продукта должно было получиться чертовски мало! Хорошо, что перед отъездом я пополнила запасы, и стеклянные пузырьки были под завязку забиты всевозможными шкурками, травками, пылью и корешками.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Пока тройная порция маминой «убойной штуки» тихонько бурлила в малюсеньком котелке размером с ладонь, я нервно кусала губы и некрасиво обгрызала ногти на руках.
Это как операция у зубного мастера! Как бы ни было страшно, нужно просто закрыть глаза и махнуть рукой, разрешая вытянуть зуб щипцами. И, слава Оране, как у лекаря, так и здесь я планировала закинуться приличной дозой анестезии, чтобы ничего не чувствовать. Ни боли, ни сожаления, ни разочарования.
Просто сделать, и все!
Храбро опрокинула в рот то, что получилось, не удержалась и тряхнула головой.
Кисло! Аж лицо стянуло!
По рукам пробежалась волна мурашек, приятным теплом собираясь клубком внизу живота. Сладкая истома пробежалась по затылку, опускаясь плетью вниз, между лопатками по позвоночнику, и незамедлительно стало жарко.
Перед глазами, как назло, промелькнула та самая картинка, которую мне позволил увидеть и запомнить Рассел, устроившись у меня между ног.
— Ууух… — горячий стон сам собой сорвался с губ, а взгляд устремился на дверь.
Да, сейчас самый лучший момент для согласия. В теле приятно колыхается зелье, успокаивая страхи и возбуждая, голова наполняется непроницаемой ватой, а ноги уже сами идут вперед.
Мне срочно нужно найти хоть какого-то из них, пока действие отвара не прошло. Как только эффект улетучится, моя храбрость жалобно запищит, прячась под кроватью.
Кто же знал, что надо было слушать маму и ее уточнение про дозировку!..
Глава 21. Коул
Коул
Бесят!
Бесят!
БЕСЯТ!
Утаптывая лапами залежавшуюся листву, оборотень наматывал круги вокруг Эл-Истона, пытаясь сбить с себя спесь.
Пока он мотался в свои владения, старший и младший братец каким-то неведомым образом умудрились сговориться между собой. И против Коула!
По возвращении его ждал не самый приятный разговор и чуть ли не приказ держаться от чародейки подальше. Глупый и бессмысленный план! Нужно просто немного расслабить куколку, помурлыкать ей на ушко, и она сама с радостью на все согласится! А не ждать, пока она одумается и сама бросится в их объятия!
Хотя чему удивляться? Один болван только и знал, что раскидываться колкостями, а второй краснел как свежесваренный рак, стоило любой более-менее симпатичной девушке ему подмигнуть.
Хам и трус! Отличная компания по завоеванию красотки-ведьмочки!
Нужно было взять все в свои руки, но дела государственной важности в клане совершенно некстати отвлекли его, исключая все шансы предотвратить появление этого идиотского плана у пустоголовых братцев! Отец с выходом на пенсию решил более не принимать участия в делах клана, ссылаясь на то, что и так много лет был обременен этой ношей.
Уже несколько часов Коул бегал вокруг крепости, пытаясь выдохнуться.
С появлением самочки в замке животное либидо только усилилось, превращая оборотня в одержимого мартовского кота, неспособного мыслить здраво. В голове без пауз был только образ чародейки, которая, забросив ноги ему на плечи, высоко запрокидывает голову и стонет.
Да-а-а… Сладкая фантазия…
Такая сладкая, что когти сами собой выдвигаются из лап.
Все. Устал. Можно возвращаться.
Обернувшись, Коул пешком потопал домой, не стесняясь своей наготы, как истинный зверь. Штаны он носил редко, а в рубашках и вовсе не нуждался, прикрывая свой немалый агрегат, исключительно чтобы не смущать слуг и братьев, фыркающих при виде его голой задницы. Он вообще был единственным из них, кого мысль о чужих задницах не вгоняла в панику и не вызывала омерзения.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Все мы звери. Что естественно, то не безобразно.
Была бы его воля, всегда бы бегал голышом. По лесу. С голенькой чародейкой на пару!
— Ага-а! Вот и ты! — послышалось откуда-то сбоку, стоило оборотню переступить порог.
