Читаем без скачивания Наследник (СИ) - Седых Александр Иванович

Матвей, пройдясь по магазинам, сменил буржуйский гардеробчик на дешёвые вещицы советского ширпотреба. Теперь путник, с кожаным рюкзаком за плечом, больше походил на обычного геолога, возвращающегося из таёжной экспедиции. Конечно, мог бы возникнуть диссонанс внешнего облика с документами личности, но ведь Матвей больше не собирался козырять иностранным паспортом. «Геолог» погулял до вечера по городу, а затем, к условленному часу, отправился в городской парк.

Матвей заметил, что на встречу делец пришёл с группой товарищей весьма мрачного вида. Блатные держались чуть в стороне, лишь изредка бросая косые взгляды на объект интереса. Матвей устроился в зале ресторана за дальним столиком, спиной к залу. Однако ему не надо было даже оборачиваться, чтобы колдовским взором видеть, как переглядываются подельнички. Улыбчивый директор комиссионки, подойдя к скучающему гостю, предложил угостить за свой счёт. Матвей отказался от водки, а вот дармовые кушанья потреблял охотно. В перерыве между очередными блюдами, директор увлёк клиента в подсобку.

Матвей достал из рюкзака импортный костюм, шляпу и модные туфли, а затем толстую пачку парагвайских банкнот. Директор придирчиво ощупал каждую купюру, проверяя бумагу на просвет и золотые нити, несколько раз, слюнявя пальцы, пересчитал хрустящие банкноты и только после этого вытащил из портфеля дюжину пачек советских купюр крупного достоинства, в бумажных банковских упаковках. Сильно удивился, когда иностранец, даже не разорвав ни одной ленты и не пересчитав деньги, небрежно накидал пачки в расстеленную рубашку, завязал узлом и забросил в полупустой рюкзак.

После удачной сделки партнёры вернулись в зал, ещё чуток посидели за столом, а затем директор заторопился домой, опасаясь возвращаться в совсем уж позднее время. Матвей сказал, что ему торопиться некуда и остался добивать угощение от «доброго друга».

Мрачная троица блатных весь вечер не спускала глаз со спины беспечного обжоры.

Матвей понял, что директор играет нечестно и решил проучить подлого делягу. Теперь ясно, почему тот сделал выгодное предложение при обмене валюты на советские рубли — жулик рассчитывал непременно вернуть переплаченные денежки обратно. Стала очевидна и причина щедрости гостеприимного «друга»: ведь не имело значение, кто именно будет расплачиваться за банкет — всё равно деньги в итоге уже шли из одного кармана.

Матвей, приятно удивив официанта, положил на скатерть щедрые чаевые и попросил разрешения позвонить «другу», чтобы узнать, благополучно ли тот добрался до дома. Запамятовав номер телефона, гость попросил телефонный справочник, а там уж по известной фамилии нашёл заодно и адрес. На звонок ответила жена директора комиссионки, сам «дружок» ещё не добрался до окраины города. Матвей вежливо извинился и, заверив супругу директора, что муж скоро уж должен вернуться домой, пожелал спокойной ночи.

Матвей покинул ресторан, блатная троица последовала за ним, пока держась на расстоянии. Развлекательные аттракционы в городском парке уже закрылись, аллеи опустели, лишь на центральной ещё гуляли влюблённые парочки. Матвей свернул в тупик, к одиноко стоящему уже опустевшему зданию тира. Применив гравитационное воздействие на запорный механизм, играючи снял с петель навесной замок и проник внутрь.

Преследователи разделились: один бандит остался контролировать местность, а двое прокрались к приоткрытой двери. Из тира раздавались размеренные звуки выстрелов пневматического ружья. Заглянув внутрь, бандиты увидели у стрелковой стойки тёмный силуэт спины стрелка на фоне освещённой стены с мишенями. Почему–то, светила только самая дальняя лампочка.

— Что встали на пороге, вурдалаки? Заходите, поговорим, — не оборачиваясь, обратился к бандитам странный стрелок.

Главарь шайки навёл на спину тёмного субъекта ствол револьвера и крадучись зашёл внутрь. За ним, настороженно озираясь, последовал его подельник с зажатой в ладони отточенной финкой.

— Я так понимаю, добровольцами на войну вы не пойдёте, — всё также, не оборачиваясь, неспешно перезаряжал «воздушку» стрелок и рассуждал вслух. — Может, на трудовом фронте от вас стране какой–то толк будет.

— Пусть трактор пашет, он железный, — сплюнув сквозь зубы, зло процедил главарь шайки. — Эй, ты, фраерок залётный, а ну-ка, полож ствол на стойку и задери грабарки в гору!

— А вот лишнего шуму нам не надо, — так и не обернулся странный путник и выстрелом из «воздушки» разбил единственную горящую лампочку.

Помещение тира мгновенно погрузилось во мрак.

Главарь, заранее нацелившийся в спину жертвы, нервно нажал спусковой крючок нагана. Однако выстрела не прозвучало, спущенный ударный механизм сумел лишь с большим трудом преодолеть гравитационное воздействие на взведённый курок, который очень нежно прикоснулся к капсюлю патрона.

Исправить осечку револьвера главарю было уже не суждено. Невидимая рука резким ударом по шее погрузила его сознание в кромешный мрак. В следующий миг пудовый кулак обрушился из темноты на череп второго супостата, надолго опустив шторки в его глазах.

Прошла целая минута, прежде чем в подсвеченном далёким уличным фонарём дверном проёме появилась башка третьего подельника.

Неведомая сила неожиданно дёрнула металлическую дверь, прищемив голову любопытствующего субъекта. Тело жалобно хрюкнуло и осело у порога, выронив острую финку из разжавшейся ладони.

Лишь на следующий вечер, вернувшийся смотритель обнаружил у стрелковой стойки тира связанную троицу воришек. Руки воров стягивали их брючные ремни, рты были заткнуты кляпами из лоскутов от рубашек. Блатная троица сидела, плотно прижавшись спинами, а шеи стягивала тонкая цепочка, прикованная к краю стойки. Второй её конец ранее крепился к теперь бесследно пропавшему пневматическому ружью. Из арсенала тира исчез и весь запас пуль, общим весом не менее пуда. Никакого оружия у воров при себе не оказалось, но факт кражи был налицо, да и сами тёмные личности давно числились в розыске за разбои и грабежи. Что толкнуло авторитетных воров на столь мелкую кражу, и с кем они не поделили скудную добычу — так и осталось следствием не выяснено.

Однако прежде, чем субботним вечером были обнаружены неудачливые воры, в городе произошли ещё некоторые странные события, которые, впрочем, не стали известны широкому кругу граждан.

Матвей поздней ночью проник в подвал старинного купеческого особняка на краю Омска, где проживал с семьёй директор комиссионки, и пошарил колдовским взором по стенам. Обнаруженый вмурованный в стену железный сейф не смог противостоять силе гравитационного воздействия. Матвей вспомнил рассказ отца, как тот в годы своей юности изымал неправедно добытые богатства из сейфа начальника сахалинской каторги, и решил повторить подвиг анархиста.

Экспроприатор достал из железного ящика объёмную шкатулку с золотыми монетами и драгоценными ювелирными украшениями, а также кучу пачек денег, и запихнул всё в найденный в подвале холщовый мешок. Вот только из общей кучи сокровищ он предварительно извлёк свою же пачку парагвайских рублей, которую присовокупил к обменянным в ресторане советским купюрам и отложил отдельно. Всё добытое в эту ночь богатство Матвей затолкал в изрядно разбухший кожаный рюкзак. Пневматическое ружьё, конечно, пришлось разобрать на две части. Бандитский наган и три острые финки бережливый казак поместил на самое дно рюкзака, вместе с запасом пуль для «воздушки».

Закрыв дверцу опустевшего сейфа, Матвей напрочь сломал механизм внутреннего замка, пускай теперь владелец попыхтит над его вскрытием. Затем восстановил маскировку сокровищницы и без шума покинул подвал, вновь навесив амбарный замок на входную дверь.

Удовлетворённый местью бесчестному дельцу, юный странник отправился на железнодорожную станцию, чуток подремать в купе оплаченной гостиницы на колёсах. Город жил мирной жизнью, патрули по улицам и вокзалам ещё не рыскали. Даже не верилось, что всего лишь через сутки добрый привычный мир рухнет.

Но до войны ещё было время, которое каждый сведущий человек спешил использовать с пользой. Одним из таких осведомлённых лиц являлся майор НКВД, который очень серьёзно отнёсся к доносу служащего военкомата и ранним утром лично прибыл для задержания парагвайского шпиона. Для силовой поддержки майор прихватил с собой парочку самых крепких бойцов. Парагвайские казаки формально признавались советской властью союзниками, потому брать заморского шпиона следовало бескровно, не нагнетая конфликта. Конечно, майор понимал, что арестанта всё равно придётся отдавать в руки парагвайской разведки — таков договор союзных спецслужб, однако эта неприятная процедура последует только после допроса. И пусть ничего существенного выспросить не получится, но, по добытым в ходе обыска уликам и проведённой проверки контактов шпиона с местным населением, возможно, удастся обезвредить его информаторов и пособников. Во всяком случае, в глазах начальства, результативная деятельность пойдёт майору на пользу.