Неожиданно он подумал о том, что если отправиться в путь прямо сейчас, то в Зуране будет как раз к рассвету. Но вот вопрос: зачем? Чтобы разбудить Гвинет теплым поцелуем? И чтобы она потом в приступе праведного гнева прогнала его?
Когда Тарик узнал правду об отце, его чувства и отношение к любви изменились. Но как же ему теперь быть? Гвинет четко дала понять свою позицию.
Женщина, с которой он свяжет свою жизнь, станет его главной духовной поддержкой. Они должны доверять друг другу, полностью. И самое главное, его жена поймет долг принца перед своей страной, ее прошлым, настоящим и будущим. Способна ли на это Гвинет? — вот вопрос.
Он выглянул в окно. Во дворике стояла машина. Если поторопится, то через четыре часа он уже будет в квартире. Итак, он приедет к ней и… что дальше? Займется с ней любовью, не иначе. Зачем убегать от самого себя… от неизбежного? Леопарду не изменить своих пятен, а сокол не перестанет летать. Лучше сейчас заставить себя вернуться и взять то, о чем мечтаешь, чем потом горько сожалеть о несделанном. Он отвернулся от окна и продолжил работу на компьютере.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
Ранним утром Гвинет была не единственной, кто вышел за покупками. Она решила купить молока, потому что не любила черный кофе. А встретить Тарика вообще без кофе она не могла. Она должна быть бодрой и энергичной, ведь она не знает, когда он приедет.
Возвращаясь из магазина, она заметила, как двое мужчин, идущих за ней следом, вдруг ускорили шаг. Девушка и глазом не успела моргнуть, как их сильные руки схватили ее и потащили к стоящей рядом машине.
Зуран был известен как одно из самых безопасных мест для отдыхающих. Именно поэтому Гвинет никак не могла предположить, что ей надо быть осторожной на улицах города.
Девушка продолжала ожесточенно сопротивляться. Дверь машины открылась. И тут… раздался оглушительный вой полицейской сирены. Три машины служителей порядка окружили похитителей. Не успела Гвинет опомниться, как преступники были в наручниках на заднем сиденье полицейской машины.
— Вам повезло, что мы делали объезд в этом районе и вовремя успели вам помочь, — сказал старший офицер.
Гвинет сообщила, что она в полном порядке, и поблагодарила своих спасителей.
— Куда держите путь, мисс? — спросил он.
Гвинет указала на свой дом.
— Наш человек проводит вас, — сказал тот.
Кивком он приказал одному полицейскому проводить даму. К ее великому изумлению, тот не только проводил ее до дома, но и тщательно осмотрел каждую комнату в квартире.
И зачем ей только понадобился этот кофе с молоком? Гвинет дрожала, она никак не могла прийти в себя после случившегося. Ома едва сдерживалась, чтобы не заплакать. Это шок, сказала она сама себе. Вот и кофе не нужен — она и так возбуждена до предела.
Тарик выехал из Долины перед рассветом и всю дорогу любовался, как меняется цвет пустыни с восходом солнца: от золотистого до платиново-белого.
Он отключил рабочий телефон и включил личный мобильный. Ему оставался только час езды до Зурана, как вдруг раздался звонок.
Шеф полиции сообщил ему о нападениях на мисс Гвинет Тальбот.
— Что за нападения? — спросил Тарик.
— Первый раз они пытались сбить ее на улице. Кто знает? Может, просто хотели напугать? Второй случай — более серьезный: попытка похищения недалеко от дома. Мы допросили бандитов и теперь уверены, что они работают на Чада. Похоже у нас в руках вся банда. Но все равно надо быть начеку. И лучше всего отвезти мисс в безопасное место.
Сердце Тарика сжалось. Он тут же принял решение.
— Я как раз еду на квартиру, — ответил он. — Обратно в Долину я вернусь с мисс Тальбот. Там она точно будет в безопасности.
— В таком случае мои люди будут сопровождать вас до Долины. Если бандиты сказали правду, то вам нечего бояться, но охрана не помешает. А эти мерзавцы будут наказаны по всей строгости закона. Правитель не намерен спускать им с рук такое серьезное преступление.
Тарик повесил трубку и заметил, что его руки дрожат. Он вдавил педаль газа в пол: ему хотелось поскорее увидеть Гвинет. Нельзя было оставлять ее одну с самого начала. В Англию он ее тоже не отпустит. Видимо, им с Гвинет суждено быть вместе.
Гвинет собрала чемодан. Итак, она готова к отъезду, и ждет лишь возвращения Тарика. Это будет последний раз, когда она увидит его. Отлично! Так будет лучше для всех, особенно для нее.
Лгунья! — упрекнула она себя.
Пусть так, пусть так. Но зато ей будет спокойнее.
Гвинет вышагивала по балкону, репетируя речь, которую она произнесет. Как вошел Тарик, она не слышала, поэтому у него была возможность понаблюдать за ней, пока его не заметили.
Шестое чувство подсказало Гвинет, что на нее кто-то смотрит. Она мгновенно обернулась. Он стоял в дверях и следил за ней, как хищник за своей добычей.
Тарик вошел на балкон.
— Мне нужно кое-что тебе сказать, — произнес он.
— Правда? И что же? Снова то же самое предложение об одном миллионе фунтов? Почему бы не о двух сразу? Ведь это не особенно разорит вас, Ваше Высочество? Будешь отрицать? Вот, держи. Я прочла все здесь! — и она бросила на стол брошюру.
Она же решила не делать этого, не закатывать скандала! Так с чего это она?.. Она же хотела молча покинуть квартиру, а сейчас устраивает разбор полетов, как ревнивая любовница. До чего же она опустилась.
Черт! Книжка, как он мог о ней забыть! — выругался он про себя.
— Два миллиона? Что так мало? — спросил он резко. Он мог предположить что угодно, но не такую алчность. Его сердце разрывалось на части. — Почему тогда не попросить три или сразу четыре? Неважно. Ответ все равно будет «нет». Ты ошибаешься, если думаешь, что я оплачиваю услуги женщин, аморальных и жадных до денег. Я уже и так предложил тебе вдвое больше реальной стоимости квартиры.
— Да, я знаю, — остановила его Гвинет. — И знаю, почему.
Тарик молча изучал ее. Неужели парни из полиции все ей рассказали?
— Ты хочешь заплатить за мое молчание, чтобы я не выдала твоего тайного места встреч с женщинами, — воскликнула в сердцах Гвинет. — Я быстро сообразила, как только узнала, кто ты. Ты развлекаешься здесь с девицами легкого поведения, поэтому и принял меня за проститутку. И ты еще говоришь о морали?!
Нет, нельзя показывать, насколько она разочарована.
— Но теперь это неважно, — сказала она уже более спокойным тоном. — Я хочу принять твое предложение. Но только по рыночной цене. Мне не нужны лишние деньги.
Нелегко ей далось это решение. Но она прежде всего должна думать о Терезе и Энтони, ради них нельзя отступать.
