Зазвонил телефон.
Майор отошел от окна и взял трубку. «Вероятно, кто-то хочет навести справку»,— подумал он.
— Товарищ майор, пришла одна женщина, работница. С ее ребенком случилось несчастье. Она просит, чтобы ее приняли.
— Пусть пойдет к дежурному.
— Но он послал ее к вам.
— Ну что ж, проводите.
Христов быстро привел в порядок стол и сел. Не прошло и минуты, как в кабинет вошла женщина лет тридцати пяти, очень испуганная.
— Вы начальник? — спросила она майора, гражданский костюм которого несколько смутил ее.
— Да. Садитесь, пожалуйста.
— Товарищ начальник, знаете, что произошло с моим ребенком? Просто никто не поверит... Скажут, что тут не обошлось без нечистой силы. Страшное дело! Врачи сбились с ног...
Она перевела дыхание.
— Что же случилось?
— Заболели руки у моего сына Вани...
— Когда?
— Три дня назад, пятнадцатого числа.
— В котором часу?
— Около семи. Его школа далеко от дома, и потому он встает рано. Мальчик пошел в школу и рядом с нашим парадным нашел ручку, будь она проклята...
— Ручку? Какую ручку?
— Да вот она! — женщина вынула из сумки сверток и начала его развертывать. Она сняла несколько газетных листов, станиоль, и наконец показалась зеленая дамская шариковая ручка.
— Так вот,— продолжала она,— Ваня взял ее и похвастался в школе, что нашел новую ручку, такую маленькую, какой не было ни у кого. Сынок играл с ней, и вчера на его руках вдруг появились темные пятна, а потом ранки. Мальчик так плачет, что у меня сердце разрывается! Очень больно ему. Кричит: «Ой, мама, горит!» Думаю, что за зараза прилипла к сыну, откуда взялась? Много болезней я видела, слышала о многих, но такое вижу впервые. Привела я его в больницу, и врачи сбились с ног. Ничего не могли сказать. Недавно к нам пришел один молодой человек и попросил показать, с чем играл мальчик. Я показала ему ручку, он завернул ее вот в это,— она показала на станиоль,— и сказал, чтобы я принесла ее сюда, к вам.
Майор с любопытством рассматривал ручку, не прикасаясь к ней руками.
— Остерегайтесь, а то и вас заразит...— сказала ему женщина.
Он заметил, что на корпусе ручки выгравирован череп, маленький череп с перекрещенными костями... Символ смерти!
— Где вы живете?
— На улице Сентября, дом двадцать восемь.
— Двадцать восемь! — повторил он в раздумье. И вдруг схватил папку с материалами института Петкова, открыл ее и прочитал: «Специальный институт, улица Сентября, дом двадцать шесть». Он был потрясен.
«Может быть, ученые провели какой-нибудь опыт, или?..» — он не знал, что и думать.
— Где находится ваш сын?
— В детской больнице.
Христов поднял телефонную трубку.
— Дайте четырнадцать двадцать четыре. Ответили из лаборатории министерства.
— Немедленно пришлите сюда человека,, нужно исследовать один предмет,— приказал майор.
Женщина продолжала жаловаться, что на улицах случаются такие страшные вещи, и с надеждой спрашивала, поправится ли ее сын.
Христов внимательно выслушал ее, успокоил, проводил до дверей и вернулся к столу. Он невольно улыбнулся. Правильно говорил генерал: «Будь начеку, ничего не упускай из виду, и они. сами выдадут себя!»
Да, они выдали себя!
8
Приехав в больницу, майор поспешил в изолятор, куда поместили мальчика. Около Ваниной кровати врачи собрались на консилиум. Ваня был недоволен посягательством на свою свободу и сердился, что он лежит отдельно от других ребят.
Мальчика только что осмотрел профессор 11ет-ков. Он с ужасом убедился, что Ваня подвергся радиоактивному облучению, тому самому, что и его подопытные животные. Но он не знал, как объяснить это, и потому не реагировал на иронические восклицания некоторых врачей.
— Радиоактивный ожог! Черт знает что!
— Уж не атомную ли бомбу нашел мальчик на улице!
Слушая их, майор Христов едва удержался, чтобы не направить врачей в лабораторию посмотреть на зеленую ручку.
Профессор Петков был очень взволнован. Он сидел на кровати и слушал мальчика, который подробно рассказывал ему о том, что он делал в последние дни. Ваню не смущало присутствие врачей, и он с удовольствием рассказывал о своем приключении.
Выждав, когда общий интерес к мальчику несколько остыл и врачи начали расходиться, майор Христов подошел к профессору и Ване.
— Товарищ профессор, можно поговорить с вами наедине? — спросил он Петкова.
Профессор встал и попросил врачей и сестер покинуть палату.
— Что вы скажете об этом, профессор? Петков пожал плечами.
— Только одно: ребенок облучен гамма-лучами!
— А откуда они взялись?
— Не знаю! Просто не могу представить!
— Тогда не могли бы вы поехать со мной? Вы должны обязательно посмотреть один предмет...
— Ручку, да? — спросил Ваня, который слушал разговор майора с профессором.
— Да, Ваня, ручку.
— Где она?
— У меня. Видишь, что она сделала тебе?
— А она не бомба, дядя?
— Хуже бомбы, Ванюша! — Майор погладил русую головку ребенка и вместе с профессором вышел из палаты.
Они поехали в лаборатории, куда Христов направил на исследование ручку. Смертоносная дамская ручка находилась в свинцовом ящике. Открыв ящик, Христов сказал:
— Вот ключ к решению задачи, профессор! Петков был в недоумении.
— Какой ключ?
Христов что-то сказал одному из сотрудников лаборатории. Тот принес счетчик Гейгера. Христов снял наконечники с ручки и поднес ее к счетчику. Стрелка сильно отклонилась и остановилась на последнем делении.
Профессор взглянул на ручку, затем на счетчик, побледнел и закричал:
— Что вы делаете! Это смертельно! Это радиоактивный материал!
Он ударил по руке майора, и ручка упала на пол.
Майор поднял ее и положил в свинцовый ящик.
— Эта ручка,— сказал Христов, внимательно всматриваясь в лицо профессора,— найдена под окнами вашего института.
Профессор еще больше смутился.
— Вы хотите сказать, кто-то из наших людей...— нерешительно произнес он.
— Может быть, и не из ваших... Но предполагаю, что радиоактивная пыль в ручке носится не из любви к ядерной физике!
Профессор помолчал, как бы собираясь с мыслями, а затем спросил:
— А вы знаете, что в течение целого года у нас гибнут подопытные мыши?
— Знаю. Уверены ли вы, что этот радиоактивный материал не из вашего института?
— Да! Ключ от камеры с радиоактивным газом хранится в специальном месте, и только я имею доступ к нему. Кроме того, в нашей стране не производятся свинцовые ручки, наполненные радиоактивной пылью.
