Разве не читерно?
— Откуда ты узнал про эту технику? — спросил он, глядя прямо на меня.
— Услышал от одного шиноби — ответил я, стараясь выглядеть максимально убедительно.
Какаши глубоко вздохнул, будто размышляя, в какую неприятность я могу влезть.
— Раз уж ты нацелился её освоить, то, полагаю, уже знаешь о передаче воспоминаний?
— Да. Иначе зачем бы она мне понадобилась? — попытался я сыграть на его логике.
Какаши снова вздохнул, словно сдаваясь.
— Запасов чакры тебе хватит, чтобы создать трёх-четырёх клонов и поддерживать их около часа. Но твой мозг не выдержит потока воспоминаний даже от одного. Подожди ещё год, тогда научу.
Пришлось смириться. Моя великая стратегия с сотней клонов откладывалась на неопределённый срок.
Сейчас же я сидел на полигоне Учиха, прислонившись к дереву, и ждал Саске. Мы договорились встретиться днём, после обеда, чтобы потренироваться. До назначенного времени оставалось около пяти минут.
Неожиданно резкая боль пронзила голову.
— Арг! — я схватился за виски, морщась.
Над головой хлопнула крыльями ворона, громко каркнув, и взлетела с ветки дерева.
— Что это было?
Боль прошла так же быстро, как и началась, но чувство беспокойства осталось. Что-то определённо было не так.
Я оглянулся и увидел мчащегося ко мне Саске. Он был весь в поту и тяжело дышал.
— Ха… Ичиро, прости за опоздание — выдохнул он, останавливаясь рядом.
— А? Да всё нормально, у тебя ещё есть пять минут до начала тренировки.
Саске посмотрел на меня с удивлением.
— Пять минут? Но я же опоздал минут на десять.
— Серьёзно? Кажется, я потерял счёт времени, пока тренировался — я неловко посмеялся, стараясь скрыть смущение.
— Ну, раз так… Начнём? Сегодня я точно идеально попаду во все мишени, как старший брат! — с воодушевлением заявил Саске.
Его глаза блестели азартом. Он говорил о трюке, который Итачи однажды показал: бросок кунаев в полёте, так, чтобы они отскакивали друг от друга и попадали в цели. Одна из мишеней при этом была повернута в обратную сторону. Мы с Саске пытались повторить этот трюк уже не первую тренировку.
— Ну, посмотрим! Но не надейся, что научишься раньше меня — подначил я.
* * *
Прошло несколько часов. На полигон опустились сумерки, но Саске продолжал упрямо метать кунаи, снова и снова.
— Может, пора домой? — спросил я, когда очередная попытка оказалась неудачной.
Саске устало вздохнул, но его взгляд оставался решительным.
— Нет, я хочу выучить это сегодня… и удивить старшего брата — произнёс он тихо, с легкой грустью в голосе.
Я понимал, что он имел в виду. Саске рассказывал, как сильно изменился Итачи после смерти Шисуи. Он редко бывал дома, и его отношения с Фугаку становились всё напряженнее. Всё было так же, как я помнил из канона.
— Хорошо. Я пока потренируюсь в контроле чакры, — ответил я, не желая оставлять его одного.
Я сел на землю и положил несколько листьев на торс, сосредоточившись на удержании чакры.
Меня разбудили лёгкие толчки за плечо. Открыв глаза, я увидел перед собой сияющее лицо Саске. Он выглядел уставшим, но счастливым.
— Я смог! Смотри! — радостно сказал он, указывая на мишени.
Я поднялся и посмотрел. В середине каждой мишени торчал кунай.
— Ого, действительно получилось — с удивлением сказал я.
— Хе-хе, а ты ещё сомневался! С тебя данго — горделиво проговорил он.
— Ладно. Но давай на сегодня закончим. Уже ночь, вон какая луна ярк… — я замолчал, внезапно осознавая.
"Луна. Ночь. Саске задержался на тренировке… Неужели сегодня? Вы можете сказать, что это просто совпадение, но он никогда раньше не оставался допоздна. А время, кажется, как раз подходит."
Я почувствовал, как внутри меня зарождается тревога.
— Эй, ты чего замер? Мне надо домой — Саске нетерпеливо дернул меня за руку.
— Я провожу тебя — быстро проговорил я, стараясь скрыть волнение.
Саске хмыкнул, но не возражал, следуя за мной.
Мы шли в сторону квартала Учиха. Я размышлял о том, что ждет нас дальше. Итачи меня, скорее всего, не тронет — я не из красноглазых. Но вот Данзо… Если ему будет мало одних шаринганов, всё может обернуться совсем плохо. В крайнем случае, вся надежда останется на Какаши.
Каждый шаг становился всё тяжелее.
Уже ступив на территорию клана Учиха, я заметил, как Саске внезапно остановился. Его взгляд застыл в ужасе, и в его широко раскрытых глазах отражалось то, что он видел перед собой.
Я последовал за его взглядом и тоже замер. В лунном свете перед нами предстала жуткая картина: тела мужчин, женщин и детей, раскиданные повсюду. Кровь залила землю, и её запах бил в нос.
Мне стало невыносимо плохо. Тошнота подступила к горлу, а тело охватила дрожь. Это было не просто зрелище — это был кошмар, от которого я не мог отвести взгляд.
Саске внезапно рванул вперёд, крича, что есть силы, и направился к своему дому. Я же остался стоять, словно прикованный к земле.
«Двигайся! Двигайся! Двигайся!»
Я стиснул зубы, заставляя своё тело подчиняться. Шаг за шагом, я побежал за Саске.
По пути я видел ещё больше убитых Учиха. Тела детей с застывшими на лицах ужасом и болью. С каждым шагом становилось всё тяжелее дышать, а ноги будто наливались свинцом.
Когда я добежал до дома Саске и вошёл внутрь, увидел его стоящим в дверях комнаты. Он был неподвижен, а его взгляд был прикован к фигуре Итачи, который стоял в глубине комнаты.
— Глупый брат, — спокойно произнёс Итачи, его голос звучал холодно и отстранённо. — Я и есть тот, кто убил их всех.
Я перевёл взгляд на пол, где лежали тела Фугаку и Микото.
Микото…
Добрая и заботливая, она всегда встречала меня с улыбкой, кормила и поддерживала.
Мои ноги подкосились, и я упал на колени. Слёзы начали течь по щекам, и я прошептал, почти беззвучно:
— Простите…
Саске, стиснув кулаки, дрожащим голосом выкрикнул:
— Почему, брат?! Почему ты это сделал?!
— Чтобы проверить свои способности, — равнодушно ответил Итачи, его глаза оставались бесстрастными, словно он уже не был человеком.
— Только ради этого… — голос Саске дрогнул, и слёзы потекли из его глаз. — Это всё?
— У меня не было выбора — сказал Итачи, и в его голосе промелькнула тень эмоции, но он тут же снова стал холодным.
Я почувствовал, как ноги отказывают. Моё тело обмякло, и я упал рядом с Саске.
Вокруг нас было только молчание и тени, которые, казалось, готовы были поглотить нас.
Итачи, не сказав больше ни слова, растворился в ночи.
Я мгновенно понял, что мы
