настолько терпим к боли?
– Я кричал, потому что это был единственный путь расшевелить тебя, – без эмоций произнес он, продолжая заниматься.
Я немного оттаяла. Если бы не наше прошлое, я бы даже действительно была ему благодарна.
– Я не была настойчива, – я говорила, хотя, судя по тому, как он смотрел в одну точку, Майкл уже потерял ко мне интерес. Хотя еще пятнадцать минут назад он массировал мне ноги и бедра. —Потому что боюсь перемен. Когда я выйду из этой больницы…все изменится.
Не знаю, почему сказала все это Майклу. Что за чертовщина происходит каждый раз, когда мы вместе?
– Я не готова. Была не готова, – я будто сама с собой разговаривала. – А как ты оказался здесь? – выпалила я, и Майк наконец снова выстрелил в меня своими стальными глазами-пулями.
– Я подрался и сломал руку, – он вдруг моргнул, почти растеряно, и слегка отвел глаза в сторону.
Звучало как-то абсурдно, потому что его руки выглядели такими сильными. Когда он делал упражнения, его бицепсы в темных татуировках напрягались так, что казалось они вот-вот лопнут.
Трахаться и драться.
Я даже помнила, как тогда, в шестнадцать, нащупывала вены на его бицепсах и просто сходила с ума от прикосновения к ним.
– В этом отделении нет пациентов с такими травмами.
– Ты решила заняться анкетированием? – парировал он, намекая на то, чтобы я от него отстала. И правда. Как глупо было задавать ему этот вопрос.
– Действительно, – я потянулась к костылям и, приготовившись снова испытать килогерцы боли, поднялась на ноги. – А ты не изменился, совсем.
Он даже бровью не повел, и я направилась к двери, стараясь сильно не кряхтеть, несмотря на то, что в ногу будто шип вставили.
– А ты изменилась внешне, Мика. Судя по всему, твоя попка была накаченной до того, как ты попала сюда. Не то, что в школе.
К моим щекам будто прилепили перцовые пластырь – они пылали, как и мой стыд, пробудивший в душе старые воспоминания.
– Не забудь есть побольше белка, иначе потеряешь остатки былой роскоши, – хмыкнул он, мимолетом посмотрев на мои бедра в обтягивающих лосинах.
Глава 7
Майкл
Я со злостью бросил майку на кровать, вспоминая о том, как прошел еще один мой день. С новым, черт возьми, сердцем. В больнице, где я от скуки уже начал общаться с этой неприметной крошкой, которая сходила с ума по мне в школе. Я прекрасно вспомнил о том, что между нами было.
Ну было и было. Было и прошло. Это все случилось так давно, что я наверняка уверен – ей все равно, и она не придает этому значение.
Да вот только в ее присутствии у меня почему-то кололо в левой части груди, и догадывался, что именно болело. Как только веснушка покидала поле моего зрения, все вновь приходило в норму.
Тогда, в школе, мы даже не узнали друг друга – мне было совершенно все равно, что я трахнул очередную девчонку из школы, пусть и страшненькую, а теперь, когда я видел ее, у меня было такое чувство, что мы знакомы десять лет, и оно меня раздражало.
Она изменилась – постройнела, но дело не только в этом. Было что-то женственное в ее взгляде, уверен, таким бы она поставила бы на колени много мужчин – разумеется тех, что без яиц.
Я падать к ее ногам не собирался, несмотря на то, что почему-то внутри меня словно появилась сущность, которая жаждала общения с этой девчонкой.
Жуткие, жуткие перемены…
Ведения девушки без лица. Жажда общения с бывшей одноклассницей. Что дальше? Как же хочется кайфа…кокаин был под строжайшим запретом, но, может, хотя бы травки?
Секса не было так давно, что казалось, прошла целая вечность. Хотя нет, секс был – да только в моей голове и с безликой Богиней, который почему-то был таким крышесносным.
Фак, как я ее хотел. У меня даже пальцы слегка подрагивали при мысли о том, что я встречу ее в реальности и овладею ей.
Это будет жестоко. Сильно. Без вопросов. Когда я сделаю это в первый раз, я без лишних слов подниму подол ее короткой юбки и вставлю так сильно, чтобы она орала мое имя и умоляла остановиться.
Да только мы бы оба знали, что это все – ложь, и она хочет чувствовать мой член у себя в животе.
Я покрылся потом от этих мыслей и решил было уже принять душ, как в мою комнату вошел мужчина в голубом халате.
– Ну, что, как ты, приятель? – я пожал руку Джеку – не ожидал увидеть его здесь.
– Да, ладно? Ты в этой клинике работаешь?
– Ну, как видишь, – мой хороший знакомый расплылся в улыбке. – Узнал, что ты здесь, решил навестить. Вижу, ты из спортзала, как обычно. В курсе, что тебе запрещены нагрузки? А о прошлых можешь вообще забыть.
Мы с Джеком познакомились в моем фитнес-клубе – я знал, что он врач, но встретить его здесь было странной вещью. Лос-Анджелес огромный город с огромным количеством клиник. Мир чертовски тесен, и несмотря на «врачебно-целительные» замашки я был рад видеть Джека.
Потому что, на хрен, я никому не сдался, и никто не горел желанием меня навещать.
– Об этом я бы и хотел поговорить, Джек. Раз уж ты здесь, и я вроде как знаю тебя.
– Эм, но я же не твой врач, – он поднял руки вверх, словно сдавшись. – Хорошо, я все-таки сам пришел. Знаю, ты не был готов к тому, что с тобой случится…
– Я хотел бы задать несколько вопросов. Мне пересадили сердце, и…ну, знаешь… – честно говоря, я боялся слышать ответ на этот вопрос. – Значит ли это, что я – это уже и не я вовсе? Мои вкусы, мои предпочтения…
– Могут измениться, да, – перебил меня Джек, улыбка исчезла с его лица. – А что, ты это чувствуешь? Какие-то перемены? Очень интересно…
– Нет, – заверил его я. – Просто интересуюсь. И твое мнение на этот счет, как врача?
– Что ж, если быть честным, такие случаи бывали в нашей практике. И не раз. Однажды был парень, который всю жизнь занимался одним видом спорта, а после операции, например, он открыл в себе новый талант. Насколько я помню, он хорошо пел, а прежде даже не пробовал заниматься этим. Оказалось, его донор был звездой в своих кругах и всю жизнь занимался вокалом. Очень часто менялись вкусы у людей – например,
