той гадости, мерзости, сплетни и клеветы, которыми бы он не стал засыпать человека, пошедшего на него войной»[88].
Камер-юнкер князь Андроников, имея низшее придворное звание (видимо, сохранившееся за ним с пажеских времён), пользовался возможностью бывать при дворе и создавать впечатление всесильного вельможи, облечённого нужными связями и высоким покровительством в высших кругах Российской империи. При этом сам он с 1905 года состоял всего лишь в чине титулярного советника, соответствовавшем, согласно Табели о рангах, чину армейского капитана. Но это обстоятельство нисколько ему не мешало принимать участие в закулисных делах при назначениях министров, в присвоении высших чинов, плодить слухи о неблаговидных деяниях тех или иных высших сановниках империи.
Заметим, что далеко не всегда его авантюры завершались благополучно. Например, на некоторое время – с лета 1914 по начало 1916 года – князю удалось установить довольно близкие отношения с фаворитом царской семьи Григорием Распутиным. Однако его попытки использовать «старца» в своих афёрах провалились. Распутин раскусил замыслы мошенника и изгнал князя Андроникова из своего дома, а позже даже содействовал его высылке из столицы.
Князь при неудачах не унывал и каждый раз вновь пытался разбогатеть, участвуя в сомнительных коммерческих проектах. Коммерческие провалы, судебные тяжбы, обман с постройкой железной дороги. авантюры с ирригацией в Средней Азии – всего не перечесть. Кстати, в последнем случае князю удалось на основе личных связей привлечь к участию в своей авантюре военного министра В.А. Сухомлинова. Позже Андроников «отблагодарил» своего компаньона тем, что писал на него доносы, чем способствовал отставке военного министра и преданию его суду. В 1915 году генерал публично назвал своего прежнего близкого знакомца и его единомышленников из монархического столичного салона в числе сочинителей и распространителей порочащих его слухов.
Князь не страдал ложной скромностью и не испытывал никаких угрызений совести. «Себя, – как вспоминал жандармский генерал и сосед Андроникова по дому № 54 по Фонтанке А.И. Спиридович, – он называл «адъютантом Господа Бога»[89]. При этом «князь не скрывал своих гадостей, бравировал ими, как бы говоря всем – вот я каков, для меня нет ничего святого»[90]. Однако это не спасло дворцового авантюриста от неизбежной кары за бесконечные афёры, провокации, доносы и распускаемые слухи.
Образ князя-мошенника в глазах современников
Интересна характеристика и внешнее описание, приведённые в воспоминаниях бывшего начальника дворцовой охраны императора Николая II генерал-майора Отдельного корпуса жандармов А.И. Спиридовича. Как уже упоминалось, он соседствовал с князем Андрониковым по знаменитому дому графини Толстой на Фонтанке в Петербурге. «Маленький, полненький, чистенький, с круглым розовым лицом и острыми всегда смеющимися глазками, – вспоминал в эмиграции о князе жандармский генерал, – с тоненьким голоском, всегда с портфелем и всегда против кого-либо интригующий, князь Андроников умел проникать, если не в гостиную, то в приемную каждого министра»[91].
Его проникновение во властные структуры империи началось после отчисления из Пажеского корпуса. Благодаря связям, княжеского недоросля причислили чиновником к МВД, где он пробыл 17 лет, не утруждая себя служебными делами. По причине непосещения службы князь Андроников был уволен из МВД в 1914 году. Но ловкий царедворец и бывалый придворный аферист ещё на 2 года пристроился сверхштатным чиновником особых поручений при обер-прокуроре Синода. Вместе с тем близость к церковным делам не исправила его моральные и духовные изъяны. Жизнь князя-мошенника в январе 1917 года – ещё при царской власти – привела его к скандальной опале с последующей высылкой под негласный надзор полиции в Рязань. И повод для этого с учётом военного времени был серьёзный. Князя, имевшего обширные связи на германской стороне, заподозрили в шпионаже. Правда, об этом объявили без представления каких-либо фактов и доказательств. Помимо подозрений в отношении Андроникова, как тогда говорили, в «шпионстве» были и другие веские причины для его удаления из светской жизни обеих столиц.
Однако уже через месяц с небольшим он сбежал из места отбывания ссылки и появился в Москве, где был сразу же взят под стражу и отправлен в столицу. Здесь князя уже давно не жаловали за все его прежние проступки и грязные дела. Но в тюремные казематы он был определён уже властью Временного правительства, предписавшего содержать его под арестом в Петропавловской крепости. Да ещё и допрашивать стали о его прежних провокациях, тайных связях в высшем свете и авантюрах с его участием ещё с царских времён. Бывшего придворного сплетника и ловца душ привлекли к ответу в Чрезвычайной следственной комиссии, возникшей на обломках Российской империи. При всей своей ловкости и изворотливости князь Андроников не смог убедить своих обвинителей в его полной невиновности. Его предложение о готовности служить в интересах Временного правительства принято не было.
Мифы и факты о князе-чекисте
Жизнь бывшего князя в советский период полна мифов, легенд и загадок. Правдивых фактов совсем немного. Достоверно известно, что М.М. Андроников по состоянию на 10 июля 1919 года числился в составе Кронштадтской ЧК, что подтверждается письмом Ленина петроградскому руководителю Зиновьеву. Председатель СНК поручал организовать расследование поведения и какого-то не названного случая с участием бывшего князя – чекиста из Кронштадта и другого чекиста из Петрограда – Шимановского. Далее в биографических справках Андроникова указывается, что спустя всего 2 недели бывший князь был арестован 23 июля того же года по подозрению в участии в подпольной антисоветской организации «Национальный центр».
Создаётся впечатление, что роль и судьба бывшего князя-чекиста М.М. Андроникова, промелькнувшая в вихре революционных событий, осталась исторической загадкой. За минувшее столетие многие документы, свидетельства современников и другие значимые материалы оказались утраченными. Восстановить истину становится всё труднее. И даже собранные по крупицам отдельные факты порой порождают больше новых вопросов, чем раскрывают прежние тайны. Взять, к примеру, вопрос о том, как бывший аристократ, содержавший правомонархический политический салон в Петрограде, известный авантюрист, мошенник и интриган вдруг оказался во главе Кронштадтской ЧК. Не могли объяснить этот факт и в 1919 году, когда бывший князь-чекист, пойманный на крупной взятке, оказался под судом среди заговорщиков антисоветской подпольной организации «Национальный центр» по обвинению в шпионаже в пользу Германии. Он был назван персонально в числе
