— Давай вернемся к теме, — попросила Мэгги, одним пальцем подбирая на рояле «Собачий вальс». Сен-Жюст подошел и закрыл крышку, едва не прищемив ей пальцы. — Осторожно! Мог бы просто сказать, что не хочешь, чтобы я играла. Я даже покурить не могу, пока тут Вирджиния. Мне нужно чем-то себя занять.
— Я чувствую, как публика погружается в размышления.
— Иди ты к черту, Алекс, — Мэгги встала. — Я сейчас вернусь. Не могу думать, пока не выкурю сигарету.
Сен-Жюст смотрел, как она взяла сумочку, протопала на балкон и закрыла за собой дверь. Достала сигареты и зажигалку и через секунду уже запрокинула голову и в экстазе прикрыла глаза, выпуская тонкую струйку дыма. Расслабила плечи, улыбнулась и затянулась снова. Он готов был держать пари, что в ее мозгу уже забурлили мысли насчет ковбоя, мышей и, возможно, следующей книги о Сен-Жюсте.
Байрон и Шелли, например, курили опиум. Многие выпивали, не зная меры. Мэгги же призывала никотиновых богов, чтобы пробудить воображение, оживить музу. К тому же она просто любила курить. Сен-Жюсту пока не удалось понять, каким образом доктор Боб надеется избавить Мэгги от этой дурной привычки, которая давала ей эмоциональную поддержку и одновременно доставляла удовольствие. Тем не менее он знал, что должен помочь ей расстаться с месье Никотином, но не представлял, как это сделать. Разве что запереть ее в темной комнате с обитыми войлоком стенами как минимум на месяц.
Мэгги перегнулась через перила, отставив назад левую ногу, потом затушила окурок и вернулась в гостиную.
— Там стоят три белых грузовика с большими пластиковыми мешками в кузове. Интересно, нас переселят с этого этажа, пока будут избавляться от мышей?
— Избавляться? — Стерлинг встрепенулся. — Ты хочешь сказать, что их убьют? Разве их не поймают, чтобы отвезти в какое-нибудь хорошее… приятное… в общем, куда-нибудь. Скажем, на ферму?
Мэгги и Сен-Жюст обменялись понимающими взглядами.
— Конечно, Стерлинг, — быстро нашлась Мэгги. — Они расставят везде маленькие клетки с сыром, поймают мышей и увезут за город, — она снова посмотрела на Сен-Жюста. — На мышиную ферму.
— Это хорошо, — с облегчением сказал Стерлинг. — А то я подумал… Мне совсем не хочется участвовать в убийстве.
Мэгги и Сен-Жюст опять переглянулись. Иногда, подумал виконт, смотреть на нее — все равно что в зеркало. В такие минуты он впадал в задумчивость.
Но, несмотря на это, Сен-Жюст заговорил первым:
— Стерлинг, а каким образом ты можешь участвовать в убийстве? Ты ничего не хочешь нам объяснить?
Стерлинг потупился, затем взглянул на Вирджинию, вероятно, в надежде, что хотя бы эта женщина, готовая вот-вот подарить миру новую жизнь, поймет его чувства к маленьким беззащитным созданиям.
— Я… Я недавно заходил в свою спальню, чтобы… не важно зачем, — он вздохнул. — И увидел его.
— Кого — его? — Мэгги оглядела пол и быстро села на диван с Вирджинией, поджав ноги.
— Я еще не дал ему имя, — Стерлинг сунул руку в карман жилета и достал крошечного белого мышонка с черными глазками-бусинами и подрагивающим розовым носом. — Он таскал сыр и фрукты с тарелки, которую прислала нам Верни, — он поднес мышонка к лицу. — Ты ведь любишь виноград, правда? Я назову тебя Генри.
Сен-Жюст видел, что Вирджиния улыбнулась Стерлингу, а возможно, и Генри. Мэгги молча смотрела на мышь. Мари-Луиза сходила в спальню Стерлинга и Сен-Жюста, принесла три светло-зеленые виноградины и протянула их Генри.
— Так, — Мэгги спустила ноги с дивана и встала. — Мы переезжаем. Алекс, позвони администратору и потребуй другой номер. Можешь ругаться, возмущаться, но главное — поскорее. Я пошла собирать вещи.
— Мэгги, — окликнул ее Стерлинг, когда она устремилась в свою спальню. — Ты сердишься?
Она остановилась и обернулась.
— Нет, я не сержусь. Это ведь не ты запустил мышей в номер Веры, правда?
— Нет, — ответил он удивленно. — Можно он будет жить у меня?
— Где, Стерлинг? Через пять дней мы возвращаемся домой, помнишь? Там Наполеон и Веллингтон. Они коты. А это — мышь. Не хочешь сразу пожелать им приятного аппетита?
— А если я поселю его в клетке? Тем более что мы скоро переезжаем в квартиру миссис Голдблюм. Генри может пожить у нее, — он умоляюще посмотрел на Сен-Жюста.
— Я совсем не против Генри, — вздохнула Мэгги. — Но если ты найдешь еще одну мышь, мы отдадим их джентльменам из службы дезинфекции. Мыши плодятся, как кролики.
— Хорошо, — Стерлинг посадил Генри обратно в карман. — Спасибо, Мэгги.
— А моя Розмари держит хомячков, — произнесла Вирджиния, хотя ее почти никто не слушал. — Очень милые зверьки, если только не тебе приходится чистить клетку.
Сен-Жюст улыбнулся ей — что можно ответить на такое заявление? — и снял трубку с телефона.
Через час они переехали этажом выше и увидели, как в номер напротив заходит Венера.
— Вера, подожди. Заходи ко мне, поговорим. Я беспокоюсь о тебе, — окликнула ее Мэгги.
— Беспокоишься обо мне? В самом деле?
На голос Мэгги из-за двери выглянула Банни Уилкинсон.
— Весьма сожалею, — она улыбнулась. — Но мисс Симмонс не дает сейчас автографов, у нее был трудный вечер. Но вы сможете подписать у нее книгу завтра, во второй половине дня.
Венера посмотрела на Мэгги, подняла бровь и ухмыльнулась. Злобно.
— Да, дорогая. Я с удовольствием подпишу тебе книгу. Может, мою последнюю? Она вышла неделю назад, возможно, ты еще не успела купить ее.
— Я уже давно не покупаю твои книги, Вера. На них можно прекрасно экономить, стоит прочитать одну, и ты уже знаешь, что будет в других.
— Вы, собственно, кто? — Банни Уилкинсон заслонила собой Венеру. — И что вы делаете на этом этаже? Я позвоню охране, чтобы вас вышвырнули из отеля.
— Вот вы где! Вы не забыли оставить дорожку из хлебных крошек, чтобы маленькие мышки могли найти вас? Мэгги? Венера? — Берни остановилась как вкопанная. Судя по всему, ей очень хотелось сбежать. — О черт, Венера. Какой идиот поселил вас на расстоянии плевка?
— Привет, Берни, я тоже рада тебя видеть, — Мэгги даже не обернулась. Она не сводила гневного взгляда со своей роковой соседки. — Я как раз хотела рассказать Вере, что кто-то явно хочет, чтобы она уехала. Из отеля, а может, и не только. А потом подумала — ну и черт с ней.
Она развернулась спиной к Венере и негодующей Банни.
— Заходи, — Мэгги улыбнулась Берни. — Я заказала твой любимый скотч.
— Заказала? — фыркнула Венера. — Я привезла его с собой, Берни, как раз для тебя. Двенадцатилетней выдержки. Прошу присоединиться к нам. У меня был такой ужасный день.
Сен-Жюст с любопытством наблюдал, как Берни посмотрела на Венеру, на Мэгги, потом перевела взгляд на свои туфли. Царю Соломону, и тому было легче.
