какой-то девочкой… — неуверенно произнес Иванов. — Майор Громов, земля ему пухом, пытался с ним тогда связаться, а тот сказал, что «их здесь много» или что-то похожее.
— Ну, — согласился Бахтеев, — мы здесь одни остались, если Краснов со своими выехал. Одни с зомподами и мутантами. Нужно скорее отсюда выбираться. До дороги десять километров точно будет. Можно дойти, но есть риск нарваться на кого-то.
— В больницу, значит, идем. Тут как раз пару кварталов нужно пройти!.. — сказал Тюменцев.
Бахтеев утвердительно покачал головой, а в его глазах появилось одобрение.
Внезапно в разговор вмешался Головин:
— А почему связи-то нет? Всегда хоть и плохая, но была.
— Хороший вопрос! — ответил Бахтеев. — Либо зомподы в городе глушилки включили, что маловероятно, поскольку хоть какой-то сигнал мы получили, либо они же антенны где-то вырубили. Но антенны в лесу все вышли из строя в момент взрыва, так что… — Бахтеев развел руками.
— Получается, что теперь нам только в больницу идти? — спросил человек в сером.
— Да. Кстати, уже темнеет. Нужно как можно скорее дойти до больницы, иначе нас ждет очень веселая ночь.
Но веселая ночь и так была обеспечена.
4
— Погодите, а где эта девушка, что с нами шла? — спросил Иванов.
— Черт, нам этого только не хватало! — озлобился Бахтеев. — Олег, ты не видел ее?
— Она постоянно куда-то отходила в сторону библиотеки, что за теми зданиями. — Олег кивком головы указал на место чуть правее разрушенного танком подъезда.
— Так, Орлов, Тюменцев! Вы остаетесь со мной. Займите оборону в доме. Ты, в сером который, держи пистолет! — Бахтеев дал ему пистолет, и тот неуверенно взял его. — Ты на разведке. Заметишь какой-нибудь шорох — докладывай мне, понял?
Он кивнул.
— Иванов, ты идешь с Олегом за этой девочкой!.. — «штормовец» обратился ко всем: — Только фонари никто не включайте, а то заметят нас эти мрази и все. Они хоть и зомбированные, но зрение в темноте у них не хуже, чем у нас. Миха, — обращаясь в Иванову, сказал Бахтеев, — тепловизор или ПНВ. Пацану тоже дай оружие и прибор, пускай идет рядом наравне с тобой. Он все-таки до нас в одиночку дошел, что делать знает. Так, отец, — сказал он старику, который все это время плелся за группой, — спрячься за солдатами и тихо сиди.
Холодная тьма опустилась на город. Ночной мороз пробивал до костей и заставлял дрожать. Едкий дым уступал свежему воздуху. Тишина. Только вдали, в другой части города, ехали какие-то машины, и невозможно было понять, что это: наваждение или зомподы. В любом случае тишина стояла непривычная. Приятный весенний шелест листьев или пение птиц остались в прошлом. Вой ветра, похожий на вой дикого зверя, проносился по пустошам среди руин, неся радиоактивную пыль и сажу. Порой слышались чьи-то шаги, напоминавшие человеческие. Они то отдалялись, то приближались, путая сознание и заставляя постоянно оборачиваться. Но это было не так страшно, как голоса, заполнявшие улицы эхом, полным печали, боли, тревоги и страданий. Доносились они с разных сторон, но звучали в голове, перемешиваясь. Длилось это, к счастью, не долго. Достаточно было обернуться, чтобы голоса прекратились. Однако, чем дольше путники сливались с этой тишиной, заостряя слух на каждом шорохе, тем чаще слышали мольбы о помощи, детский плач, зовущий маму, или приказы мужчин.
В небе появилось подобие Луны. Вместо яркого круга было слепое и мутное пятно, светившее будто тусклой, угасающей и заканчивающейся электрической лампой в бесконечно темной комнате. И это была не Луна, затянутая густыми ночными облаками, а именно блеклое пятно, дикое и неродное, словно получилось на полотне в результате неаккуратности художника. Оно слишком выделялось в небе, даже звезд рядом с ним не было.
Увидев это пятно, Иванов сказал:
— Радиоактивная пыль светится. С горячих булыжников Луны поднялась. Завтра, наверное, будет радиоактивный ливень. Интересно, сколько рентген будет излучение?
Олег очень удивился, услышав это. Особенно его поразило то, что из-за этого будет радиоактивный ливень. Он остановился и внимательно пригляделся к пятну. Оно действительно выглядело так, будто состояло из горящих частиц. Любоваться этим зрелищем помешал шепот Иванова:
— Эй! Ты идешь?
Подросток сразу же подбежал в полуприседе к «штормовцу». Они продолжили путь к библиотеке: до нее оставалось около сорока метров. В этот момент двое людей проходили мимо чудом уцелевшего подъезда, покрытого красной краской, естественно, почерневшей. Олег встал и остановил Иванова. Юноша услышал внутри шаги.
— Стой… — произнес настороженно Олег.
— Что?
— Там шаги…
— Где? — миндалевидные глаза Иванова загорелись страхом.
— В подъезде.
— Может, послышалось?
— Нет, ты прислушайся.
Иванов замер, подставив ухо к двери подъезда. Гулкие, неторопливые и легкие шаги тихо стучали по каждой ступеньке бетонной лестницы. «Штормовец», услышав это, посмотрел на Олега и, словно прочитав его мысли, открыл дверь. В темноте было видно, как он побледнел, а в тишине слышалось его бешеное сердцебиение. Подросток тоже волновался, хоть и привык, в отличие от Иванова, к наваждениям.
— Ладно, пойдем, проверим? Может, девочка там?
— Кстати, ты говорил про ливень… А не знаешь, почему сегодняшняя буря случилась?
— Буря?.. А, ураган! Да обычная погода, никаких следов катастрофы здесь нет. Только сильный очень ураган этот.
— Я поэтому и спрашиваю.
— Возможно из-за того, что пожар увеличил атмосферное давление на многих территориях. Смотри, пожар выпарил много воды, но взамен согрел Антарктиду. И этот пар поднялся в небо, и из-за такого огромного прилива энергии, так раскачало ветер.
— И при чем здесь давление?
— Ты что, не знаешь про циклоны и антициклоны? Циклон — пониженное давление, а антициклон — повышенное. Ночью был антициклон, потому что по часовой стрелке шел, и воздух холодный был, значит давление повышено. Это география, пацан.
Олег немного покраснел из-за своего незнания, но сразу же вернулся к прежнему состоянию, когда они решили заходить в дом.
Как только боец открыл дверь, натянув на себя очки с ПНВ. Олег сразу же зашел в подъезд. Яркий и уютный свет лампочки слепил привыкшие к темноте глаза. Это насторожило обоих путников, ведь электричества в городе не было. А если и было, то включить его никак нельзя было без электрика: все проводки и провода расплавились и сгорели. Юноша прошел вперед и ступил на первую ступеньку. Шаги прекратились. И Олег, и военный замерли, ожидая чего-то. Прошла минута. Они переглянулись и дальше пошли вместе. Шаги возобновились. Все также по лестнице.
Вдруг где-то открылась дверь и с треском по стенам захлопнулась. Дверь настолько сильно хлопнули, что та открылась. Это помогло Олегу и Иванову найти источник шагов. Это было одно огромной
