— Не пробовал, — печально подтвердил я.
— Но почему?
— Так ведь заранее ясно, что ничего не выйдет. Искать и не хотеть найти — я так не умею. Вот ты, думаю, смог бы. Но я — не ты, к сожалению. Как будто сам не понимаешь, некоторые вещи попросту невозможны. И у каждого свой индивидуальный набор этих самых некоторых вещей.
— Я понимаю одно: нет ничего невозможного, — отрезал он. — Ни для меня, ни для тебя, вообще ни для кого. Трудно многое, да что там, почти все в жизни трудно. Но «невозможно» — это бессмысленное слово. Опасная, ложная идея. Зря ты в нее так вцепился.
Я вздохнул. В любом случае сил на спор у меня не было, да и смысла я в том не видел. Невозможное не перестанет быть невозможным оттого, что я прекращу называть его этим словом, — так мне тогда казалось.
— Скоро сюда придет сэр Джуффин, — сказал Шурф. — Он только что прислал мне зов. Не сомневаюсь, его знахарских познаний с лихвой хватит, чтобы завершить то, что я начал. А я поеду домой. Но прежде хочу попросить тебя об одном одолжении.
Я уж насколько был плох, а встрепенулся. Сэр Шурф Лонли-Локли, мягко говоря, не каждый день обращается к окружающим с просьбами. То есть практически никогда. Зачем ему чьи-то одолжения? Такой, в случае чего, сам возьмет все что причитается — если еще соблаговолит снизойти.
— Когда ты чего-то не понимаешь или не знаешь, как поступить, ты обращаешься за советом к сэру Джуффину, — сказал Шурф. — И это, конечно, правильно. Но я очень прошу, когда тебе в очередной раз покажется, будто ты все очень хорошо понимаешь и совершенно точно знаешь, что следует делать, не поленись обсудить свои достижения со мной. Например, сегодня утром пять минут беседы могли бы сэкономить тебе как минимум сутки времени; о здоровье и прочих вещах уже не говорю.
— Ладно, — неохотно согласился я, — Но учти, это будет довольно утомительно. В последнее время мне почти все время кажется, будто я лучше всех знаю, что мне следует делать.
— Это заметно, — сухо согласился мой друг. — Ничего, я как-нибудь справлюсь. Все лучше, чем каждый вечер рыскать по городу в поисках твоего почти бездыханного тела.
— Так, выходит, ты меня искал? Не случайно мимо шел? Что, кто-то из прохожих меня узнал и побежал в Дом у Моста за подмогой?
— Узнал ли тебя кто-то из прохожих — это вопрос к сэру Кофе. Думаю, сейчас он как раз собирает сплетни о твоих выходках. Но в Дом у Моста никаких жалоб не поступало, так что можешь считать, я действительно случайно шел мимо. В любом случае это к делу не относится.
— Но… — начал было я.
— Не относится, — мягко повторил он. — И пожалуйста, не забывай о дыхательных упражнениях. Сейчас они нужнее, чем любое лекарство. Хорошей ночи.
С этими словами сэр Шурф стремительно удалился, уступив место Джуффину. В отличие от моего спасителя, шеф выглядел чрезвычайно довольным, как будто моя выходка оказалась лучшим подарком ко Дню Середины года.
— Что хорошо, — с порога начал он, — зная сэра Шурфа, я ни на миг не сомневаюсь, что ты свое уже получил сполна. Так что я могу не трудиться тебя ругать, правильно?
Я промычал нечто невразумительное. Дескать, так и быть, можно не трудиться. Тем более я все равно не оценю.
— Идея насчет супа Отдохновения, конечно, совершенно идиотская, — говорил Джуффин, одновременно выстукивая костяшками пальцев по моему темечку какой-то причудливый марш. — Но остроумная, ничего не скажешь. Я бы ни за что до такого не додумался. Я имею в виду, не додумался бы, что ты додумаешься. Не ожидал, честное слово! А ведь, казалось бы, все должен предвидеть.
Мне от его манипуляций слегка полегчало. Так что появилась возможность окончательно осознать, что я натворил, и тихонько заскулить от стыда.
Джуффин сделал вид, будто его это не касается.
— Знаешь, что самое восхитительное? — спросил он. — Кофа рассказывает…
На этом месте я практически взвыл в голос, но шеф как ни в чем не бывало продолжил:
— Так вот, Кофа рассказывает, что в трактирах уже вовсю судачат о безумце, который носился по городу, пугал прохожих проповедями о пользе путешествий между Мирами и исцелял желающих от всех напастей… Да успокойся ты, никто тебя, кажется, не узнал. А если и узнал, то благоразумно помалкивает. Во всяком случае, твое имя в сегодняшних городских новостях пока не фигурирует.
— Правда, что ли? — изумился я.
— Правда, правда. Вспомни, сколько раз я тебя обманывал, и признай, я никогда не делал этого ради утешения. И сейчас не стал бы. Ты лучше слушай меня внимательно, не пожалеешь.
За предложением внимательно слушать последовала драматическая пауза, секунды на три. Думаю, шеф намеревался растянуть ее на целых полминуты, да вовремя понял, что сейчас меня этим не проймешь. Я уже расслабился, чего доброго, еще и уснуть могу в процессе интригующего молчания. И принялся рассказывать дальше.
— Так вот, некоторые городские сплетники утверждают, будто счастливчики, подвернувшиеся под руку неизвестному дурачку, каким-то чудом избавились от самых разных проблем. Один близорукий бедняк, который никак не мог накопить денег на визит к хорошему знахарю, теперь чешуйки на крыльях бабочки сосчитать может. А один горемычный пьянчужка от твоего чудесного прикосновения вмиг протрезвел. И все бы ничего, только теперь бедняга остается трезвым, сколько бы ни выпил. До сих пор небось сидит в восстановленном на твои денежки «Джубатыкском фонтане», пытается распроститься с ясностью рассудка — безуспешно. Уж этот тебя теперь клянет последними словами, не сомневайся! Зато некая уродливая дама будет благодарить неизвестного дурачка до смертного часа. Говорят, бедняжка похорошела, да так, что чуть ума не лишилась, в зеркало поглядев. Но теперь пришла в себя и совершенно счастлива, бегает по знакомым, красоту свою показывает. И еще много интересных происшествий случилось в Ехо, пока ты тут пластом валялся. Как тебе такие новости?
— Ну хоть не зашиб никого, и то хлеб, — буркнул я. — Но вообще все это как-то слишком. А они не привирают, часом, эти ваши городские сплетники?
— Наверняка привирают, и еще как, — согласился Джуффин. — Людям свойственно преувеличивать, как сказал бы наш Куруш. Но этих троих Кофа видел собственными глазами. Причем специально зашел в «Джубатыкский фонтан» на пьяницу поглядеть, не поленился. Ну и все остальные сведения проверяет сейчас по мере сил. Я его лично попросил. Думаю, в конце концов Кофа доберется до Чемпаркароке и поймет, в чем было дело. Я ему рассказывать не стал, так интереснее.
— Но как у меня вышло? — недоверчиво спросил я. — Я же все-таки не этот ваш Хабба Хэн. Или?.. Джуффин, не молчите, пожалуйста! Я — не он?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
