Я молча кивнул.
— Эй, Макс, кто научил тебя сдаваться раньше времени? — весело спросил шеф. — Неужто покойный Нуфлин позаботился? Прежде за тобой такого не водилось, я точно помню.
Я пожал плечами.
— Прежде проблемы всегда были снаружи. А теперь, получается, внутри. То есть я сам, со всеми своими распрекрасными потрохами и есть моя главная проблема. Какой кусок себя отрезать и выбросить на свалку — так, выходит, стоит вопрос. А что ж, разрушаю все, что под руку попадется, именно я, а не какой-нибудь посторонний злодей. И найти этого вашего Хаббу Хэна хочу — и, следовательно, не могу — тоже я. Более неподходящего человека для его поисков, боюсь, вы бы и выдумать не смогли.
Джуффин все взвесил и кивнул, соглашаясь. Дескать, да, ты прав, действительно не смог бы выдумать.
— Совершенно непонятно, с какого конца за это дело браться, — мрачно резюмировал я. — А браться надо. Причем срочно, а не когда-нибудь через два года. И никаких вариантов, кроме как биться головой об эту стенку, пока они обе не разлетятся на мелкие кусочки, я не вижу.
— Просто тебе придется сделать так, чтобы стенка рухнула, а твоя башка уцелела, — подмигнул мне Джуффин. — Что же тут непонятного?
— Все.
Я был честен как никогда, но это меня не спасло. Шеф выразительно поглядел на висящие в углу часы и сказал:
— Ничего, разберешься.
Я, конечно, мог сделать вид, будто не понимаю, что пришло время выметаться из его кабинета. Но не стал растягивать это сомнительное удовольствие, а встал и пошел к выходу. Обрубленные крылья, на которых я сюда влетел, теперь волочились за мной по полу. Хорош бы я был, если бы грохнулся, споткнувшись о собственное невидимое крыло…
— Попробуй взять себя измором, — сказал мне вслед Джуффин. — Ищи Хаббу Хэна, пока сам себе не надоешь с этими поисками. И потом еще какое-то время. А когда поймешь, что больше и шагу сделать не можешь, скажи себе, что это только начало, и принимайся искать снова. На худой конец, тебе просто так надоест шляться по городу, что ты обрадуешься возможности отсюда уехать.
Утешил, нечего сказать.
В Зале Общей Работы меня уже ждал сэр Мелифаро, прекрасный, как дешевая погремушка, — в оранжевом лоохи, голубой скабе, лиловом тюрбане и малиновых сапожках. Я уж на что был не в духе, а улыбку не сдержал. Мелифаро, понятно, истолковал мою радость по-своему.
— Ликуешь, чудовище? Догадываюсь почему. Вы с шефом договорились, что теперь ты будешь получать жалованье за то, что не ходишь на службу, верно? И правильно, на его месте я бы тоже платил тебе, сколько попросишь, лишь бы под ногами не крутился.
— Какой ты проницательный, с ума сойти можно, — ухмыльнулся я. — Все так и есть, на службу я теперь не ходок. Будешь за двоих отдуваться, днем и ночью, пока я выполняю ответственное задание.
— Могу себе представить это задание, — проворчал мой друг. — По трактирам шляться с утра до ночи, а в конце года положить на стол шефа рапорт со списком лучших столичных кабаков.
— Опять угадал, — флегматично согласился я. — Только мне даже рапорт писать не придется. Джуффин разрешил устно отчитаться, прикинь.
Какое-то время Мелифаро внимательно меня разглядывал. Потом неуверенно спросил:
— Погоди, ты что, не шутишь?
— Почти нет. Если серьезно, от меня даже устного отчета не потребуют. А все остальное — чистая правда.
— Кошмар! — восхитился Мелифаро. — То есть пока мы, как куманские рабы, будем тут исполнять твои обязанности…
— Я буду шляться по трактирам, совершенно верно. А все потому, что я — злодей каких мало, людоед, супостат, карьерист и еще предатель сотрапезников. Это закон природы, дружище: хорошим людям тяжело живется, а у нас, негодяев, не жизнь, а просто праздник какой-то. Непрерывный карнавал.
Улыбка окончательно покинула лицо бедняги Мелифаро.
— Что-то случилось, Макс? — спросил он. — Я имею в виду, что-то серьезное?
— Боюсь, это самое «серьезное» мне еще только предстоит, — вздохнул я. — Впрочем, поживем — увидим. Составишь мне компанию за обедом?
— При одном условии. Если научишь меня, как стать супостатом и предателем сотрапезников, — проворчал Мелифаро. — Мне тоже хочется легкой и красивой жизни.
— Для начала, — важно сказал я, — тебе придется заплатить за обед. Мы, злодеи, не даем добрым людям бесплатных уроков.
На том и порешили.
Стараниями сэра Мелифаро и нового повара мадам Жижинды настроение мое, изрядно испорченное утренней беседой с Джуффином и последовавшим за ней марш-броском через Старый Город, после обеда худо-бедно выправилось, так что я мужественно продолжил бессмысленные поиски Магистра Хаббы Хэна. Исключительно по милости сэра Шурфа Лонли-Локли вечером я не бросился в Хурон с ближайшего моста, а просто постоял там рядом с ним, уставившись на воду, сделал несколько глубоких вдохов и выдохов да и отправился дальше — спасибо леди Меламори за то, что мне было куда идти на ночь глядя. Я имею в виду, кроме этих грешных трактиров.
То есть эти трое натурально спасли мне жизнь. А на следующий день я уже худо-бедно свыкся со своей новой участью. Я вообще довольно быстро ко всему привыкаю, а бесконечные прогулки по Старому Городу, честно говоря, не худшее, что может случиться с человеком. Скорее наоборот. Я, можно сказать, вошел во вкус.
Одно плохо: я по-прежнему очень хотел встретить Хаббу Хэна. Никак не мог отделаться от мысли что это — самое главное дело, недостижимая цель практически мечта всей жизни. Требовательно вглядывался в лица прохожих и трактирных сидельцев. Всякий раз разочаровывался, не обнаружив под их тюрбанами ни единой огненной искры. С каждой неудачей желание мое лишь крепло. Я уже только об этом и мечтал, представлял себе: вот я захожу, скажем, в «Мед Кумона», такой весь из себя спокойный и равнодушный, а там в дальнем углу сидит неприметный господин в сером лоохи, и никто, кроме меня, не видит, как пылает его огненный лик. Или нет, даже не так. Еще круче. Я выхожу из дома на улицу, в кои-то веки решив никого не искать, а просто по-человечески позавтракать, и тут мне навстречу… О-о-о!
Тем горше было каждое новое разочарование. Мой личный рекорд составлял тысячу разочарований в сутки, и я не собирался на этом останавливаться.
Друзья мои вели себя в эти дни как настоящие ангелы, но предпочитали держаться от меня на безопасном расстоянии. Всем вдруг стало совершенно ясно, что я — то самое лихо, которое лучше не будить. То ли Джуффин проинструктировал, то ли сами догадались. Леди Меламори, впрочем, доставало мужества ночевать под моим кровом. Сказывалась, надо думать, хваленая арварохская закалка. По вечерам мы валялись на ковре в гостиной, листали очередной том Энциклопедии Мира Манга Мелифаро, составляли маршрут предстоящего путешествия и старательно делали вид, что нам нравится такой вариант развития событий. Впрочем, допускаю, что она-то как раз искренне радовалась поводу надолго улизнуть из Ехо, а вот я точно притворялся. И боюсь, не слишком талантливо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
