До первого занятия остается больше часа, чтобы провести время с пользой, мы идём к озеру в парке, чтобы покормить птиц. По дороге покупаем хлеб. Рядом с сыном я впервые за день расслабляюсь и не думаю ни о чем. Ситуация в университете напряжённая и нервная. Я хожу на любимую работу как на каторгу, это впервые так. За моей спиной шепчутся и хихикают, порой невыносимо становится. Хочется закрыть уши ладонями и сбежать из этого города на край света.
— Мам, смотри кто идёт! — улыбаясь, произносит Женя.
Я оборачиваюсь и ощущаю, как загораются щеки. Леша. Он целенаправленно двигается в нашу сторону. Выглядит серьезным и строгим, одет в чёрный деловой костюм. В последнюю нашу встречу он вел себя непривычно. Тепло смотрел и нежно касался, будто не было этих лет разлуки. На секунду промелькнула шальная мысль, что у него все ещё остались ко мне чувства. Правда, чуточку позже я отмела их в сторону. Это исключено, слишком много воды утекло.
— Привет, мэр! — здоровается с ним сын.
— Малыш, у мэра есть имя, — осторожно поправляю, присев на корточки. — Алексей Дмитриевич.
Женя хмурится и пытается выговорить. Получается не очень хорошо, поэтому он расстраивается.
— Здорово, разбойник, — протягивает ему руку Климов. — Ты можешь называть меня мэром, мне нравится, либо просто Алексей.
— Алексей, — повторяет с улыбкой сын.
Он радуется, что имя простое, без трудновыговариваемой для него буквы «р».
— Чем занимаетесь? — заинтересованно спрашивает Климов.
Не меня, конечно же. Я для него будто фоном здесь.
— Кормим птиц! — отвечает Женя. — Хочешь с нами?
— С удовольствием, но у меня ничего с собой нет.
— Так мама с тобой поделится! Она у меня не жадная, очень-очень добрая.
Леша переводит взгляд на меня, хмурится. Я отламываю приличный кусок хлеба и вручаю Климову. Наши пальцы соприкасаются и меня будто током бьет. Дурацкая встреча и совершенно некомфортная ситуация для нас обоих! Что он вообще здесь делает? Зачем подошёл? Зачем согласился… кормить птиц?
Удивительно, но Климов увлекается. Настолько, что мне приходится отойти немного в сторону. И правда, будто лишняя. Жека жалеет утку, которая менее проворнее своих собратьев и просит Лешу бросить кусочек хлеба так, чтобы ей тоже досталось. Я смотрю на них со стороны и ощущаю как болезненно колет в левой половине груди. Отчаянно тру ладонью и поднимаю глаза к небу, чтобы не проронить ни слезинки.
— Жень! Женя… — ласково зову сына чуточку позже.
Он подбегает и радостно улыбается. Все это время ему так не хватало мужского внимания. Невозможно было смотреть, как он недоуменно разглядывал других отцов и их сыновей. Ком в горле стоял! Было что-то особенное в том, когда папы играли с детьми на детских площадках и позволяли им чуточку больше, чем наседки-мамы.
— Ты помнишь куда мы собирались?
— Ага! — кивает сын. — Куда?
— В бассейн!
— Точно, забыл.
Сын смеется и убегает к Лёше, чтобы прощаться, но тот даже не думает уходить — идёт следом за нами!
— Я нашел человека, который урегулирует вопрос гранта в кратчайшие сроки. Тебе нечего волноваться на этот счёт.
— Спасибо, — ошарашенно отвечаю я.
Это действительно прекрасная новость. Вот только боюсь, что цена, которую мне придется за это заплатить, будет непосильной.
— У тебя замечательный парень вырос, Варя, — внезапно произносит Климов, пока мы идём по аллее на выход из парка.
— Да, он… моё всё.
— А еще сегодня отличный день для проведения ДНК-теста. Как считаешь?
Я тут же теряюсь и мотаю головой.
— Сегодня никак. Не знаю, сказал ли тебе Женька, но мы торопимся в бассейн. Первое занятие, нельзя опаздывать.
Леша задумчиво кивает, а я, неожиданно для себя самой, выпаливаю:
— Можешь сходить с нами, если не занят.
После того как он меня успокоил, захотелось в ответ его отблагодарить. Хоть чем-нибудь. Проходит напряженная секунда молчания и бывшего мужа начинает играть телефон. Он достает мобильній, удивленно вскидывает брови.
— Слушаю, мам. У тебя что-то срочное?
Неприятные воспоминания из прошлого впиваются в меня острыми щупальцами. Я никогда не нравилась матери Лёши. У неё была подготовлена для сына более удачливая партия, а тут появилась я — девочка из далекого посёлка, которая приехала поступать в столицу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Она была уверена, что я пошла замуж за Климова из-за денег и пророчила нам скорый развод. Впрочем, все так и вышло. Оказалось, что мы не пара друг другу.
Глава 23
Алексей завозит нас домой после занятий в бассейне и прощается. Садится в свой автомобиль и уезжает.
— Мам, мне нравится мэр, — говорит грустно сын, глядя на отъезжающую машину. — Ты пригласишь его еще на прогулку?
Эти слова приносят боль.
— Да, — киваю я и, приобняв сына за плечи, мы направляемся домой.
Остаток дня мы проводим с Женей одни. Я все время думаю о словах Климова и его желании сделать повторный тест ДНК, в результатах которого я ни капли не сомневаюсь. Повернуть бы время вспять и я бы все сделала по другому. Раньше такие мысли меня не посещали, но сегодня, увидев, как Алексей на прогулке возится с сыном, заламывала руки и едва сдерживала слезы.
— Хочу блинчики, мам. Сделаешь? — просит Женя.
— Да, — отзываюсь я и иду на кухню.
Беру в руки телефон и тычу в страницу поиска, забиваю фамилию «Климов» и смотрю размещенные фотографии. Немного читаю про деятельность бывшего мужа, а потом ищу информацию про его мать. В прошлом она занималась общественной работой, ее муж спонсировал благотворительный фонд. Жизнь полна иронии: эта женщина помогала семьям, оказавшимся в бедственном положении, а когда Алексей привел меня, то демонстративно выказывала свое пренебрежение, как недовольна моим социальным статусом. Разве такие двуличные люди могут заниматься волонтерской деятельностью? Или она делала все эти благие вещи для галочки и прессы? Не люблю осуждать людей, но Жеку я бы держала на расстоянии от такой бабушки.
Молчаливое созерцание своей бывшей семьи длится несколько минут, а потом я все закрываю и начинаю заниматься блинчиками, но не перестаю прокручивать в голове мысли о прошлом.
На кухню вбегает Женька, я смахиваю слезинку с щеки и быстро-быстро моргаю.
— Мама, ты расстроена? — спрашивает сын и хмурится.
В это мгновение он так похож на Алексея. В голове снова мелькает картинка как бы мы могли быть счастливы но все разрушилось за считанные дни, словно карточный домик. Или я долгое время не замечала очевидных вещей, что не пара ему?
— Нет, мой хороший. Идем, мыть руки и садись за стол. Ты со сметаной будешь или с вареньем?
— С вареньем. Малиновым. То, которое бабушка привезла, — расплывается Жека в довольной улыбке и облизывается.
Я грустно киваю. Ведь все же хорошо было. А с тех пор как Климов появился в моей жизни многое пошло наперекосяк.
Вечером я долго читаю Жене сказку. Он засыпает, я включаю ночник, поправляю ему одеяло и иду на кухню. Работы много накопилось и еще необходимо что-то решить с грантом. Точнее с допросом, который мне предстоит. Я сглатываю разочарование и перевожу глаза на остывший кофе.
Телефон на столе подает признаки жизни. Звонят с незнакомого номера. Сердце начинает стучать быстрее в груди. Это Климов? А если нет? Вряд ли мне будут звонить из полиции в такой поздний час.
Машинально бросаю взгляд на часы. Начало десятого.
— Алло, — снимаю трубку и поднимаюсь со стула, чтобы долить кипятка в кофе.
— Варвара, добрый вечер. Это Климова Антонина Сергеевна.
С грохотом ставлю чашку на стол и едва сдерживаюсь, чтобы не завершить звонок. Родители хорошо меня воспитывали, я с уважением отношусь к людям, которые старше, но эта женщина подобного не заслуживает.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я сегодня приехала к вам в город, навестить Алексея и увидела у него на столе газету. Он держит на руках твоего мальчика… — осекается женщина и на линии слышится треск.
