верфях. Как управленец он был неплох, как боец и носитель магии лучше отличался Герман, который уже достиг пятого ранга силы. Великий Кроль в силе его удара получался сокрушительным.
— В этом году ты должен оказаться в тройке победителей на Турнире АВС. Я хочу видеть тебя на пьедестале почета рядом с Рюриковыми и Мартыновыми. В прошлом году Щукины обошли тебя. В этом не подведи.
Сделаю, отец.
— И будет еще лучше, если ты встанешь рядом с тигром.
Вряд у него выйдет, но все же сын обязан стараться подняться в верхи.
— И что с Боровскими? Когда ж они закончатся! Что за наследник нарисовался, ты его видел?
— Видел, — сын брезгливо поморщился. — Хлюпик бездарный. Комар и то опаснее, отец. Вызову на дуэль и доведу дело до конца, это дело чести, — Герман постучал кулаком в ладонь.
— Не так наглядно, сын. Хватит одного прямого столкновения, иначе нас могут счесть теми, кто скосил весь род. Медведи и змеи всегда стояли за честное объявление родовых войн, нечего дразнить эти кланы. Да и Рюрики, коль пойдет разделка туши, начнут рвать, не гляди что пока благоволят.
— Понял.
— Займись…
Бой закончился ожидаемо победой твари Вяземских, который был одним из фаворитов в клубе. И на арену вышел броненосец Копыцких. Неплохой геноб, однако не дотягивал до Многозуба.
Петр снова задал вопрос по делам верфи, и Герман отошел в сторону. Глава, смотрел, как геноб Вяземских уже добивал броненосца и давал указания.
Зубастая тварь, больше похожая на льва с огромной головой и жуткой пастью снова хотела кинуться на Молотилку, но тот вдруг сам напал, должно быть от отчаяния. Генобы в сцепке мощно врезались в решетку на радость клиентов. Только вместо ожидаемой победы Многозуба, неожиданно произошло нечто нестандартное.
— Отец! Глянь на это! — Герман подошел к витым перилам ложи.
Но Платон и сам видел. Броненосец рвал Многозуба, пока тот не превратился в гору ошметков у его ног. Порвал в тряпку, если можно так сказать.
— Что происходит? Эта новая способность у тварей?
— Похоже на то, — прорычал глава Лыковых сквозь зубы.
Как выяснилось, на Молотилку поставило двое. И один клиент уже забрал куш. Быстро сработал. Второй подставной от Копыта?
— Отец, ты куда?
— Надо поговорить по душам с Левой Копыцким. Ты идешь со мной, бери пятерку Шмата. Надо этим коням наглядно показать, что так делать нельзя в моем клубе. Делиться надо уметь!
Петр пронаблюдал, как из ложи вышел глава и брат. Его не позвали. Обидно, но он привык.
10. Практика с подножкой
На повороте одной из пустынных лестниц академии беседовали двое учащихся, оба среднего роста. На длинных лицах кое-где замазанные белилами прыщи. Эти двое даже стояли одинаково, чуть сутулясь, и держали одинаково руки в карманах брюк.
— Ты для чего меня вытащил, Тошка? — прорычал тот, что постарше.
— Не ори на меня! Я, между прочим, нашел тебе идеальную жертву для показательной дуэли. Вызовешь и уделаешь. Реабилитируешься перед Луневой, ты ж хотел.
— А точно ли слабак? — промычал с сомнением первый.
— Да силой клянусь! Там ноль без палочки. Очередной Боровский, одним словом. У них же только защитная магия.
— Кто? Разве их не того?
— Пока еще нет. Последний остался, Капа. Успей хоть воспользоваться, пока и этот в склеп не улегся, а то ты вечно копаешься. Отец прав.
— Да иди ты! Эм, ладно, убедил. Покажешь?
— Да, вон он, с младшей Совицкой идет, — ткнул в окно костлявым пальцем Антон. С высоты второго этажа был хорошо виден двор, по которому вышагивали курсанты.
Старший брат оценил, и на лице его растянулась кривоватая улыбочка. Потер ладони:
— Подходит персона!
* * *
Пару дней в Академии она просто училась, ходила на лекции. Убедилась, что все учеба совершенно будет не в тягость, все что преподавали было давно знакомо. Из всех предметов, она не зевала только на лекциях по Истории, Географии и дисциплинах, связанных с магией, это теория и практика Магических сил. И кто сказал, что тут так опасно?
Совицкая Яна вчера отсутствовала в академии, а сегодня Мурка сумела ее уговорить принести силосъемку дуэли брата Машеньки и Германа Лыкова.
— Хорошо, — ворчливо согласилась златовласка. — Завтра принесу. За твой счет обед в кафе.
— Без проблем.
И действительно после вчерашней удачной вылазки, денежная проблема отодвинулась еще дальше. Вчера Мурка одобрила кандидатуру на роль следователя, которого отобрал старик Аркадий Лопаткин. Он был третий, кого она смотрела. Мужчина средних лет с живым лицом м умом напомнил чем-то ей отца, а тот всегда добивался своих целей бизнесе. Сыщика звали Роман Лаврентьевич Окопников. В общем он выслушал задание и сегодняшнего дня принялся за него. Обещал уже в конце недели появиться с первым отчетом.
Теперь поверенный взялся подыскать хорошего учителя по магии для бастардов. На выходные Мурка запланировала поездку в имение, вот как раз учителя и отвезет.
После урока экономики группа последовала к другой аудитории, на нижних ступенях лестницы на нее чуть не налетел какой-то длиннолицый парень. В последний момент Мурка успела ловко увернуться, и тот пролетел мимо, прямиком втемяшившись в какую-то фигуристую брюнеточку. Длинным носом влетел прямо в ее пышную грудь, в просвет ее белой блузки.
— Эй, Капитон Жинков! — капризно протянула та, брезгливо отталкивая от себя паренька. — Смотри куда идешь!
Отряхнула блузку и поправила грудь так аппетитно, что парни вокруг так и залипли взглядами на нежных полушариях, стараясь не пропустить лишнего движения брюнетистой красотки. Затем, девица прошлась по гриве длинных темных волос, блестящих, породистых. Вот же… фифа. Мурка ухмыльнулась, впервые захотелось вернуться в свое тело и словить подобные взгляды. Вит, ну где ты, хочу к тебе!
— Прости, Лизонька, — прогундосил Жинков, на лацкане его пиджака виднелся герб с изображением то ли крысы, то ли сурка. — Это Боровский мне подножку устроил! Все видели, да? Он это специально!
Мурка удивленно вскинула брови, наблюдая, как буратино безбожно брешет.
— Пожалуй, я вызову его на дуэль и защищу твою честь. Да! — театр продолжался.
— Не было подножки, — вклинился вдруг рыжий крепкий парень. И Мурка неожиданно признала в нем своего одногруппника, как бишь его, Игоря Назарского. Коренастый, рыжеволосый с зелеными глазами парнень, довольно приятный и какой-то человечный что ли среди всех остальных зубастых мальков в этом садке. Он выглядел старше других и обычно малообщителен. Часто сидел в библиотеке за учебниками.
— Иди Назарский своей дорогой, — фыркнул Жинков. — Я что, по-твоему, подножки не почувствовал? Так что, Боровский, сегодня в три часа на полигоне! — бравируя нелепо перед девушкой,
