двести.
— Госпожа Агния.
Даже мягкий голос Свейна заставлял её кипеть. Она знала — надо идти и разбираться, но, видят боги, сегодня она готова была отказаться от своего поста и уйти в горы.
— Еще немного, и Редьярд перекинется и начнет разносить все вокруг.
— Я его самого потом разнесу, — проговорила Агния сквозь зубы, но пошла вслед за Свейном в комнату совещаний, из которой доносились громкие голоса.
— Господин мой! Ред! Жизнь потеряла смысл, я оплакивала тебя десятки лет, не в силах поверить в страшную участь, что постигла моего императора.
У окна стоял Редьярд, и Агния не могла понять — то ли он сам готов сигануть в это окно, то ли вот-вот вышвырнет в него стоящую перед ним на коленях женщину — та цеплялась за штанину и все норовила ладонями подняться повыше. Редьярд в ответ попытался стряхнуть ее руки с себя, как жеребец, нервно бьющий копытом. У стеночки стояли близнецы и Гера, с нескрываемым восторгом наблюдая за представлением.
— Все лишние — проваливайте, — велела Агния и указала бесполезным зевакам на выход.
Женщина, услышав её приказ, подняла свои большие, миндалевидной формы глаза. Ее слезы сияли росой на нежных щеках, а искусанные губы неестественно алели. Вид ее казался не жалким или нелепым. Плакала она так, чтобы все окружающие мужчины начали вопрошать: «Кого надо прибить, только чтобы вернуть улыбку на лицо красавицы?»
— За ментальное воздействие в мире людей тебя будут судить. Уменьши напор, — сказал Агния, совершенно равнодушная к подобным уловкам.
Женщина распахнула глаза, а потом с досадой закусила губу. Но магический ореол вокруг нее погас.
— Мне казалось очевидным, что посторонние не имеют права находиться на территории Бюро. Всё… личное, — Агния едва протолкнула это слово через горло, — должно оставаться за порогом. Разор?
— Понятия не имею, как она сюда попала!
Как только женщина отпустила его штанину, он отошел подальше, вжимаясь в стену, и теперь умоляюще смотрел на Агнию.
— А я не посторонняя! Разве жена не может увидеть своего пропавшего мужа?
— Жена, — уронила Агния.
Редьярд сам едва не бухнулся на колени.
— Бывшая!
Женщина грациозно поднялась на ноги и, несмотря на невысокий рост, глянула на Агнию свысока.
— Сильвия, первая жена Его Величества, императрица Преисподней.
— Шлюха ты везучая, а не императрица, — сказал Редьярд и распрямился, возвращаясь к привычному апломбу. — Я расторг наш брак, отрекся и раздал казну, а тебе достался приличный кусок. Нет больше Разора, и ты никакая не императрица и, уж тем более, не жена.
— Никто из твоих подданных не верит в отречение и не принял твоих распоряжений. А императрицы теряют свой статус только вместе с головой, — сказала Сильвия, вздернув подбородок. — Моя на месте.
— Поправимо, — рыкнул Редьярд и кинулся на нее.
— Ред, — Сильвия попыталась улыбнуться сквозь хрипы, но тот только усилил хватку на ее горле.
— Заканчивайте представление, — сказала Агния, и Редьярд разжал пальцы. — Зачем ты сюда притащилась?
Сильвия потратила мгновение, чтобы отдышаться, и по-деловому ответила, потирая горло:
— В аду прознали, что император Разор не погиб и даже не в заточении. Те, кто когда-то поверил сладким речам моего мужа, ждут его возвращения. — И быстро добавила: — Я тоже жду.
— Разор стоит перед тобой и велит катиться обратно в ад без него. Доступно? Возвращайся и передай своим, что теперь он мой подчиненный. Считай, устроил перезагрузку карьеры. Вопросы?
— Пусть сам пойдет! — сказала Сильвия с надрывом. — Пусть встретится с теми, кого обманул и бросил!
— Ты сейчас же выйдешь из этой комнаты, — тихо сказала Агния, чувствуя, что еще немного — и она сама разорвет горло этой брошенной страдалице, чтобы не мучилась. — Или я позабочусь о том, чтобы тебе устроили развод согласно демоническим традициям.
— Ред! — она умоляюще посмотрела на Редьярда, но в глазах того горела ненависть такой силы, что Сильвия невольно сделала шаг назад, а потом без слов выскочила из комнаты.
— Прости, — глухо попросил Редьярд.
— Не попадайся мне на глаза ближайшую неделю, а лучше две, — сказала Агния и развернулась, чтобы убраться подальше от этого проходимца.
— Агния! — Редьярд осторожно приблизился, словно боялся, что Агния в глотку ему вцепится. Не то чтобы он был так уж далек от истины в своих страхах. — Сильвия для меня никто.
Агния хотела бы промолчать. Оставить на лице спокойную маску, сказать, что ей плевать на его императорскую личную жизнь. Агния хотела, чтобы это было правдой, но перед глазами стояли они: блистательная Сильвия в белом и этот предатель, красивый до невозможности в свадебном наряде. Он держал ее руки в своих руках и называл супругой.
— Никто? Это тебе не наложница, которой разве что член предлагаешь. Жена! Которой руку и сердце, — сказала Агния и добавила: — И свое доверие в придачу.
— Да какое доверие! — разозлился Редьярд. — Она была красивой, охотно раздвинула ноги и знала имена всех влиятельных демонов, которых я надумал вырезать. Сильвия и я… Мы не были семьей.
Семья.
Это слово шипом воткнулось в сердце.
— Я понятия не имел, на что подписался. Мой брак даже неудачным стыдно назвать, Агния. Скажи, раз нас с этой сукой однажды объявили мужем и женой, я обязан прожить всю жизнь, не зная счастья? Я не обидел ни одну наложницу и даже эту змею отпустил на волю, хотя и правда мог обезглавить. И надо было! — в сердцах воскликнул он. — Но я тогда так устал, Агния, я не хотел перед смертью совершать еще больше преступлений.
«Смертью?»
Оброненные слова вспыхнули перед мысленным взором Агнии, но она не успела и рта раскрыть, как Редьярд продолжил:
— Я обречен, раз позволил обдурить себя когда-то?
Пока Агния пыталась поймать разбегающиеся мысли, Редьярд сказал:
— Не отвечай, ладно.
Дверь хлопнула, и Агния осталась в одиночестве.
Половина Бюро до сих пор разбирала завалы «Ульфа», следовало заняться расследованием преступлений Ингольфа Варга, навестить Фетиду, в конце концов. Агнии некогда было страдать по вине засранца, который решил начать жизнь с чистого листа и забыл сказать, что умудрился оставить позади аж целую жену.
Агния вернулась к себе в кабинет, села за
