Вот бы мне исчезнуть, думала Гретхен. Чтоб в объятиях Сида укрыться от дневного света и раствориться навечно.
Слишком уж суров реальный мир. Слишком ужасен и жесток.
– Как у кого-то рука поднялась убить Мэдисон? – проговорила она сдавленным шепотом. Она не могла думать ни о чем, кроме вчерашнего, задаваясь одним и тем же вопросом.
И убить так хладнокровно, так изуверски! Неизвестный полил кислотой подбородник скрипки. Этого хватило, чтобы прожечь Мэдисон шею. Кислота пережгла аорту, и Мэдисон изошла кровью раньше, чем кто-то что-то предпринял.
Да, убийство было жестоким и хладнокровным. И хотя доказательств у Гретхен не было, Девра Далби была единственной из ее знакомых, у кого дома имелась кислота. Причем достаточно крепкая, чтобы разъесть застарелую краску на мебели.
Гретхен прижалась к груди Сида. Но даже тепло его тела не могло спасти ее от озноба.
– Школу вообще закрыли, – покачал головой Сид. – Полицейские на каждом шагу, всех опрашивают.
– Со мной пока не разговаривали, – проговорила Гретхен приглушенным голосом. – Я… мне нужно с ними поговорить.
Сид напрягся всем телом.
– Зачем? Что тебе известно?
Гретхен отстранилась от него. Села прямо, откинув волосы за плечи. Да, видок у нее, конечно, тот еще. С утра она даже причесаться забыла. Глаза покраснели и опухли от слез, лицо бледное… Джинсы, порванные на коленках, она носила всю неделю, а толстовку с оранжевым пятном от соуса вытащила из корзины для грязного белья. Плевать на внешность. Ее подруга умерла. УМЕРЛА. От рук убийцы.
У нее перед глазами стоял кровавый фонтан, бьющий из вскрытого горла Мэдисон, заливающий ее лицо и расплескивающийся по сцене. Снова и снова звучали в ушах вопли и визг перепуганных, беспомощных зрителей.
Сид терпеливо ждал ее объяснений.
Гретхен сделала глубокий, прерывистый вдох.
– Вечером перед выступлением Мэдисон мне звонила, – начала она. – Голос у нее был какой-то напуганный. Сказала, что хочет сообщить мне что-то очень важное, настолько, что это не телефонный разговор.
Сид нахмурился:
– А именно?
– Я… я не знаю, – пробормотала Гретхен. – Я хотела бежать к ней, да мама не пустила. – Она глухо зарычала. – Обычная история. Вечно она встает на моем пути!
Сид погладил ее руку.
– Да Бог с ней, с мамой, – мягко произнес он. – Есть догадки, что Мэдисон хотела тебе сказать?
– Ни малейших. – Упершись взглядом в пол, Гретхен подавила рыдание. И так уже обревелась, не хватало снова начать.
Сид пригладил рукою волосы.
– Думаешь, Мэдисон убили из-за того, что она хотела тебе сказать? Думаешь, кто-то заткнул ей рот?
– Подожди. Это еще не все. Некоторое время назад Девра мне говорила, что у нее есть мощная кислота, – выпалила Гретхен. Она слишком долго держала эту информацию в себе. Знание это как будто прожигало дыру в ней самой.
Сид разинул рот:
– Прости, что? Повтори.
– Это было в «Лефти». Девра подсела за мой столик. Хотела подкупить меня, чтобы я слила ей состязание за место в группе. И она сказала, что работает над шкафчиком своего отца, хочет сюрприз ему сделать. И что краску удаляет с помощью кислоты.
Сид обалдело смотрел на нее, как будто смысл ее слов не доходил до него.
– Понимаешь? – нетерпеливо воскликнула Гретхен. – Неужели не ясно? – Она потянула его за рукав. – А еще Мэдисон не так давно говорила мне, что кое-что про нее знает.
– Кое-что? А именно?
– Она не уточняла. Может, хотела рассказать в тот вечер, перед убийством. И…
– …и Девра налила кислоты ей в скрипку, чтобы Мэдисон ничего не рассказала?
– Звучит как бред… – тихо проговорила Гретхен.
– Точно, бред, – пробормотал Сид. – Девра – спятившая убийца? Бред.
– Олифант и тренер Уокер спрашивали меня про Стейси, – сказала Гретхен, цепляясь за его руку, как за спасательный круг. – Я высказала им свои подозрения насчет Девры. Ну, что она отказалась брать жезл и пришлось его взять Стейси.
– А они что?
– Сказали, что поговорят с ней. А воз и ныне там. Небось решили, что я просто пытаюсь ее подставить. Ну, типа, из-за нашего соперничества и связанных с этим терок.
Сид покачал головой.
– Это уму непостижимо. Девра подожгла Стейси и убила Мэдисон? Это… нет, невозможно. – Он повернулся к Гретхен. – Но ты все-таки расскажи полиции о своих подозрениях. Нет, ну многие, конечно, могут достать кислоту. Если Девра ею пользовалась, это еще не значит… – Его голос дрогнул. – Но вдруг ты права? Вдруг у Девры натурально поехала крыша? Вдруг и впрямь ее рук дело?
Гретхен поняла, что он в смятении. Ему явно не хотелось верить, что Девра – хладнокровная убийца. Сама мысль о том, что знакомый человек способен на предумышленное убийство…
– Ты был в больнице? Как там Стейси? – спросила Гретхен.
Вместо ответа он сжал ее в объятиях. И принялся целовать.
– Мы со Стейси… Я тебе говорил, что все кончено, – произнес он, оторвавшись от нее. – Все кончено, но она отказывается это признавать. Я тебе говорил. И пока она в больнице, я не могу с нею спорить, ругаться или переубеждать ее.
Он тяжело вздохнул.
– Мое место рядом с ней. Я не имею права ее расстраивать. Она… она совершенно раздавлена.
Не размыкая объятий, они снова поцеловались.
Сид поднялся, собираясь уходить.
– Прости. Мне в самом деле пора к Стейси.
Мысли Гретхен до сих пор вертелись вокруг темы их разговора.
– А вдруг Девра в самом деле убийца? И только мы об этом знаем? Что тогда? Что тогда, Сид?
Он задумчиво посмотрел на нее.
– Тогда в следующий раз она примется за нас.
28
– Полли, вот бы ты была здесь! – Гретхен смотрела в экран ноутбука.
– Но в ФейсТайм немногим хуже, – сказала Полли.
– Ты что, начала мелировать волосы?
Полли усмехнулась:
– Как по-твоему, получилось?
– Сто пудов.
Гретхен разглядывала подругу на экране. Полли такая миниатюрная! Копна каштановых кудрей, спадающих на круглое личико, кремово-белая кожа и огромные карие глазищи делали ее похожей на куколку. Она вся прямо-таки лучилась энергией и жизнью. Лучшая болельщица в Саванне-Миллс. Легкая на подъем, пружинистая, заводная. Рядом с нею Гретхен иногда чувствовала себя слонихой, даром что Полли без конца пела дифирамбы ее способностям, спортивной подготовке и внешности.
Они были идеальной командой.
– Давай, выкладывай, – сказала Полли, сделавшись серьезной. – Представляю, Гретхен, какой это для тебя кошмар.
Гретхен кивнула, снова подавив слезы.
– Мэдисон была моей подругой, единственной в Шейдисайде.
Полли смахнула локон со лба.
– А убийцу хоть поймали?
Гретхен покачала головой.
– Это Девра Далби. Я еще вчера по телефону тебе говорила: это точно Девра. Я просто в ужасе. Кроме меня никто не знает.
Она подняла глаза на часы над кухонной мойкой.
– Мне потом еще на собрание болельщиц идти. А я… мне страшно, Полли. Страшно находиться с Деврой под одной крышей.
– А как же выезд? – спросила Полли. – Ты говорила, у вас намечается?
Гретхен кивнула.
– Представляешь, мы будем жить в домиках в лесу. С психованной убийцей! Которая, вдобавок, ненавидит лично меня. Мне так страшно, Полли, я даже думать об этом не могу.
– А с тренером ты говорила? – спросила Полли. – А с полицией?
– Вчера вечером наконец пообщалась с двумя офицерами, – ответила Гретхен. – Рассказала им все. О кислоте, которой Девра чистила шкафчик. Все.
– И?
– Говорят, что проверят все зацепки. – Гретхен вздохнула. – Они были очень вежливы. Я рассказала им, какими хорошими подругами были мы с Мэдисон. Думаю, они боялись меня расстроить. Только вот мои показания их не больно заинтересовали.
– Дела-а, – протянула Полли. – А что, вашу школу опять откроют?
Гретхен кивнула.
– Уже завтра. Она была закрыта два дня. Но завтра открывается, и знаешь что? Директор собрался в пятницу футбольный матч проводить.
