С ним встретились на конспиративной квартире, обставленной с непотребной роскошью. У Анзорова создалось впечатление, что в остальное время она использовалась как бордель для услады высокопоставленных чекистов.
— Заходи, гордый мой брат, — улыбнулся радушно Ануприенко. — Чувствуй себя, как дома.
— Но не забывай, что в гостях.
— Точно, — хмыкнул Ануприенко.
Генерал был как генерал — толстый, астматически дышащий, однако не с вяло тупыми, как у армейцев, взором, а с цепкими глазами профессионального мошенника… Нет, скорее наемного убийцы.
Анзоров по роду деятельности имел старые хорошие связи с госбезопасностью. Сложились они еще во времена бойкой торговли заложниками, которых сотнями захватывали ичкерские повстанцы. Все имели с этого бизнеса свою долю. И всем это нравилось. И Совету безопасности. И ФАГБ с МВД. И Администрации президента.
С тех пор Анзоров ведет с госбезопасностью и правительством России жесткие игры по довольно сложным правилам. Цель у депутата и группы его товарищей простая — создание у руководства страны иллюзии, что только удельные подконтрольные князьки и авторитеты в состоянии удерживать дикую ичкерийскую орду от того, чтобы полностью сорваться с катушек и пройти огнем и мечом по всей стране. Мол, князьков этих (в частности, уважаемого всеми Доку Анзорова) надо лелеять, сдувать с них пылинки, позволять им многое, и, главное, не бросать им с хозяйского стола крошки, а на блюдечке преподносить полноценные увесистые куски от общего пирога.
В последнее время эта тактика начала давать сбои. Анзорова и его соратников стали потихоньку-помаленьку отодвигать в сторону от политики и дележа денег. Могло это кончится плохо — выкидыванием за борт. Чтобы этого не произошло, был затеян «изотопный шантаж», на который с охотой подписались непримиримые из самой Чечни и Саудовской Аравии. Пора в очередной раз напомнить Москве, что все под Аллахом ходим. И что очень уж мегаполис уязвим для террора. Недвусмысленный такой намек — договариваться надо. Договариваться. И еще раз договариваться. Это выгодно. Это обоюдно идет на пользу и здоровью, и карману.
Все бы так и получилось, гладко, как по писаному. Теракт. Шум — «раздавить ичкерскую гадину!» А потом тихие, нигде не афишируемые переговоры с серьезными уступками и гарантиями… Все бы так и получилось, если бы не эти как с неба свалившиеся шайтаны!
— Ну, рассказывай, зачем пожаловал, — потребовал генерал, разливая по чашкам крепкий чай.
— Возникла небольшая проблема, — произнес Доку Анзоров.
Он поведал прилично отредактированную историю своих мытарств и в лоб спросил:
— Ваши?
— Ты на нашу фирму напраслину не возводи, — строго произнес Ануприенко, но в глубине его глаз тлели веселые искорки.
— Почему?
— Потому что официально такую акцию провести — это утонуть в согласованиях. А бригады единомышленников, которые втихаря могут поднять такую операцию, у нас в конторе давно нет. Были когда-то сорви-головы, да все вышли.
— А кто?
— Не знаю, — развел руками генерал.
— Кто? ЦРУ? МОССАД? Кто еще так свободно работает здесь, в этой сраной стране?!
— В этой сраной стране работают свободно все, кроме государственных органов, — усмехнулся Ануприенко. — Такая национальная традиция.
— Это была спецслужба, а не банда! Какая-то непонятная спецслужба!
— Все спецслужбы у нас перечислены в Законе об оперативно-розыскной деятельности, — назидательно изрек генерал. — Остальное — выдумки авторов бульварного чтива.
— Значит, на меня наезжали персонажи бульварного чтива? — Ярость поднималась и клокотала в груди Анзорова. Он чувствовал, что его водят за нос. Генерал что-то не договаривает и сильно взволнован новостью.
— Материализация образов, — хмыкнул Ануприенко.
— Кто это был? — поднапер депутат.
— «Пирамида»? — произнес, как плюнул, генерал.
— Что? Какой «Пирамида»? — опешил Анзоров.
— Белый.
— Сказки желтой прессы.
— Ну конечно… Особенно если вспомнить, как пять лет назад они раздолбали в пух и прах некую структуру, образованную высшими должностными лицами государства? «Синдикат» — не помнишь?
— Я не особенно верил во все эти слухи.
— В этом твоя беда… После той свары эти ублюдки ушли на дно. Все считали, что уже не выплывут. Но я-то чувствовал, что затаились. Их уши торчали во многих делах. Возникали они редко, но жалили коброй.
— Ты это серьезно?
— Куда уж серьезнее… Что собираешься делать, горец?
— Этот «Пирамида» — он у меня из белого красным станет. От крови. — Анзоров кинул на генерала тяжелый взгляд.
— Хорошо, — кивнул Ануприенко. — У меня информация по ним на нуле. Особо не интересовался — жизнь спокойную полюбил. Но с людьми, которые знают больше моего, встречу обеспечу. Ты точно решил? Обратного пути не будет.
— Я решил!
— Договорились… Чаек-то пей. Настоящий индийский.
* * *
У противника была фора — он давно изучал объект и имел представление о его связях, образе жизни. Оперативникам «Пирамиды» надо было начинать с нуля. Зато было и преимущество. Противник не знал, что в игре появился новый игрок.
Разведчики проехались по адресам возможного появления Бруевича. Восстановили все его маршруты за последние дни. Добрались до загородного дома Ромы. Дальше следы обрывались.
Мест для засад набралось около пятнадцати. Все их живыми людьми не перекроешь. Технари проехались по этим адресам и понатыкали везде скрытые видеокамеры. Теперь на пульте в штабе операции на «базе-три» можно было снимать видеоинформацию.
Семь экипажей Влад распределил на патрулирование по городу с таким расчетом, чтобы до цели добраться за десять-пятнадцать минут. Этого времени должно хватить, если Бруевич нарисуется в объективе камеры слежения.
В две квартиры — к бывшей жене и ближайшей знакомой Бруевича, удалось сунуть «жучки» и поставить на контроль телефоны.
Влад согнулся за письменным столом. Старомодная лампа с зеленым абажуром бросала свет на пачку бумаг. Это были распечатки соединений с мобильного телефона Бруевича. Здесь можно было проследить все его связи. Особенно интересовали соединения последних дней перед тем, как он выключил телефон.
Это он звонил Галустяну. Это бывшей жене… Знакомым…
Тут уже интереснее. Последний день перед исчезновением. Соединение с Паниным… После этого Бруевич срывается из деревенского дома своего знакомого. Вот еще один звонок — опять на мобильник Панину… Время — за несколько минут до гибели математика. Что хотел Бруевич? Предупредить? Узнать что-то? Ладно, неважно…
Дальше — несколько звонков. Последние звонки перед отключением телефона. На мобильник и на городской телефон. И ни одного ответа. А дозвониться он мечтал до Селезневой Аллы Владимировны, директора компании «Легос» и учредителя еще пары фирм по торговле парфюмерией. Вот и фотография ее — острое, злое лицо, колючие глаза. Типичная бизнесвумен тридцати трех годков от роду. Явно не из круга Бруевича. Профессиональная общность исключена. С другой стороны, он мужчина видный, девки на него клюют.
Зачем он звонил ей? Два варианта. Если не насторожился, то поплакаться в жилетку. Если же почувствовал опасность, запаниковал, кинулся к ней за помощью.
Оперативники пробили ее по адресу и месту работы. Выяснили, что сейчас бизнесвумен находится в командировке в российской глубинке, где население из парфюма знало только старый добрый тройной одеколон. Должна появиться вот-вот.
— Надо цепляться за ее адрес, — сказал Влад Казаку, который сидел на диване, подбрасывая в руке и ловя мобильный телефон.
— Там установлена камера слежения, — заметил Казак.
— Мало, — покачал головой Влад. — Там нужно физическое прикрытие.
— Может, ты и прав. Что-то и выйдет.
Интуиция Влада не подвела.
На следующий день его топтуны из наружного наблюдения срисовали около адреса Селезневой нечто подозрительное. Когда одни и те же фигуры мелькнули в третий раз, стало ясно — дом «пасут». Потом видеокамера показала, что субъекты зашли в коридор, поставили «сторожевичок» — полоску бумажную. Когда кто-то заходит, то падает.
— Деревня, — сказал Влад, получив отчет. — По старинке работают.
— Зато наверняка, — произнес Казак. — Эти парни тоже прилипли к адресу.
— Таинственные соперники, — хмыкнул Влад.
— Может, воры обычные хату присматривают?
— Вряд ли, — покачал головой Влад.
— И что с ними делать прикажешь? На допрос к Эскулапу? Или протянуть по городу, посмотреть, кто такие?
— Это всегда успеется. Скорее всего мы имеем дело с «шестерками», которые даже не знают, на кого работают. Так что следить бесполезно… Давай-ка смирно подождем продолжения.
