натуру не спрячешь, сколько не пытайся. Видали мы таких...
Светланочка Сергеевна дурой не была, моментально оценила Матвея Егорыча провокатором и подстрекателем. Она набрала воздуха в грудь, собираясь отчитать его по полной программе.
— Да хватит вам! — Я понял, пора вмешаться, пока словесное противостояние не перешло в эпохальную битву. С этих двоих станется. — Без Сеньки нам не обойтись. Матвей Егорыч один не справится. Наташка пойдет со мной. Андрюха… Он будет морально нас поддерживать. И приглядывать за сладкой парочкой.
Переросток грустно посмотрел на свою пострадавшую ногу. Его угнетал тот факт, что все основное веселье проходит мимо него. Мне кажется, всё-таки рассказы дядьки про деда, который подпортил породу склонностью ко всяким авантюрам, очень даже правдоподобны. В Андрюхе эта тяга к приключениям точно была.
— А я должна развлекать вашего Геннадия? — Поинтересовалась Светланочка Сергеевна высокомерным тоном.
Причем, имя она произнесла с акцентом на двойном "н". Бедный Гена ещё не приехал в Зеленухи, а тут уже, как минимум, один человек его тихо ненавидит.
— Ну, ты хотела второй шанс… — Я многозначительно поиграл бровями.
Когда вообще озвучил свое решение, что искупить вину и заслужить доверие Милославская сможет только таким образом, она пару минут просто молча на меня смотрела. Без слов. Без какого-либо выражения на своем кукольном лице. Есть ощущение, общество неведомого Геннадия изначально не пришлось ей по душе.
— Ты соображаешь, о чем говоришь? Я, Светлана Милославская, отправлюсь вечером на встречу с каким-то футболистом, чтоб напоить его. Так? — Она, наверное, думала, я прикалываюсь.
— Конечно нет! Ты не поняла...
Маман облегчённо выдохнула. Но я продолжил.
— Он не футболист. Он — судья. Вот чем слушаешь, мамуля? Ты отправишься на встречу с судьей! Улавливаешь разницу?
Разницу она уловила и по моему лицу поняла, другие варианты не рассматриваются.
В общем, после совета нашего штаба, я был доволен всем. В том числе, Наташкой, которая молча выслушала доводы в пользу безумного, не могу это не признать, плана. Главное, в итоге она согласилась, без хитрости матч Зеленухам не выиграть. Даже приняла непосредственное участие в обсуждении той части операции, которая касалась наших с ней обязанностей. Сказала, типа, целое стадо нам ни к чему. Вполне достаточно собрать все, что есть у дядьки в хлеву, потом у председателя и Матвея Егорыча. Можно еще наведаться к Ольге Ивановне. Один хрен — рядом и доступ к ней во двор имеется.
— Ты же не всю деревню собрался “минировать”? — Спросила девчонка с усмешкой. — А то я тебя знаю. Ты можешь и такое сотворить.
Я заверил Наташку, что вся деревня мне на фиг не нужна, а требуется только “оформить” в соответствующий вид половину футбольного поля. На том и порешили.
Матвей Егорыч рассказал, как подобраться к его Зорьке. Ну и имя для скотины…. Обещал позаботиться о внешнем факторе, представлявшем опасность. О Зинаиде Стефановне. С дядькиной коровой проще всего. Ее я знал в лицо, как и она меня. К тому же, корова не куры. У нас с ней проблем не возникало. Тут все ровно. С председательской скотиной — Наташка разберется. Ну, а с коровой Ольги Ивановны как-то решим. Все же корова не бык. Так думал я по наивности.
Вообще, слышал поговорку, будто в одну и ту же воронку снаряд два раза не попадает. Не знаю, о какой воронке шла речь, но нашу почему-то накрывало стабильно. А сегодня вечером, видимо, вселенная решила, пора разбомбить по полной. Пока все в сборе. Просто мы об этом еще не догадывались.
Сначала все шло неплохо. К вечеру мы были готовы приступить к реализации плана по спасению репутации Зеленух вообще и должности Николаича в частности.
Когда Светланочка Сергеевна появилась на крыльце дома, у дядьки, сидевшего во дворе за столом, с тарелкой борща под рукой, от неожиданности открылся рот, веточка укропа повисла на нижней губе. Рука с ложкой зависла в воздухе.
У нас с Андрюхой просто открылся рот. Мы, к счастью, уже поужинали и готовились смыться из дома. Явление маман было фееричным. Даже я такого не ожидал.
Конечно, госпожа Милославская, несмотря на всю ее сучность, — красивая женщина, это факт. Но сейчас на порожках стояла… Не знаю. Затрудняюсь подобрать подходящее сравнение.
Маман надела легкое платье, которое от малейшего дуновения ветерка прилегало к ее телу, создавая впечатление, будто главная цель на сегодня — показать всем, насколько сексуально может выглядеть дамочка, которой за сорок. Не девочка уже, это понятно. Но сейчас, глядя на госпожу Милославскую, я понял, почему в моей прошлой жизни так популярны стали женщины определенного возраста. Это — созревшая, тщательно отретушированная красота. Милославская была похожа на дорогую, очень дорогую тачку уровня экстра-класс.
Волосы она уложила красивой волной. Макияжа минимум. Только красные, привлекающие внимание, губы. Их она накрасила, наверное, помадой. Думаю, в этом времени советские женщины особого разнообразия в своих штуках и прибамбасах не имеют. А там, хрен его знает. Может, жена члена ЦК КПСС затаривается в специальном месте.
Милославская напоминала мне в таком образе американскую актрису 90-х. Ту, которая снялась в фильме про девять с половиной недель. Ким Бессинджер, если не ошибаюсь. Я впервые увидел голливудскую диву, благодаря родителям. Они иногда пересматривали фильмы с ее участием. Вот сейчас на крыльце дядькиного дома стояла настоящая богиня. Светлые волосы, красиво лежащие на плечах, добавляли похожести. Уверен, в Зеленухах никто ничего подобного не видел. Да и не только в Зеленухах. Светланочка Сергеевна резко обскакала все каноны красоты советского времени лет на двадцать вперед. Бедный Геннадий…
— А ты это чего? — Смог, наконец, высказать словами свое удивление Виктор. — В деревню приехал Бельмондо? Тебя пригласили на встречу с Абдуловым?
— Нет, Витенька, — Маман повела плечом. Произведенный эффект ей явно нравился. А я, например, точно понял, почему Аристарх Милославский женился на особе из деревни. — Хочу вот в клуб сходить.
Настя, стоявшая рядом со столом, теперь охренела вслед за дядькой. По началу она ещё сдержалась. Но слова маман про клуб стали последней каплей. В руках у тетки была кастрюля с тем самым борщом. Она собиралась отнести его в кухню. После заявления Светланочки Сергеевны, посудина медленно наклонилась в теткиных руках и томатного цвета жижа тонкой струйкой потекла на землю.
— Куда? — Дядька вообще впал в прострацию. Понять можно. Госпожа Милославская и клуб Зеленух сочетались, как Лувр и козел деда Моти.
— В клуб.
