С заходом солнца цех механистов запрещал трудиться, опасаясь разрушительных пожаров, но многие мастера нарушали запрет. Прибыль приятна и потребна всем и даже тем, кто держал монополию в своих руках. Тем более что у механистов монополии на производство не было. Существовали эльфы, существовали городские службы, были даже так называемые "свободные творцы". Прибыль цеха постоянно уходила, так что многие мастера пытались заработать лично для себя, работая над сторонними заказами. Ушли уже те времена, когда эта организация держала мастеров в ежовых рукавицах.
Мастер Делан несколько часов корпел за верстаком, освещенный пламенем небольшой керосинки, Галент наблюдал за ним сквозь щель в ставне. Мастер явно не спешил идти спать и был чем-то недоволен, постоянно поминал мужские и женские половые органы. Галенту взгрустнулось, что он не захватил с собой дощечки, на которой можно было записать некоторые особо витиеватые выражения. У цеховика было воображение поэта!
Мысленно Галент хихикал, вслушиваясь в слова заработавшегося мастера. Неизвестно, что у Делана шло не так, но ругательства ему помогали мало, так как он вскоре закрыл мастерскую и удалился в спальню на втором этаже.
Прождав для верности еще час, Галент нагло влез в дом.
Трогать хозяина и его золотое добро, Галент не планировал, ему нужны были только смертоносные игрушки, которыми владел мастер. Но никто не будет против, если Галент прихватит что-нибудь сверх необходимого. Ну, кроме владельца мастерской, конечно. Это премия за риск.
Открыть ставни было плевым делом — они запирались на щеколду. Без лишнего шума Галент крючком из проволоки открыл ставни, затем окно и проник в мастерскую. Ночного света было достаточно, чтобы не натыкаться в темноте на мебель. Да и за время наблюдения Галент запомнил расположение предметов в комнате. Без светильников работать несподручно, и Галент решил потом изготовить нечто, похожее на компактный фонарь. Как это сделать, он не знал, но сама идея показалась ему интересной.
В некоторых домах совершенно невозможно ориентироваться, не имея источника света. Даже чувствительные глаза отступника не могли разглядеть все те мелочи, которые усеивали пол мастерской. Делан всяко не отличался чистоплотностью и делал уборку хорошо, если раз в три месяца. Галент старался двигаться осмотрительно, но все равно вынужден был наступать на стружку, мелкие детали и другой мусор. Шорох казался оглушительным, в ином случае Галент не рискнул бы работать в таких условиях.
Живущие в постоянном шуме люди или привыкают, или теряют слух. Галент надеялся, что его "клиент" из второй категории, да и возраст у мужчины был уже седой. Даже занятия тяжелым ремеслом не смогли сохранить упругость кожи Делана, он походил на смешного пса. Разве что размером превосходил Галента раза в полтора.
Верстак не заинтересовал вора, так как там было бессчетное множество непонятных деталей, назначение которых совершенно неясно. Это механист, быть может, узрит нечто осмысленное в мешанине шестеренок, валов и шурупов. Галент же видел только железный хлам. Его внимание больше привлекали развешенные по стенам самострелы, оставленные мастером или ради вдохновения, или для доработки. В любом случае эти инструменты убийства были целью Галента. Даже его познаний хватит, чтобы устроить простейшие ловушки из сворованных орудий.
С десяток небольших арбалетов стали собственностью Галента, но на этом он не остановился. Перенеся украденное ближе к окну, он принялся обшаривать ящики в мастерской Делана. Вскрывать их он не решился, лишний шум мог выдать его, но многие ящики стояли открытыми. Вот там-то Галент и смог поживиться — запасные детали, непонятного назначения устройства, острые железки — все сменило своего хозяина.
За полчаса работы Галент стал счастливым обладателем двух мешков железок. Естественно, все это он утащить не мог, часть пришлось оставить.
"Выбросить бы все это на улицу… ну, да ладно, не буду нервировать кузнеца" — мрачновато мыслил Галент, облегчая свою ношу.
Ревизия украденного помогла уменьшить барахло до одного мешка, который можно было бы втащить на крышу. Была бы только веревка…
"Которой нет… демоны…"
Галент посмотрел по сторонам, но механист хранил только коротенькие толстые канаты, с помощью которых, очевидно, перетаскивал тяжелые заготовки. Кронштейны и системы блоков как раз украшали потолок. В ящиках стола так же не удалось сыскать веревку, там хранились только чертежи. Галент раза два прошелся по комнате, постоянно рискуя разбудить механиста, но так и не нашел ничего подходящего. Наконец, он остановился на проволоке, с помощью которой можно было как-то закрепить мешок и поднять его.
"Или лучше связать сами арбалеты да их детали?" — думал Галент и решил взять с собой только то, что сможет утащить.
Связав проволокой самое ценное, Галент собрался уже уходить, но остановился.
Уйти? Так просто?! Это не интересно! Ведь кроме… ну, да, дорогих, но все же вполне доступных орудий он не смог найти ничего ценного. Из-за этого Галент чувствовал неудовлетворенность.
Поглядев в сторону лестницы, ведущей в спальню механиста, Галент решился на риск. У него могло получиться проскочить у самого носа Делана, пошарить в его карманах и уйти довольным собой. Вот это смогло бы удовлетворить его взыскательный вкус. Галент начал получать эстетическое удовольствие от той ловкости, с которой проникал в чужие обиталища. Банальное воровство, ограбление стали чем-то некрасивым для тонкой души Галента.
"Столь тонкой, что я нагадил на инквизиторский стол", — Галент улыбнулся.
Ему не терпелось попробовать себя в рискованном деле. Ведь то, что он делал раньше, было хорошо распланированным актом. Постановкой, в которой он — режиссер — не предусматривал никакой импровизации. Теперь у него выдался шанс испробовать самого себя, он сможет убедиться в своих достоинствах или выявить недостатках.
Для начала Галент выбрался на улицу, таща с собой часть награбленного. Проволоку с арбалетами он закрепил на трубе, которая располагалась над окном механиста. Если мастер и проснется, то Галент успеет убежать, заодно захватив хотя бы часть награбленного. Ну, он надеялся, что сможет сбежать. Медведь Делан вполне мог заломать его и сдать городовым, а те в свою очередь — инквизиции.
Неоправданный риск, но Галент хотел позабавиться, а раз так…
Вернувшись в мастерскую, Галент обшарил верстак механиста, взял от туда несколько бумаг, которые спрятал за пазухой. Если все пройдет удачно, Делан обвинит в воровстве коллег, покусившихся на его тайны, как творца! Вор как всегда пытался отвести глаза от своей персоны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
