– Нет. Не зверь. У меня земляк с Ташкент на артиллерийский корабль служит. Способ знает. Крыс выгнать.
– Что за способ?
– Чтоб с корабль крыс выгнать, надо один штук крыс поймать. Железный клетка посадить, полить бензин и поджечь. Крыс тогда кричать будет. Тут нада громкий трансляций микрофон поставить. И всё. Другой крыс слышит, очень пугается и бежит.
– Не слабо! И что твой земляк так всех крыс и выгнал?
– Почти. Не успел совсем. Замполит обиделся.
– Не понял, а чего он обиделся-то?
– У них воскресенья все баня ушли. Дежурный офицер на стенка. Земляк взял один крыс в ящик и поджег. Микрофон поставил. А про замполит забыл. Тот каюта спал. Его крыс разбудил.
– Во даёт! И что замполит испугался?
– Нет, зачем испугался. Только Обиделся. И штаны пакакал.
– Нам бы тоже чего-нибудь такое нашему Большому Заму придумать, – утер выступившие слезы Танк, – чтоб он тоже в штаны обиделся.
– Да, неплохо бы, – вздохнул Рома, – Слушай, а говорили, что нам сюда какие-то суперсовременные ультразвуковые приборы завезут. Крыс выгонять. Чего-то их не видно.
– Жди, как же ультразвук. Хорошо хоть ядом травить перестали.
– Это точно. А то дохли по щелям, вонь, мама не горюй. Уж лучше они живые, кабеля грызут.
– Ну, не скажи, – Танк отхлебнул жидкий чай из белой эмалированной кружки, – вчера вон мы два часа разобраться пытались, почему в рефрижераторной камере подача фреона прекратилась. Потом «плафоны» (электрики) там из закрытой коробки пускателя электронасоса, крысу выковырнули. Она кабель сгрызла, внутрь через дырку забралась, а там на контактах зажарилась. Все перемкнула. Мы, когда потом из этой «рефрижераторки» на верхнюю палубу вылезли, свежего воздуха глотнули, то аж голова закружилась. Фреона там надышались. Ещё во рту такой фруктовый привкус…
– Это вам ещё повезло. Фреон штука коварная. Он без цвета, без запаха и тяжелее воздуха. Если утечка есть – он в низах и скапливается. А рефрижераторная как раз в самых низах. Вы могли там навечно остаться.
– Так в прошлом году на одном корабле так и было. Два электрика рефрижераторную ремонтировали и надышались. Их хватились, да уже поздно.
– Ну, я и говорю – повезло. Ну, ничего, сейчас Хасан со своей братией всех крыс за раз переловит. Как приказ про «крысиный отпуск» объявили, у них энтузиазм сразу поднялся, – ухмыльнулся Рома.
«Крысиный отпуск» – это было флотское нововведение. Если с крысиным пометом на масле, отцы-командиры ещё могли мириться, то с выгрызанием кабелей – уже нет. Это наносило непоправимый вред не только здоровью, но и подотчетной социалистической собственности! Крысам на флоте была объявлена война. А поскольку борьба с теми, кто наносит вред социалистической собственности – это дело политической важности, то командование флота поручило его флотским политработникам. Задача перед ними была поставлена следующим образом: повысить энтузиазм и мотивацию личного состава в борьбе с грызунами без всяких научно-технических изысков и материальных вливаний, при помощи исключительно подручных средств. Политработники с поставленной задачей справились блестяще. Новый эффективный способ был найден. На кораблях огласили соответствующий приказ командующего Тихоокеанским флотом: за поимку установленного количества крыс предоставлять краткосрочный отпуск на десять суток с выездом на родину! А конкретное количество необходимых для получения отпуска грызунов определялось отдельно по каждому кораблю. Например, на огромных тяжелых авианесущих крейсерах «Минск» и «Новороссийск», где крысиная проблема стояла не столь остро, отпуск представлялся всего за 25 крыс. На ракетном же крейсере «Адмирал Фокин», где в грызунах недостатка не было, норму задрали по максимуму – 100 штук.
А задачу регистрации хвостов поручили корабельному медику. Не зря же его в Медакадемии учили. Он вел строгий учет всех отрубленных крысиных отростков в хранящемся у него в сейфе специальном журнале. Ставил против соответствующей фамилии галочки, а сами хвосты выбрасывал в иллюминатор за борт.
У моряков появился стимул. Но поймать кустарным способом сто крыс, задача «архисложная» и к тому же, многие моряки просто не хотели мараться. Для славян такой отпуск вообще считался «западло»: как дома объяснишь, что приехал в «крысиный отпуск»? Откликнулись и весьма активно в основном узбеки. И крестным отцом узбекской крысиной мафии стал годок Хасан.
– Сто крыс много, слюшай, – сетовал Хасан, – трудно ловить.
– Хасан, а ты чего жалуешься? Все караси-узбеки на твой отпуск работают. Только и вижу, как ты хвосты к медику таскаешь.
– Э слюшай, этот караси оборзел уже. Мои хвосты ныкает, себе заначка оставляет. Поймать сложна.
– Да ладно, не гунди, Хасан. Каждый крутится, как может. Ты же сам медику один и тот же хвост по несколько раз сдаёшь. Ты до сих пор выброшенные хвосты под его иллюминатором сеткой ловишь?
– Не. Он, тогда нас заметил. Теперь он в журнал хвост пишет и иллюминатор не кидает, на верхний палуба идет. Там далеко бросает.
– Слушай, Хасан, а ты не думал, что вместо того чтобы ловить крыс, может их разводить. Подумай, сам – крысино-хвостовая ферма. Звучит. Тебе особо и ничего делать не надо. Поймай пару живых на развод, а потом только корми и хвосты стриги. А крыса и без хвоста размножаться может… – предложил вдруг Рома.
– Хароший идея, – почесал голову Хасан.
– Я тебе дам «хороший идея», – перебил его Танк. – А ты, Рома, думай, что предлагаешь. Он же шуток не понимает. Ты вот ляпнул, а потом сам рядом с крысиным зоопарком жить будешь.
Рома понял: сморозил глупость. Когда дело доходило до крыс, с Хасаном лучше было не шутить. Последние пол года он только о крысах и думал. Он поставил ловлю грызунов на поток. Каких только способов ловли он не выдумывал! Один из самых эффективных – «на петельку». Из тонкой стальной проволоки делалась петелька-удавка. Известно, что крысы ходили по проторенным дорожкам – кабель-трассам Петелька, около четырёх сантиметров в диаметре, подвешивалась над кабель-трассой, как раз на уровне головы бегущей крысы. Голова крысы пролезает, а туловище уже нет. Крыса существо тупое: она уперто бежит по кабель-трассе, залезает головой в петлю и продолжает движение вперёд, пока эта петля не затягивается, и крыса, срываясь с кабель-трассы, в ней повисает. Узбекам потом только и оставалось, что ходить и снимать эти «ёлочные игрушки».
– А ферма хороший идея бил, – Хасан на секунду призадумался. – Нет, не успеть, – с сожалением добавил он. – Хвост теперь нужен.
Рома с Танком переглянулись. Они уже давно пытались раскрутить Хасана, по случаю отпуска, на «проставу» лимонадом и пряниками на весь кубрик. Все знали, что ему из Ташкента регулярно увесистые денежные переводы приходят, значит «лавэ» у подзащитного имелось. Но он всегда увиливал от разговора. К тому же никто точно не знал, сколько ему осталось хвостов до своего «крысиного отпуска».
– Так ты, сколько хвостов уже сдал? До отпуска много осталось? – сменив тему с крысиной фермой, напрямую спросил Танк.
– Уже, наверное, и билеты купил? – поддержал Рома
– Э, с крыс сложно, слюшай, – уклончиво ответил Хасан и задумчиво добавил, – если бы тот три замовский крыс, когда «Крысиный корол» делал, у меня сегодня бил, завтра уже давно в отпуска ехал…
– Да что ты, брат! Уже девяносто семь насшибал! Всего три хвоста осталось?! – воскликнул Рома. – Ну дела. Такое дело надо отметить. Надо бы «проставиться»… На кубрик… Радость-то какая!.. Год труда ненапрасно – моряк Хасан в «крысиный отпуск» едет!
Хасан осекся. Понял, сболтнул лишнего. Роме пришлось сменить тактику:
– Ладно, брат, – он дружески хлопнул Хасана по плечу, – ты же бизнесмен…
Хасан моргнул обоими глазами.
– … В смысле, деловой человек… Тут дело не в «проставе». Я, брат, сделку предлагаю: я тебе сегодня же поставлю три первоклассных хвоста, а ты мне 10 рублей на общак. И всем хорошо! По рукам?
Рома прикинул, что при матросской месячной зарплате в семь рублей с хвостиком на десятку можно на весь кубрик неплохой стол накрыть.
– Дэсят! Ты что с ума! Дорого! Не. Я сам скора поймай, без деньги.
– Ну, смотри. Как знаешь…
Хасан поднялся и вышел из кубрика. Как только крысолов скрылся из виду, Рома наклонился к Танку:
– Шура, этот шанс упускать нельзя. Сам понимаешь. Три хвоста осталось. «Проставы» нам от него не дождаться. А на халяву отпускать не правильно. Надо бы развести. Есть тут одна идея…
– Ну, давай, не тяни.
– Короче, всё просто. Создаём на рынке хвостов искусственный дефицит. А потом по-дружески обмениваем «проставу» на недостающие экземпляры.
– Толково, – усмехнулся Танк. – Сейчас допьём чайку и я зашлю установку карасям: всех хасановских крыс вынимать, Хасану ничего не говорить.
– Иначе – кирдык.
– Это само собой. И дадим «добро» карасям, хвосты себе оставлять. На отпуск.
