— Не знаю, чего это ты о ней так. — Лариса недоуменно пожала плечами. — Татьяна очень толковая. В фирме ее ценят.
— Ну при чем здесь фирма! Да ты на ее морду лица посмотри! За отдельную плату или даже кто просто оттянуться на минутку захочет никто такую не склеит!
— Но ведь склеил, — задумчиво повторила непривычный для себя жаргон Лариса.
— Так я тебе о чем и твержу — это Олег был. Только я его на дискотеке не узнала. Потому что в том клубном ресторане в Португалии он спиной ко мне сидел, ни разу, гад, не повернулся. Но я его седой затылок узнала!
— После того как ночь с ним провела?
«Знала бы ты, как я ночь проводила», — в памяти Ляльки всплыли картинки оргии: раскачивающиеся перед глазами бедра и неуемная мужская плоть.
10
Ватсон, как прозвал друга Генка, с утра ничего не ел. Чашка кофе и сигарета. Наблюдательная позиция, которую он занял на остановке троллейбуса, не казалась ему настолько хороша, как бы хотелось. В книжках или в кино детектив всегда балдеет в баре, потягивает пивко, на худой конец кофе, караулит кого надо через окно. А не на холодной остановке, голодный как волк.
Правда, подъезд отсюда просматривался хорошо. Но никто из него не выходил, потому что в подъезде было всего четыре квартиры — жильцов маловато. «Сидят себе, наверное, в теплой кухне и едят сосиски», — почему-то подумал Алексей, глядя, как из забегаловки напротив счастливчики выносят аппетитные бутерброды — хрустящие булки с сосисками внутри. У детектива бурлило в животе при виде этой трапезы.
«Но отлучись на мгновение — и полдня коту под хвост, — злился про себя Ватсон. — Выйдет же кто-нибудь наконец?» — Будто услышав его слова, из подъезда появился вчерашний господин. Перепутать его было невозможно: красивое, с правильными чертами, запоминающееся лицо, карие живые глаза, темные, чуть в седину волосы. Это он представился Ляльке Олегом и вчера открывал Ватсону «по-соседски» дверь.
Быстрым шагом элегантный господин прошел по двору и направился в сторону широкого проспекта.
«Все правильно, — отметил детектив, — автомобиля у него не имеется», — и спокойно покинул свой наблюдательный пункт.
Мягкие полы бежеватого пальто господина развевались на холодном ветру. Ему не приходило в голову, что вчерашний скандальный «сосед» следует по пятам. Похоже, он был уверен в себе и не предполагал никакой слежки.
Шумный Новый Арбат чуть было не поглотил преследуемого. Спустившись в подземный переход, тот на мгновение задержался, выбирая красочную коробку конфет у лотошницы, разложившей кондитерские изделия на широком импровизированном прилавке, и поспешил дальше. Поднявшись по лестнице перехода наверх, детектив чуть было не столкнулся с преследуемым нос к носу. Тот разговаривал с молодым парнишкой. Ватсон, не останавливаясь, прошел к киоску с видеокассетами и притормозил, впялившись в броские картинки на упаковке. Краем глаза он не выпускал господина из вида. Поговорив несколько минут с парнем, человек в бежевом пальто пошел дальше. Парень неотступно следовал за ним, продолжая явно неприятный для собеседника разговор. Несколько раз махнув рукой в воздухе, словно отгоняя назойливую муху, господин стал голосовать проезжающим машинам. Но троллейбусы, сгрудившиеся у остановки около перехода, и плотные ряды автомобилей не давали возможности желающим подзаработать на извозе даже притормозить.
«Придется городским транспортом воспользоваться», — позлорадствовал Ватсон и вдруг заметил, что парнишка, только что беседовавший с преследуемым, направился к тетке на остановке. Тетка сидела на металлической лавке и, будто дразня сыщика, тоже жевала булку с сосиской. Ватсон подошел поближе. Парень о чем-то толковал с ней.
Тетка была явно приезжая, в огромных сапожищах с втиснутыми внутрь трениками. Она прижимала к животу сумку. Дутое синее полупальто и кокетливая бархатная шляпка завершали ее нелепый наряд. Перестав жевать, она внимательно слушала парня. Тот тараторил с одухотворенным лицом, будто декламировал стих.
«Странно, — подумал Ватсон, — что хочет этот парнишка?» — и, надвинув на нос кепку, подошел вплотную к беседующим.
— Жалко хлопцив, — расслышал он слова тетки, — только у мэнэ нет мелких денег.
«Черт, простой попрошайка с придуманной про каких-нибудь несчастных детей историей», — ругнулся про себя Ватсон, а парень, развернувшись, наткнулся прямо на него. Со словами «Здравствуйте! Можно к вам обратиться?» он приготовился свой новый монолог посвятить Алексею. Сыщик интенсивно замотал головой, отмахиваясь от попрошайки, и пропустил момент, когда какой-то водила, изловчившись, втиснулся прямо на тротуар.
В мгновение ока господин в бежевом пальто нырнул внутрь раздолбанной светлой «Волги», и та с рычанием, обдав всех клубом гари, лихо вывернула на проспект.
«Мне так быстро машину уже не заловить», — промелькнуло в голове Алексея. Выскочив на тротуар, он замахал двумя руками, но подоспевший троллейбус загородил правый ряд. Ничего не оставалось, как затолкаться в него.
Через немытые окна была видна светлая «Волга». К счастью, далеко оторваться ей не удавалось, потому что к мосту в сторону Белого дома пробка становилась плотнее. Поворачивать машина видно тоже не собиралась. Не сигналила и не перестраивалась, шла по центру.
Правый ряд, в котором тащился троллейбус, понемногу полз вперед, остальные стояли без движения.
«Пешком было бы в самый раз», — подумал Алексей и вновь прислушался к бурлящему от голода животу.
— Площадь Свободной России, — объявил в микрофон водитель, и троллейбус, обогнав «Волгу», вырвался на мост. Но проехав еще немного, он дернулся, как больной в судорогах, и встал.
Открыв двери, водитель не спеша направился поправлять штангу. Ватсон выпрыгнул в открытые двери.
Белобрысый парнишка в стареньком «Москвиче» распахнул перед ним дверцу:
— Где твоя светлая «Волга»? — с готовностью отозвался он на просьбу Ватсона.
— Сзади в среднем ряду. — Ватсон показал на раздолбанный автомобиль и протянул парню пятьдесят рублей. — Если далеко поедем, дам больше, нет — все твои, — пообещал он.
— Годится, — развеселился парнишка, зорко всматриваясь в зеркало заднего вида и пропуская «Волгу» вперед.
Ехать пришлось недолго, так что парню повезло.
— Как уговаривались? — водитель вопросительно помахал пятидесятирублевкой. Ватсон кисло кивнул, решив, что если ему повезет, то деньги вернутся с лихвой. «В бизнесе нужно выкладываться, даже в сыскном, а это — всегда риск», — невесело подумал он, посматривая, как его объект у цветочного киоска расплачивался за роскошный букет темно-бордовых роз. Спустя несколько минут махровые цветы на длинных ножках исчезли вместе с элегантным господином за фирменными дверями салона красоты «У Марианны».
