всем жизни».
— Подключай, — сказал я наконец. — У нас будет пара минут, чтобы запечатать проходы. Слэй, Трикс — несите сюда всё, что сможете, для завала коридора из зала. Зук, Кору, держите оборону. Я буду помогать укреплять всё, что смогу.
Стим кивнул и вскинул руку над панелью. Свет на кухне мигнул, и где-то в стенах зашипели трубы, запуская насосы. За ними потянулся отдалённый гул. Я глотнул воздуха и схватил ржавый шкаф, чтобы волоком затащить его в коридор, отрезая путь «взрослым».
Шум наверняка наделал дел. В голове снова зазвенел писк, и почти сразу послышался нечеловеческий вой из главного зала. «Взрослый» понял, что здесь — живая цель. Сердце билось, как бешеное. Но мы уже тянули шкафы, столы, доски, всё, что попадалось под руку. Слэй принёс обломок металлического каркаса, Трикс задвинул панель, а Кору с Зуком держали стволы, готовы дать отпор, если монстр прорвётся слишком близко.
— Давай, давай, ещё немного! — подбадривал я, упираясь всем телом, чтоб укрепить завал.
Грохот снаружи нарастал, «взрослый», кажется, бился о стены или швырял столы, пытаясь добраться до источника шума. Но мы закончили — и теперь между нами и монстром торчала груда мусора, тяжёлых конструкций и кухонных агрегатов. Возможно, это его остановит или хотя бы задержит.
— Макс! — крикнул Стим. — Смотри! — Он указал на сенсорный дисплей, где побежали строки текста. — Система приняла аварийный код и начала искать «рабочих». Нам нужен биоключ. То есть регистрация в системе. Без этого мы не можем взять доступ.
Я нахмурился:
— А может, взломать?
— Пробую, но там какой-то старый протокол, — простонал Стим, яростно стуча по клавишам. — Он требует допуск. Может, у кого-то из сотрудников ресторана была метка…
Я глянул на друзей, потом на дрона, еле жужжащего рядом. В голову пришла отчаянная мысль: «А что, если…» У того «взрослого» в изорванной форме когда-то могла быть нужная метка. Ведь он, похоже, был официантом или работал тут.
— Похоже, придётся нам к нему возвращаться, — выдавил я, сглатывая ком подступившего страха. — Иначе систему не активируем.
— Макс, это очень опасно, — сжал губы Зук. — Если он нас заметит…
Я посмотрел на завал, слушая, как по ту сторону издаётся шорох и тихое рычание. «Взрослый» явно бродит вокруг, улавливая запах, звук, наши сердца. Но если мы хотим действительно закрепиться на этом уровне и получить еду, у нас нет выбора.
— Я пойду, — твёрдо сказал я, поднимая взгляд на остальных. — Я уже бывал в ближних стычках с такими. Постараюсь взять образец или метку — что там требуется. Слэй, Трикс, вы останетесь, чтобы если что… задержать его или помочь мне выбраться. Стим — занимайся взломом дальше, будь готов принять данные. Зук, Кору, страхуйте меня огнём, если соваться придётся вплотную.
Все переглянулись. Слэй тихо выругался, но кивнул.
— О’кей, лидер, — сказал он. — Действуем по твоему плану. Главное — не вздумай геройствовать.
— Я не геройствую, — сухо усмехнулся я. — Просто выживаю, Слэй.
И сейчас ради этого нам придётся коснуться самого страшного.
Я сжал трубу и подошёл к завалу, уже чувствуя, как в висках гремит пулемётный стук крови. Взрослые бессмертны, но у нас, есть разум, хитрость и воля. Надеюсь, их хватит, чтобы выбраться из этой передряги живыми — и получить наконец ключ к новой жизни.
Глава 09. Порванная униформа
Я стоял перед завалом, который только что возводили всем скопом, а за ним, в разбитом зале, рыскал «официант» — сумасшедший Взрослый, у которого, если повезёт, была нужная нам метка. То ли чип в кармане, то ли пропуск на запястье… неважно, главное — без него Стим не запустит кухонную сеть. А без сети мы теряем все выгоды этого похода.
— Готов? — спросил тихо Слэй, перекидывая лом из руки в руку.
— Скорее нет, чем да, — признался я, стискивая трубу. Сердце стучало где-то в горле. — Но надо.
За моей спиной остальные затаились у входа в кухню: Трикс со стволом наперевес, Зук и Кору — тоже наготове. Стим сидит у консоли, время от времени оборачиваясь на нас с явным беспокойством. Всё-таки это я рвусь к чокнутому бессмертному, а не он.
— Сам сказал, что возьмёшься, — напомнил Слэй.
— Не бросай меня, пилот, — попросил я вполголоса и, собираясь с духом, осторожно начал разбирать ту самую баррикаду, которую буквально пятью минутами ранее сам и возводил.
Мы предусмотрительно не загромождали завал слишком плотно; всё-таки надеялись, что придётся отсюда уходить быстро. Убрав пару столов и металлический лист, я оставил небольшую щель, чтобы пролезть одному и при необходимости вернуться. Воздух из зала накатывал сыростью и застарелым запахом гари. И — писк. Упорный звон в ушах, который становился всё отчётливее. Значит, он где-то рядом.
— Макс, может, пусть я… — начал было Слэй, но я отрицательно качнул головой.
— Если что-то пойдёт не так, вытащишь меня за шкирку, — процедил я и, не дожидаясь возражений, скользнул в узкий проход.
Писка становилось больше с каждым шагом, но я чувствовал: это не самая сильная волна. Значит, «официанта» (так я мысленно его называл из-за лохмотьев форменной рубашки) пока не поглотило слепое бешенство. Может, повезёт.
Зал встретил меня сумрачной тишиной, лишь под ногами хрустели осколки. Я двинулся туда, где мы видели чудовище в последний раз, — к разбитым столикам, что теперь валялись вперемешку с осколками витрин. Шаг, ещё шаг… и вдруг краем глаза замечаю: тень мелькнула у дальней колонны. Затаился?
Присматривайся, слушай, твержу я себе, пряча шумное дыхание. Убийственно страшно, но отступать нельзя: если мы не найдём метку, весь план — коту под хвост.
И тут он появился в проёме бокового входа: сутулый силуэт, наклонившийся к полу, будто принюхивается. Голова дёрнулась в мою сторону, и я успел разглядеть пустой взгляд и… полуоторванный жетон на груди, будто бэйджик с застиранной надписью «Elysium SKY». На нём болталась небольшая пластина с кодом — может, это и есть та самая метка?
Я затаил дыхание. Он же был словно не уверен, действительно ли кто-то стоит перед ним. Писк пронизывал меня изнутри, раздражая нервы, и я чувствовал нарастающий ком ужаса. Но разум твердил: «Надо подходить».
Этот дядька приподнялся, пошатываясь, и вдруг заговорил:
— З-здравствуйте… добро пожал-… пожаловать… — голос был рваным, как и его движения, — прошу… ваш столик… с-скоро будет… готов…
Меня пробрало до мурашек: он повторял обрывки вежливых фраз, будто заклинившая запись. Но в них проскальзывала нелепая, судорожная насмешка. Любой неверный шаг — и эта полу-машина, полу-сумасшедший кинется на меня.
«Постой, — сказал
