— Например? С продюсером, что ли? Так Сэму Харрису все равно, уверяю тебя.
— Нет, я имею в виду… — девушка нервно поправила воротничок рубашки, — кого-то, с кем ты живешь. Я прекрасно понимаю — появление в милом и уютном доме посторонней женщины может совершенно не обрадовать твою подругу. Во всяком случае, меня бы, например, не обрадовало. — Опасаясь, что задела слишком щекотливую тему, Барбара вынужденно улыбнулась.
— Никакой подруги нет.
— Нет? А я подумала… Возможно, вы с Джессикой…
— Джессика? Она вышла замуж еще шесть лет назад. Насколько мне известно, обосновалась сейчас во Флориде и имеет двух маленьких дочек…
Айк сообщил этот факт, как ей показалось, с подчеркнутой сдержанностью. Если он, как и его мать, может надолго прикипеть душой к кому-нибудь, то почему бы не к Джессике? Иначе зачем ему столь явно демонстрировать равнодушие?
Барбара тряхнула головой. Она по себе знала, как нелегко существовать с занозой в сердце, поэтому перспектива надолго оставаться наедине с Шароном смущала ее.
— Все равно. Одно дело работать с мужчиной, другое — жить в его доме, — упрямо произнесла девушка.
— У тебя же нет парня, который мог бы возражать! — Настаивал Айк.
— Откуда ты это знаешь?
— Макс Авери сказал.
Барбара помрачнела. Куда годится, если личная жизнь или отсутствие таковой обсуждается за ее спиной.
— Суть не в том, а в неловкости самой ситуации…
— Барбара, ты будешь жить совершенно отдельно. Мое предложение совсем не означает спать в одной постели, по нескольку раз за ночь занимаясь сексом, — медленно, со спокойной улыбочкой произнес Айк.
Барбара покраснела. Жизненной энергии в Шароне столько, что совсем не трудно представить, как неутомим он в делах интимных.
— Надеюсь, ты не разочарована? — явно подначивал Айк.
— Просто в отчаянии! — подмигнула Барбара, включаясь в игру. — Но как-нибудь постараюсь справиться… Тем не менее как бы мы не начали действовать друг другу на нервы.
— Не беспокойся. Как только ты станешь совсем уж несносной, я вышвырну тебя вон, — рассмеялся Шарон. — А пока… у меня четыре спальни, так что места предостаточно. Зачем же понапрасну оплачивать гостиничные счета?..
— Если можно сократить расходы в пользу фильма, тем самым слегка увеличив твой собственный доход? — съехидничала Барбара.
Однако Шарон не ответил колкостью на колкость, он лишь уклончиво улыбнулся.
Дождь почти прекратился. Солнечные лучи пробивались через темно-серые облака; брызги, которыми обдавали их встречные машины, так и сверкали.
Раздумывая над предложением Шарона, Барбара тоже чуть повеселела. Пусть он руководствуется своими соображениями, плевать!.. Если я собираюсь вести свою игру, то совместная жизнь может предоставить для этого много шансов. Но стоит ли сводить старые счеты, пытаясь околдовать Айка, как он когда-то околдовал ее? Да и сумеет ли? Правда, ей уже не восемнадцать и прошедшие годы научили некоторым женским премудростям, отчаянному кокетству, например, доводившему иногда ее поклонников до страстного кипения, в то время как она сохраняла внутреннее спокойствие. Возможно, она не переходила последнюю грань, потому что никому из них не удалось по-настоящему тронуть ее сердце? Но уж ему-то, Айку, на этот раз тоже не удастся! Их совместная работа над сценарием, репетиции, несомненно, будут включать контакты вроде объятий и поцелуев, так почему не извлечь из этого пользу? Да и домашняя жизнь, когда мужчина и женщина вместе завтракают, ужинают, просто разговаривают, таит в себе определенные возможности, которые грех в данном случае не использовать. Барбара глубоко вздохнула и приняла решение. Она не упустит свой шанс! Ее собственное спокойствие тоже слегка пострадает, но ненадолго.
Когда они подъехали к дому, Шарон отнес чемодан наверх, в спальню, окна которой выходили в сад.
— Комната, конечно, меньше, чем в «Плазе», — насмешливо сказал он, — но здесь спокойно, и тебе будет удобно.
Барбара огляделась. Спальня выглядела прелестно. Пастельных тонов шторы и стены, пушистый ковер на полу, изысканно сочетавшийся по цвету со всем остальным. Обширная гардеробная, ванная комната с кремовым кафелем.
— Мне нравится. Здесь гораздо уютнее, чем в «Плазе», а уж о «Прибое» и говорить нечего.
— Пока будешь разбирать свои вещи, я приму душ и переоденусь. — Айк действительно вымок с головы до ног. Рубашка и брюки неприятно холодили тело. — Потом, когда освобожусь, отнесу чемодан в кладовку.
— Спасибо, — миролюбиво отозвалась Барбара.
После стольких переездов многие ее тряпки нуждались в утюге. В любом гостиничном номере, каким бы шикарным он ни был, нет души, здесь же — совсем другое дело, раздумывала девушка, сортируя брюки, юбки, мятые кофточки. Судя по всему, Айк из тех хозяев дома, с которыми в быту легко: не будет проблем ни с той же глажкой, ни с его книгами, если захочет почитать, загорая на солнышке в саду.
Разложив вещи, Барбара вышла из комнаты. Она тоже покажет, что будет легкой гостьей и отнесет чемодан сама, не обременяя такими мелочами хозяина. Где же однако кладовка? Когда они шли по коридору, она уже знала, за какой дверью расположена его спальня, прямо возле лестницы, но рядом еще три двери. Придется действовать наугад.
Девушка потянула медную ручку, да так и застыла на пороге. Это оказалась ванная комната. Стоя на коврике, Айк яростно тер голову полотенцем, закрывавшим его лицо. Он был совершенно обнаженным, бронзовая кожа влажно поблескивала.
Взгляд Барбары скользил по широким плечам, мускулистой груди. Задумай какой-нибудь скульптор изваять фигуру некоего прекрасного античного божества — лучшей модели не найти: руки взметнулись вверх, наполненное энергией тело напряжено… Ее взгляд невольно скользнул ниже, к животу… потом к тому месту, от которого даже в музеях обычно отводят глаза…
— Ты не разочарована? — вдруг раздался голос Айка.
К ужасу, она обнаружила, что тот наблюдает за ней. Жгучий стыд охватил ее.
— Можно подумать, ты никогда не видела голых мужчин. — В словах Шарона звучала ирония, а на губах играла ухмылка. — Брось! Готов спорить, это не так!
— И не один раз! — нахально ответила Барбара, стараясь дерзостью скрыть свое смятение.
— Что же тебя поразило? Богатство, которым природа иногда щедро одаряет отдельных представителей мужского пола?
Хоть бы он прикрылся! Сейчас! Немедленно! Пожалуйста, лихорадочно думала Барбара. Не показывай ему своей реакции, приказывала она себе. Айк не должен понять, что твое сердце прыгает вверх-вниз и тебе нечем дышать. Этого он и добивается.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
